Свое шуточное стихотворение " Красавице, которая нюхала табак" Александр Пушкин написал в 1814 году.Он посвятил его сестре своего лицейского товарища Александра Горчакова.>
лицеисты.
[515x336]Впервые Александр Пушкин увидел Елену Михайловну Горчакову в апреле 1814 года, когда она приезжала навестить своего брата -лицеиста в Царском Селе.

Елена Горчакова
Стихотворение относится к жанру модных тогда мадригалов. В этом шутливом мадригале поэт дивится тому, что молодая красивая женщина нюхает табак. В концовке, смиряясь с этой причудой, он выражает пылкую мечту:
Ах! если, превращенный в прах,
И в табакерке, в заточенье,
Я в персты нежные твои попасться мог,
Тогда б в сердечном восхищенье
Рассыпался на грудь под шёлковый платок
И даже… может быть… Но что! мечта пустая.
Не будет этого никак. Судьба завистливая, злая!
Ах, отчего я не табак!..
В том году Елена Горчакова познакомилась с молодым князем Георгием Кантакузиным, потомком древнегреческого рода.Молодые люди вскоре сыграли свадьбу.После свадьбы супруги поселились в Кишиневе.Но вскоре они переехали на жительство в небольшой городок Атаки, который находится на севере нынешней Молдовы на берегу Днестра.

Елена Горчакова-Кантакузина
[180x314] Княгиня Елена прожила всю жизнь в Атаках,где и скончалась 28 октября 1854 года.

Могила Елены Кантакузиной(Горчаковой)
[525x700]Она похоронена у стен местной церкви. В 1853 году на средства княгини Елены Михайловны Кантакузиной, на территории Каралашовского Свято -Успенского монастыря была построена вторая зимняя

Зимняя церковь Свято-Успенского монастыря
[300x225] церковь. Возможно ль? вместо роз, Амуром насажденных,
Тюльпанов, гордо наклоненных,
Душистых ландышей, ясминов и лилей,
Которых ты всегда любила
И прежде всякий день носила
На мраморной груди твоей, —
Возможно ль, милая Климена,
Какая странная во вкусе перемена!..
Ты любишь обонять не утренний цветок,
А вредную траву зелену,
Искусством превращенну
В пушистый порошок!
Пускай уже седой профессор Геттингена,
На старой кафедре согнувшися дугой,
Вперив в латинщину глубокий разум свой,
Раскашлявшись, табак толченый
Пихает в длинный нос иссохшею рукой;
Пускай младой драгун усатый
Поутру, сидя у окна,
С остатком утреннего сна,
Из трубки пенковой дым гонит сероватый;
Пускай красавица шестидесяти лет,
У граций в отпуску и у любви в отставке,
Которой держится вся прелесть на подставке,
Которой без морщин на теле места нет,


Злословит, молится, зевает
И с верным табаком печали забывает, —
А ты, прелестная!.. но если уж табак
Так нравится тебе — о пыл воображенья! —
Ах! если, превращенный в прах,
И в табакерке, в заточенье,
Я в персты нежные твои попасться мог,
Тогда б я в сладком восхищенье
Рассыпался на грудь под шелковый платок
И даже... может быть... Но что! мечта пустая.
Не будет этого никак.
Судьба завистливая, злая!
Ах, отчего я не табак!.. [more/]