Когда молодые актрисы сериала «Тайны института благородных девиц» жалуются на усталость, Людмила Кожевникова, играющая классную даму фройляйн Штольц, говорит им: «Девочки, маленькие мои, поверьте: у нас никакой не ужас и не каторга, а наоборот — счастье, мир и покой».
— 23 февраля прошлого года моя жизнь раскололась на две части. В ночь с 22-го на 23-е на нашей даче в Щелково сосед-наркоман зарезал моих родителей. Сейчас я все свободное время провожу на даче в доме, построенном 65 лет назад моим дедом. Потому что самая тяжелая мамина дума последних лет была связана с судьбой этого дома. Мама то и дело мне повторяла: «Ох, Мила, вот умрем мы, а что же будет с домом и садом? Неужели все бурьяном зарастет? Ты одинокая и уже не очень молодая — не справишься…» Как же я теперь могу бросить этот дом? Я приезжаю в Щелково при любой возможности. Иногда после съемок только в два часа ночи добираюсь. Работаю сейчас много… Но это и спасает: переживания на время отходят на второй план. «Институт благородных девиц» — сейчас единственное светлое пятно в жизни.
До сих пор в эту жуткую историю не могу до конца поверить, тем более что она совершенно не вяжется с биографией моих родителей. Я-то всю жизнь делала резкие необдуманные шаги. В Школу-студию МХАТ не поступила, так и не позвонив известному актеру МХАТа Леониду Харитонову, который со мной занимался, и даже не подала документы в «Щуку» или в «Щепку», села на поезд и махнула в Саратов учиться. Влюбилась в актера, который по глупости влип в нехорошую историю и попал за решетку, и моталась к нему в тюрьмы. А родители всегда были абсолютно здравомыслящими. Мама, Раиса Никитична, работала заместителем экономического отдела «Моспроекта 2». Папа, Фридрих Александрович, был инженером, всю жизнь проработал в НПО «Энергия». В старших классах он хотел быть кинооператором и поступал во ВГИК вместе с Вадимом Юсовым. Они оба тогда провалились, но Юсов пошел туда и на следующий год — в итоге стал самым знаменитым кинооператором СССР, а мой отец поступил в МАИ. Папина юношеская мечта не осуществилась, а я свою воплотила в жизнь. Хотя у меня не было особых данных — ни внешних, ни актерских. Но я карабкалась по отвесной стене.
Моему сыну 23 года, но он только сейчас начал понимать, что образование — вещь необходимая. А пока ходил в свой финансово-экономический вуз, учебой интересовался в последнюю очередь. Он работал диджеем в ночных клубах и пропадал там ночи напролет. Я уговаривала: «Митя, у тебя слабое здоровье — и ты его гробишь под адский грохот в насквозь прокуренных клубах! Учись, иначе достойной работы не найдешь!» Однажды он сказал: «Мама, как такие вещи можешь говорить мне ты? Сама всю жизнь делала не то, что разумно и выгодно, а что тебе хочется и что ты любишь!» Я ответила: «Да. Но за удовольствие работать в театре, играть на сцене я готова была платить — угробленным здоровьем и жизнью в нищете». Ведь приличные деньги платят только в нескольких самых известных театрах, а в остальных — копейки. Единственная возможность для актеров заработать — это съемки.
Когда «Институт благородных девиц» начали показывать, мне было интересно, станут ли меня узнавать на улицах? Однако Эмму Штольц во мне поначалу не признавали даже соседи. Но как-то я ехала в метро, а напротив сидела женщина. Она бросала на меня взгляды и чуть не подмигивала. Наконец встала, подошла ко мне… Я подумала: «Вот он, этот момент!» А женщина сказала: «Какая у вас красивая шляпка!»
На съемках сериала мы проводим столько времени, что отношения перерастают из профессиональных в дружеские. Мы дружим с Ксенией Хаировой, которая в первом сезоне играла директора Института благородных девиц, а Алиса Сапегина, исполняющая роль Софьи, стала для меня родным человеком. С девочками, которые пришли в сериал в новом сезоне, все иначе. Мне поначалу казалось, что второй набор хуже первого, но потом я убедилась, что это не так. Самые теплые чувства вызывает Алина Кизиярова (Лиза Вишневецкая). Она профессиональная актриса, вдумчивая, и у нее есть внутренняя чистота, которую в этом возрасте не сыграешь. И остальных девочек оценила. Они очень стараются, хотя и устают: у нас ритм бешеный. Но когда девушки жалуются на усталость и говорят, что ничего, кроме работы, не видят, я им отвечаю: «Маленькие мои, поверьте: только здесь мир и покой. Дортуар, белые подушки, горящие свечи — здесь гостит счастье. А вот за пределами нашего дортуара — катастрофа».
Шесть лет назад неожиданно умер мой муж: в 49 лет у Виктора, когда он шел по улице, внезапно отказало сердце. Я тогда сказала маме: «Вы с папой все помирать собираетесь. Так вот, не смейте! Хотя бы лет пять продержитесь оба, иначе я не выдержу». Они пробыли со мной даже на год больше… Я ведь в ту ночь на 23 февраля планировала к ним приехать. И теперь я все время думаю: «Если бы приехала тогда, это бы их спасло? Или я бы погибла вместе с ними?»
Елена Фомина
www.tele.ru/tv/lyudmila-kozhevnikova-serial-pomog-mne-perezhit-tragediyu/