- Я начал болеть с четырнадцати лет. Двадцать шесть лет меня наебывает эта наша сборная по футболу. Нет, ну... Ну раньше еще ладно. Были успехи и пробивались в финалы, но щас, блядь, что ни чемпионат, то пиздец какой-то.
Четыре года ждешь, четыре года! И что?.. Все потому, что вот такие же долбоебы играют, вот как вы. Ниче не надо, а? И главное что - притворяться научились, вот же как, а? Ведь раньше бунтовали - это была общественная позиция: нам от вас нихуя не надо, мы протестуем, а щас? Щас, блядь, по тихому, без протестов - чем надо, притворяются, влазают куда хотят, на любую работу, а, и нихуя там не делают, играются. Вы играйтесь в жизнь, а те, к кому это серьезно относится, с ума сходят, страдают.
В футбол, блядь, играть надо. А они визажистов с собой берут, стилистов, и в итоге там все проебывают. Там же нужно думать, как гол забить, а он в дождь, в дождь, блядь, свой промеллированный лобок зачесывает! Чтобы он у него в дождь стоял.
Он не тренера слушает в перерыве - они прическу восстанавливает.

(с) Изображая жертву.

Последние десять минут фильма просто великолепны. Все переписывать - не переписать.