Как известно, именно великий и многоликий русский певец Федор Шаляпин вдохновил режиссера Константина Станиславского на изобретение знаменитой "системы Станиславского", которая сегодня — главный метод актерской игры. Шаляпин вживался в каждую роль, он физически, морально, интеллектуально, становился тем человеком, которого играл на сцене.
В портретах, где Шаляпин вне сцены, без грима и костюмов, мы видим правильное и светлое актерское лицо без особых примет, какое было у великих артистов вроде Яковлева и Алека Гиннесса.
Русские художники от этой способности Шаляпина перевоплощаться приходили в восторг. И писали его портреты в актерских образах. Давайте взглянем на самые удивительные
Борис Годунов (одноименная опера)
Особенно Шаляпина любил портретировать в "чужом" обличье художник Александр Яковлев. Он метко подмечал то самое, характерное, что Шаляпин и сам хотел продемонстрировать.
Итоговый портрет Шаляпина в роли Годунова получился у Головина не таким экспрессионистским, как этюд, он более реалистичен. Но страшным от этого не перестает быть: художник сумел передать характер Бориса-Шаляпина.
(Кстати, своего сына Шаляпин назвал "Борисом", возможно, в честь роли, которая принесла ему такой колоссальный успех. Борис Шаляпин в эмиграции стал успешным художником).
Сам Федор Михайлович тоже обладал художественным даром делать что-то руками. Искусство грима — это ведь истинная живопись, только по лицу. Сохранился его мимолетный автопортрет, выполненный кстати гримировальными красками.
Роль Демона и особенно ария «На воздушном океане» также были визитной карточкой Шаляпина. На рисунке, сделанном Коровиным, перед нами предстает вполне себе инфернальное существо...
Художникам нравилось не только то, как хорошо Шаляпин гримировался и носил костюмы, но главным образом, как он вживался в персонажа, меняя и мимику, и язык тела, и интонации голоса.
Фарлаф (опера "Руслан и Людмила")
А вот опять Головин: на сей раз он запечатлел комического богатыря, явно придуманного авторами на основе шекспировского Фальстафа. Шаляпин и с этой ролью справился прекрасно.
Опера "Юдифь", написанная отцом художника Валентина Серова (достаточно известным композитором своего времени), в историю русской музыки не вошла. Плоховатая была эта опера, если честно, и Серов-старший — не гений. Но вот портрет, где Шаляпин изображен в образе ассирийского полководца — реально крут!