Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Памяти поэта Васильева Павла Николаевича (1910 - 1937),
Неуёмный, буйный жизнелюб, поэт, плотность и разгульная сила слова которого потрясали современников и потомков, он всю свою короткую жизнь сражался с подлостью и бесчеловечностью, верил в радужное будущее своей любимой страны, и вера эта была неподдельной.
Он простился со всеми нами словами, исполненными великой любви и надежды.
Ох, и долог путь к человеку, люди!
Но страна вся в зелени, по колено травы'.
Будет вам помилованье, люди, будет…
Про меня ж, бедового, спойте вы!
В начале 30-х годов его приняла и обласкала столица СССР, в Москве он познал бешеную славу, в ней же и нашёл свой конец.
На фотографии: Павел Васильев в Омске в 1936. Это был его последний приезд в родную Сибирь.
Павел Васильев родился 25 декабря 1910 в городе Зайсан в Казахстане в семье учителя математики, выходца из казачьей среды.
После одной крупной размолвки с отцом 15-летний Павел… просто убежал из дома. Добрался до Омска, там тоже не задержался и отправился к Тихому океану, во Владивосток. Именно во Владивостоке его и приметил оказавшийся там в командировке Рюрик Ивнев, который помог Павлу с публикацией в местной газете и организовал его первое публичное выступление. В стихотворении под названием«Павлу Васильеву», написанном тогда же, в 1926 году, Рюрик Ивнев впервые сравнил Павла со своим недавно погибшим другом Есениным:
… В глаза весёлые смотрю.
Ах, всё течёт на этом свете!
С таким же чувством я зарю
И блеск Есенина отметил.
|
Льняную голову храни,
Её не отдавай ты даром,
Вот и тебя земные дни
Уже приветствуют пожаром!
|
В 1925 Павел закончил школу в Омске и уехал во Владивосток продолжать учение, однако через год ушёл в плавание матросом, а затем стал старателем на золотых приисках на Лене. Жизненный опыт, приобретенный в эти годы, и полученные впечатления, стали основой, на которой были созданы его первые очерки и стихи.
В 1927 в Новосибирске были опубликованы стихи Васильева из тетрадки стихотворений, которую он привез с ленских приисков. Книги его очерков "В золотой разведке" и "Люди в тайге" увидели свет в 1930 уже в Москве, куда Васильев переехал в 1928 и поступил в Высший литературно-художественный институт им. В. Я. Брюсова. Много и упорно работает над стихами и поэмами, печатая их в разных газетах и журналах. Не прерывает связей и с журналом "Сибирские огни", в 1928 предоставившим свои страницы наиболее ярким главам из поэмы "Песни о гибели казачьего войска", полностью не увидевшей свет при жизни поэта.
К МУЗЕ Ты строй мне дом, но с окнами на запад, Чтоб видно было море-океан, Чтоб доносило ветром дальний запах Матросских трубок, песни поморян. Ты строй мне дом, но с окнами на запад, Чтоб под окно к нам Индия пришла В павлиньих перьях, на слоновых лапах, Ее товары - золотая мгла. Граненные веками зеркала... Потребуй же, чтоб шла она на запад И встретиться с варягами могла. Гори светлей! Ты молода и в силе, Возле тебя мне дышится легко. Построй мне дом, чтоб окна запад пили, Чтоб в нем играл заморский гость Садко На гуслях мачт коммерческих флотилий! 1930
Вся ситцевая, летняя приснись, Твое позабываемое имя Отыщется одно между другими. Таится в нем немеркнущая жизнь: Тень ветра в поле, запахи листвы, Предутренняя свежесть побережий, Предзорный отсвет, медленный и свежий, И долгий посвист птичьей тетивы, И темный хмель волос твоих еще. Глаза в дыму. И, если сон приснится, Я поцелую тяжкие ресницы, Как голубь пьет - легко и горячо. И, может быть, покажется мне снова, Что ты опять ко мне попалась в плен. И, как тогда, все будет бестолково - Веселый зной загара золотого, Пушок у губ и юбка до колен. 1932
В 1933 в журнале "Новый мир" появляется поэма "Соляной столб", в 1934 - поэма "Синицын и Ко", продолжающие тему сибирского казачества. Откликаясь на коллективизацию в сибирской деревне, Васильев пишет поэму "Кулаки".
Поэзию Васильева отличает сочный язык, близкий народно-песенному творчеству, и использование фольклорных мотивов. Последняя поэма "Христолюбовские ситцы", над которой он работал в 1935 - 36, не была закончена и при жизни поэта не публиковалась (опубликована в 1956).
Родительница степь, прими мою, Окрашенную сердца жаркой кровью, Степную песнь! Склонившись к изголовью Всех трав твоих, одну тебя пою! К певучему я обращаюсь звуку, Его не потускнеет серебро, Так вкладывай, о степь, в сыновью руку Кривое ястребиное перо. 1935 scanpoetry.ru›poets/vasilev-pavel
Борис Пастернак написал о Павле Васильеве (1956).
В начале тридцатых годов Павел Васильев производил на меня впечатление приблизительно того же порядка, как в своё время, раньше, при первом знакомстве с ними, Есенин и Маяковский. Он был сравним с ними, в особенности с Есениным, творческой выразительностью и силой своего дара и безмерно много обещал, потому что, в отличие от трагической взвинченности, внутренне укоротившей жизнь последних, с холодным спокойствием владел и распоряжался своими бурными задатками. У него было то яркое, стремительное и счастливое воображение, без которого не бывает большой поэзии и примеров которого в такой мере я уже больше не встречал ни у кого за все истекшие после его смерти годы…
24 мая 1935 года в газете "Правда" было напечатано "Письмо в редакцию" за подписью 20 литераторов с требованием "принять решительные меры" к Павлу Васильеву. После этого письма, сотрудником газеты "Комсомольская правда", Джеком Алтаузеном была спровоцирована драка с Павлом Васильевым, после которой поэта приговорили за “злостное хулиганство” к полутора годам лишения свободы. Весной 1936 Павел Васильев был освобожден, но, чувствуя, что это ненадолго, он пишет стихотворение "Прощание с друзьями", где мысленно прощается с теми, кого любит. Интуиция не подвела поэта, в феврале 1937, при выходе из парикмахерской, он был вновь арестован. Павла Васильева обвинили в участии в террористическом акте против Сталина, в котором ему приписывалась роль исполнителя.
15 июля был суд. 16 июля 1937 Павла Васильева в неполных 27 расстреляли как врага народа. Лишь в конце 80-х годов стало известно о месте захоронения Павла Васильева – могила № 1 "невостребованных прахов" Донского кладбища.
Павел Васильев погиб в возрасте 27 лет. Он был далеко не ангелом и совсем не героем. Он был всего лишь поэтом колоссального таланта.
В Москве 5 марта 2011 года открыта мемориальная доска на доме по адресу: 4-я Тверская-Ямская, 26, где жил Павел Васильев.
Я сегодня спокоен,
ты меня не тревожь,
Лёгким, весёлым шагом
ходит по саду дождь,
Он обрывает листья
в горницах сентября.
Ветер за синим морем,
и далеко заря.
Надо забыть о том,
что нам с тобой тяжело,
Надо услышать птичье
вздрогнувшее крыло,
|
Надо зари дождаться, ночь одну переждать, Феб ещё не проснулся, не пробудилась мать. Лёгким, весёлым шагом ходит по саду дождь, Утренняя по телу перебегает дрожь, Утренняя прохлада плещется у ресниц, Вот оно утро — шёпот сердца и стоны птиц. |