- Здорово, Алексей! Не вставай! - махнул он Филину. - О чем речь, ребята? Что это, памятник, что ли? Похоже, памятник! Что, только на Аверьянова сделал? Когда ж ты остальные-то делать будешь?
- Какие остальные? - удивился Филин.
- Как какие? - удивился в свою очередь Михалыч и объяснил, обращаясь скорее к Алеше, чем к Филину: - Из округа приказ пришел, на всех офицеров полка запастись памятниками. Планируют привлечь нас к антитеррористической операции... Нас и еще полк ОМОНа. И их, и нас на корню, ну, как обычно, уже продали. ОМОН по пути на точку сначала на фугас в горах напорется и под кинжальный огонь попадет, - их всех положат, а мы пройдем. Спецназ везде пройдет! Нас там уже, в точке прибытия, на месте, - в клочья растерзают. Завсе про все, ну, как обычно, генералам нашим - полтора миллиона зеленых, на бедность. Правда, за счет инфляции Центр обязался за те же деньги еще одну лодку в Баренцевом утопить, Эрмитаж спалить в Питере и два вертолета разбить с экипажами и губернаторами. С какими - еще не сказали. ЦРУ пока не решило. Впрочем, это уже не наша головная боль, а москвичей. Наше дело простое: приказ есть, ну, значит, памятники готовь... На всех офицеров...
- Вот так новость! Это какая же работа! Объем! - Филин был потрясен. - А рядовые? И на них? А сержантский состав?
- О, этим общая плита!.. - махнул рукой Михалыч, успокаивая. - С гранитным обелиском. Не беспокойся. Братскими могилами округ сам начал заниматься. Взял на себя. И это хорошо, нам забот меньше: мы только место захоронения укажем! А плита и обелиск - за ними. Всего делов то!
- Разрешите вопрос, товарищ полковник? - спросил Филин. - Вы сейчас много выпили?

(с) Андрей Горюнов, "На пути орды"