Третье декабря. 

Похолодало. Снег лег до весны. Уже полчаса, после перекура, нахожусь в романтическом настроении. Второклашки слепили во дворе пособие по Кама-Сутре. Истратили примерно килограмм моркови. Морковку, как водится, стащили в столовой, а она оказалась вареной, поэтому скульптурам не хватает экспрессии и правдоподобия.

Шестое декабря. 

Рассказывал о СССР. Слушали с интересом, некоторые даже записывали на диктофон. Мелочь, а приятно, вот что значит, по настоящему заинтересовать детей. На перемене трое учеников спрашивали, что именно я курю и где беру такую убойную штуку. Не поверили, что ли?

Восьмое декабря. 

Приехала проверка из ГорОНО. Директор отрядил меня и трудовика Лавочкина для сопровождения этих теток. Я резонно спросил, а че нас? Директор популярно объяснил, что у трудовика запас самогона, а у меня профиль красивый. Причем тут профиль, я ж не геронтофил и, к тому же, столько самогона не выпью. За ужином тетки рассказывали про войну и по очереди гладили меня под столом по колену, а я, с перепугу, икал и вздрагивал, как в сорок втором под обстрелом.

Двенадцатое декабря. 

Директор выдал премию за «пособничество при проверке» и мы вместе с Уховым и двумя старшеклассницами ходили в сауну. Что-то, без сомнения, есть приятное в групповухе: то возишься как червяк в общей куче, то со стороны посмотришь; а фотографии получились просто отменные. Девчонки оказались с гибким телом и умом, а классная у них – Аделаида.

Пятнадцатое декабря. 

Химичка Оля и препод литературы Агнесса Львовна позвали меня, чтобы помочь в сочинении объяснительной по поводу перерасхода десяти литров спирта. После третьей я предположил, что бутыль самопроизвольно разбилась из-за тектонического сдвига в глубине земной коры. Записали. После пятой пришел трудовик Лавочкин и предложил добавить для достоверности, что спирт испортил проводку в его кабинете на первом этаже. Мы сказали, что пишем не про водку, а про спирт, но после шестой добавили и это. На шум прибыл завхоз Макарыч, осведомился о крепости спирта и, после восьмой, дописал в объяснительную порчу от розлива спирта семи слесарных молотков и авторучки «Паркер». Через час, исправив 10 литров на 12, мы разошлись.

Девятнадцатое декабря. 

Рассказывал на уроке об исследованиях Чукотки Курбатом Ивановым. "Большая губа" – так окрестил он нынешний залив Креста, а именем "Малая губа" назвал бухту Провидения. С последней парты внезапно раздался смех и улюлюканье двоечника Паршина. Некоторые девочки густо покраснели, а Света Смагина предположила, что Паршин родился из другого места и настоящее его имя Анус Ослов. Тот также внезапно замолк. Ну почему я не учил в школе анатомию? Придется на большой перемене идти к Аделаиде.

Двадцать третье декабря. 

Астрономичка Алевтина Центавровна водила десятый класс на лекцию в планетарий . Когда через 45 минут включили свет, то половина класса не успела полностью одеться, а вторая половина еще не успела закончить. Тогда мстительная Алевтина снова погасила свет и объявила, что лекция будет повторена. Через десять минут мужская половина класса начала молить о пощаде и клясться в любви к астрономии, астрологии и Астериксу с Обеликсом под уничижительное фырканье женской половины. Пощадила слабаков.

Двадцать восьмое декабря. 

На новогоднем вечере Виолетта была Снегурочкой: в прозрачном платье и красном белье она была неотразима. Деда Мороза изображал Ухов. Изображал до того старательно, что к середине мероприятия стал никакой, скурил пол-елки и пытался прикуривать от стрингов Виолетты. Общими усилиями его отправили спать. Директор с физруком ушли в спортзал, сказав, что пошли заниматься, чем именно не сказали. Мы с Виолеттой пошли ко мне украшать елку, хотя она предложила сначала украсить палку. Я согласился, все-таки году КОНЕЦ.