Слышал я историю, будто прибыли в Аргентину на заработки несколько человек из Восточной Европы. В состав этого интернационала, кроме всех прочих, входили украинец и поляк. Языка страны прибытия по нашей обычной безалаберности и надежде на «авось», разумеется, никто знать не знал. Но в водке и закуске по славянской предусмотрительности недостатка не было. Остановилась компания в наидешевейшей гостинице, что-то типа студенческого общежития по уровню комфорта и цене. Накрыли стол, как положено. Одна проблема – нужен хлеб. Первым на охоту отправился украинец. Вернулся ни с чем. Может быть, запутался в шести временах испанских глаголов, а может, и природная сметка после долгого перелета отказала. Поляк стал вторым посыльным. Не прошло и четверти часа как ребята были с хлебом и уже опрокидывали по первой. Поляк, страшно гордый своей удачей повествовал: «Все дело в вежливости. В магазине я очень вежливо поздоровался и сказал: «Пан, дайте, пожалуйста, хлеб» и продавец меня понял». По прошествии несколько дней, узнав, что «хлеб» по-испански «pan» (пан), вся компания заробитчан здорово веселилась, а поляк получил почетное прозвище. Известно какое.