Чего не нужно делать:

В детстве взрослые здорово поели нам мозг рассказами о соседском мальчике, который лучше учится и слушается родителей. Когда они становятся пожилыми, мы начинаем отвечать им тем же: «Смотри, соседка каждый день гуляет, а ты целыми днями дома сидишь».
Не нужно пытаться в них что-то впихнуть, они уже не подлежат модернизации. Мы можем их только принять. Если человек курил до 80 лет, скорее всего, он уже не бросит. Как шутит один мой подопечный: «Я делаю дыхательные упражнения, пока сигареты не кончатся».

Чувство вины преследует всех. Что бы ни происходило, остается ощущение того, что недоделал, недодал, неправильно вел себя с родителями. Не надо себя винить. Виновато время.
Нужно беречь себя и учиться отдыхать. Если жить жизнью пожилого человека, в итоге останешься виноват: обвинят в том, что у тебя все не сложилось. Почему не женился? Почему не родила детей?


Агрессия пожилых людей приходит от неудовлетворенности собой. Когда ты принимаешь причину агрессии, когда ты улыбаешься пожилому родственнику и не отвечаешь на его выпады, агрессия спадает. Если ответил — пропал.
Нужно уметь менять тему разговора. Попробуйте в спокойной ситуации в разговоре с родителями поменять вектор беседы. Это упражнение поможет в ситуации конфликта.
Я работаю с пожилыми людьми последние 15 лет. Когда они начинают меня есть, я стараюсь сдерживаться, а потом понимаю, что обижаться не на кого: это не просто наши родители, это мы с вами через 20, 30, 40 лет.
Есть много моментов, когда очень хочется ответить. Одна из моих учениц заставила меня купить тяжеленную доску, мы два года выпиливали из нее скульптуру. Она потом жаловалась на меня всем: смотри, какую тяжелую работу он мне дал. Я все это слышал и не отвечал. Я не могу напомнить ей: «Ты меня об этом просила», — она этого просто не помнит. Когда ты понимаешь, с кем имеешь дело, все становится гораздо проще.
Что нужно делать:
Сострадание — очень важная вещь. Причем нужно различать сострадание и жалость — это небо и земля. Жалость обезоруживает нас: жалея человека, мы ничем не можем ему помочь. А сострадание может быть разным, в том числе циничным или деятельным.
Они хотят, чтобы мы были успешными. Если я прихожу к родителям и начинаю жаловаться, они уже не могут ничем мне помочь. Поэтому я разделил две правды: есть правда хорошая и есть правда, которую им лучше не знать никогда. Наше благополучие — залог их успеха, об этом нужно все время помнить.
Нужно абсолютно точно знать, с кем мы имеем дело. Надо понять, что такое человек не видящий, не слышащий, не могущий встать. Чтобы понять, что такое слепой человек, попробуйте очутиться на его месте: хотя бы порисуйте в темноте.

Когда мы хотим уберечь стариков от мошенников, все советы связаны с укреплением обороны: поставить железную дверь, камеру, запретить им подходить к двери. На самом деле ответ очень простой: их надо занять.
Нужно приглядываться к человеку, подсовывать ему что-то. Если хочешь, чтобы старик рано ушел, просто посади его на стул и начни сдувать пыль — долго не просидит. Тетя моя, например, любила перепечатывать стихи Пушкина на старом компьютере. Или другая моя знакомая — 80-летняя бабушка — уже не слышит ничего, зато плавает пятью стилями в бассейне. Хорошо, когда есть общение с внуками, главное, чтобы внукам это не навредило. Важно научиться оставлять обиды во вчерашнем дне. Это как компьютер — ты его перезагрузил и начинаешь работать снова. Если сегодня ты не простил деда, завтра — может так случиться — его уже не станет.
Чтобы прощать, надо иметь силы. Лично я придумал для себя технику «5 минут»: выхожу из помещения, сижу 5 минут и ни о чем не думаю. Потом возвращаюсь с новыми силами, чтобы опять сострадать.

И одна из главных моих заповедей: умейте их рассмешить. Веселый старик не опасен.
источник