Журналисты многие годы недоумевали: «Почему Коломойский молчит, не дает интервью? Что за человек? Что у него за душой?» Они констатировали: «Игорь Коломойский – наиболее закрытый персонаж высшей касты украинского бизнеса». Ну-ну…

Теперь он выбрался из своего миллиардерского подполья, из схрона, встал в полный рост… Рассмотрим его через увеличительное стеклышко, если нельзя сказать – через снайперский прицел.

Кличка у наместника Юго-Востока Украины Игоря Коломойского – Беня. Его друг-подельник когда-то прояснял: в честь Бени Крика… Тот Беня, который Крик, как мы помним, король одесских воров, - литературный персонаж Исаака Бабеля. Прообразом Крика был бандит Мишка Япончик, как мы тоже хорошо помним, он же «Король», он же Мойша-Яков Винницкий… Когда-то в интервью «Украинской правде» один из самых приближённых к Коломойскому людей Геннадий Корбан проговорился: «Коломойский по складу характера очень похож на героя рассказа Бабеля – Бенциона Крика. На Беню Крика...» Это отзыв о «складе характера» его друга-подельника. А вот отзыв недруга-конкурента образца 2005 года: «Жесткий бизнесмен, который пытается до мелочей отстоять свои интересы. Он склонен зачастую пересматривать правила игры во время самой игры. Поэтому следует с особым вниманием относиться к бизнесу с ним. Он непубличен, но властен и влиятелен…» Такая вот характеристика. Собственно, в сути своей мнение недруга не противоречит мнению Корбана. В те годы конкурентами, проще сказать врагами, Коломойского были Петр Порошенко, Константин Григоришин, Виктор Пинчук…

Итак, где тут у нас лупа?! Что значит «склонен пересматривать правила игры во время самой игры»? О чем речь? Описательная конструкция - не что иное, как эвфемизм, благоречие, заменяющее слова «жулик», «пройдоха», «кидала». От того, что масштаб ставок в их «игре» велик, жулик и пройдоха не перестает быть жуликом и пройдохой, как и кидалой. У него голова так устроена. Чем бы ни занимался, имея особую, тайную цель жизни. Поэтому и следует с особым вниманием относиться к поступкам Коломойского. Так считали знающие его люди. Вряд ли теперь считают иначе, когда бизнесом для него стала не просто политика, но и война, которая, как мы помним по Клаузевицу, есть продолжение политики другими средствами.

Тезис, что Коломойский «жесткий бизнесмен, который пытается до мелочей отстоять свои интересы», следует понимать буквально. Коль припрет, он будет отстаивать свои интересы до последнего. До последнего украинца, до последнего русского. Вокруг Коломойского и его друзей-подельников много набрызгано крови. Но когда он может орудовать законом, он орудует законом. Суд – последнее прибежище олигарха в том смысле, что там узаконивается вся иная его деятельность.

В свое время Коломойский вложился в «оранжевую революцию». А когда в 2005, уже при Ющенко-победителе, при новом дерибане, его попробовали «кинуть», он объявил войну конкурентам. Беня атаковал Генпрокуратуру заявлениями на Григоришина и Порошенко, жалуясь, что те его рэкетируют, обещая «очень много неприятностей», отжимая от заветного. При «оранжевой» власти было реанимировано уголовное дело, которое возбуждалось против Коломойского еще при Кучме. Тогда на некоего «адвоката Григоришина» было совершено покушение, ему «были нанесены тяжелые ножевые ранения». Что интересно, накануне от этого адвоката в прокуратуру поступило заявление, что Коломойский грозит ему расправой. Вероятно, Григоришин и Порошенко имели и другой компромат на Коломойского. Порошенко грозил ему через общего знакомого: «На него тут столько всего есть, что лучше пусть Коломойский продает все, что имеет в Украине, и уезжает в Индонезию». Коломойский, отстаивая свое до последнего, дал интервью проамериканскому еженедельнику «Зеркало недели», который называют влиятельным. Он вынес сор из избы. Это было первое и на многие годы единственное интервью. Опасаясь посадки, интервью дал по телефону из Швейцарии. Известно, если США – обком мировой закулисы, то Швейцария – политбюро. Коломойский решил свои проблемы. Договорился. И где теперь тот Григоришин?.. Поди, прозябает в своем золотом дворце на Кипре в безвестности? И поделом. Зато Петр Порошенко при славе. Он на коротком поводке, который держит Коломойский, и рвется в президенты. Настолько на коротком, что за неделю до «выборов» 25 мая, после того как перепуганная угрозой покушения Тимошенко не поехала в Запорожье на встречу с избирателями, Коломойский заявил: «Благодаря своей харизме, характеру, лидерским качествам она (Юля) – один из лидеров гонки. И одна из главных претендентов для выхода во второй тур. Даже если в первом туре она первенства не получит, в финале всякое бывает, финал может быть самым непредсказуемым». Это прямая угроза Петру Порошенко. Чтобы знал. И помнил. Но мы отвлеклись.

Стоит ли напоминать, что Коломойский является членом попечительского совета Еврейской общины Днепропетровска, руководителем Объединенной еврейской общины Украины, главой Европейского совета еврейских общин, президентом Европейского еврейского союза. Он имеет двойное гражданство: Израиля и Украины. Вообще-то законодательством Украины это запрещено. Но в Израиле разрешено, и это – главное. Старший партнер Коломойского миллиардер Рональд Лаудер – совладелец, держатель контрольного пакета телеканала «1+1» - возглавляет Всемирный еврейский конгресс. Это над Коломойским. А под ним на иерархической лестнице – ближайшие помощники Борис Филатов и Геннадий Корбан. Они люди в Днепропетровске видные, влиятельные, владельцы много чего, миллионеры. Утверждают, что они, как и Беня, сограждане Израиля. Похоже на правду. Когда при Януковиче над ними стали сгущаться тучи, они, не дожидаясь молнии, вмиг оказались в Израиле. Теперь им скрываться не нужно, они обличены государственной властью. Они заместители губернатора Коломойского.

Судьба им улыбается. Их конкуренты-враги, такие как Максим Курочкин, как и ряд других, кончили плохо. Нехорошо порой кончают и их партнеры по бизнесу, друзья, такие как бизнесмен Геннадий Аксельрод. Аналитик из «Цензор.нет» отмечал: «Так уж сложилась, что партнерами Аксельрода были Геннадий Корбан и Борис Филатов, а имущество, к которому он имел отношение, было обретено путем захвата и невозвращенных долгов». Аксельрод был застрелен «неизвестными велосипедистами» в 2012 году у ворот дома, в центре города. Наблюдатель задавался вопросом: «Кому достанется бизнес и имущество Аксельрода?.. Во всех его бизнесах старшим или равноправным партнером выступает Геннадий Корбан». Отмечено было, что Аксельрод был, «по сути, строительным менеджером и человеком, который находился на «контакте» с властью… Почти весь его негатив – это негатив его партнеров, который наживался ими годами…».

В отличие от Коломойского Аксельрод жил открыто. Он даже себе памятник зачем-то устроил в центре Днепропетровска. Детишки по нему лазили, ему нравилось.

В гибели некоторых людей из круга Коломойского определенно присутствует некая демонстративно ритуальная составляющая.

Вячеслав Брагинский, строивший скандально известный жилой комплекс «Олимпик-2» для пострадавших от взрыва газа дома на Мандрыковской, был взорван точно в очередную годовщину трагедии – 13 октября 2009, причем бомба была прикреплена к газовой трубе. Филатов объяснял проблемы «ошибками бывших владельцев комплекса и тем, что «Укрсоцбанк» закрыл кредитную линию».

Аксельрод был убит «в момент окончания иудейского праздника Пейсах» 14 апреля. Он строил крупнейший в мире еврейский центр «Менора». По отзывам, Аксельрод не был религиозным человеком, полагал себя «гражданином мира» и хотел возвести по соседству с «Менорой» православный собор, на том месте, где некогда располагался Свято-Успенский храм. Аксельрод настаивал на том варианте, чтобы православный собор по высоте не уступал «Меноре». После гибели Аксельрода об этом варианте проекта уже не вспоминают…

«Менора» - это колоссальное сооружение, детище Коломойского. И это, судя по всему, значительный шаг к достижению главной его цели. Общая площадь высотного «семисвечника» 4 тыс. кв.м. Стоимость проекта держится в тайне. Заметим, при возведении «Меноры» применены уникальные технологии. В качестве примера: стены «Меноры» облицованы специально изготовленным «иерусалимским» камнем. «Уникальность этого камня в том, что для его производства создали отдельную линию, которая потом была разобрана. Таким образом, повторить такой же камень уже не удастся». Строилось, вероятно, на века? На тысячу лет?

Харьковчанин Эдуард Ходос, известный публицист, возглавляющий одну из еврейских религиозных общин, многие годы говорил и писал о том, что на Украине создается новая Хазария, Хазарский каганат. К этому предупреждению мало кто относился всерьез. Еврейская тема – тонкая тема. Кому хочется, чтобы обвинили в антисемитизме? Но вот еврей Ходос вновь и вновь, уже при хунте, говорит о том, что Хабад (иудейское религиозное движение) совсем плотно подошел к созданию новой Хазарии. Как мы помним, «старый» Хазарский каганат просуществовал триста лет и был упразднен князем Святославом, отцом св. Владимира-Крестителя в конце Х века. Правящая элита хазар, державшая власть и капитал в своих руках, исповедовала иудаизм. Прочие, служащие им, в том числе их «гвардейские племена», могли быть кем угодно. Поэтому совершенно неудивительно, что Коломойский финансировал и финансирует украинские националистические и нацистские организации. Все эти «свободы», «правые секторы», «нацгвардии» - это инструменты для достижения цели. В настоящее время более надежных инструментов нет. Ходос напоминает о еврейском стихотворении «Серебряный поднос». Этот поднос – Украина, на котором будет преподнесена власть Хабаду.

Примечательно, что на открытие «Меноры» (октябрь 2012, построена в рекордный срок) прибыли, помимо раввинов «ряда стран и городов», помимо главного раввина Израиля, «министры, послы США, Германии, Израиля, гости из России, крупнейшие бизнесмены и меценаты разных стран…». Многие ли из этих людей знали, что через год в Киеве начнется «евромайдан»? Вероятно, не многие.

Хабад, вспомним, иногда именуют иудео-нацистской ультраортодоксальной сектой. Деятельности Коломойского рады далеко не все евреи. Более того, уже сейчас пошла лавина протестов по всему миру. Характерен протест Еврейской общины Луганска. Они обратилась к Коломойскому с требованием «никогда не связывать вашу деятельность с еврейским народом»: «Граждане еврейской национальности со всеми жителями Луганской области оплакивают невинные жертвы чудовищной бойни, устроенной радикалами в Одессе. Мы скорбим о каждом погибшем в Мариуполе, Славянске и других местах, где полыхает братоубийственная война…»

Чувствуя кураж, пребывая в безопасности, Коломойский, похоже, развлекается на человеческом горе. В свое время он запустил в Интернет ролик с деловым предложением от «ПриватБанка»: «10000 за москаля». Он поднял вал русофобии и шпиономании. Он потребовал от безмозглой киевской хунты: «Давайте, отдадите Одессу мне, и будет так же, как в Днепропетровске. Типа, не одна мышь голову не высунет».

Беня хочет стать королем, каганом этой новой Хазарии-Украины!

Чудовищная жестокость, которую допускают наймиты Коломойского, поражает. Проплаченный им погром в Одессе многие сравнивали с катастрофой белорусской Хатыни. Но это не совсем верно. Коломойский в Одессе, в Доме профсоюзов устроил Освенцим: людей отравляли ядовитым газом и сжигали. Подельники Коломойского «борики и корбики» еще крымчанам грозили «вешать потом», не удалось, теперь готовят массовый террор на Донецком кряже, создают террористические группы «Донбасс»…

Это Беня заговорил.

Говорит он грязно, мерзко, говорит он матом, как мы слышали, когда он объявил Олегу Цареву о миллионе за его голову и когда грозил, говоря о близких Царева: «Мы их будем вешать прямо на площади, б…»

Бабель романтизировал бандита Мишку Япончика в своем Бене Крике, сообщая, что «он говорит мало, но хочется, чтобы он сказал еще что-нибудь». Нет, это не про Коломойского. Про него, уже видящего себя королем, так и просится с языка: «Беня говорит плохо и кроваво, и хочется, чтобы он уже больше никогда ничего не говорил».

Источник: Одна Родина

Олег Миклашевский 

Текст: Глеб Простаков

На протяжении последних месяцев Днепропетровск брендирован как главный оплот борьбы за единство Украины. Город на Днепре стал своеобразным центром управления полетами: здесь тренируют, вооружают, дозаправляют. Во главе процесса — Игорь Коломойский: без его содействия Киев наверняка не смог бы эффективно усмирять восток. Но за все нужно платить. «Репортер» разбирался, какова цена услуг олигарха и кто на самом деле может стать главным бенефициаром федерализации

Вот коса Юлии Тимошенко умчалась за перекресток на флагах в колонне дорогих авто, прогудевших по проспекту Карла Маркса. А вот навстречу идут женщины в жилетках с нанесенным на них именем Сергея Тигипко. Взглядом с поволокой с огромной растяжки на окне своего штаба в центре города смотрит Петр Порошенко — уже знает, что победит. На окнах домов много украинских флагов, некоторые люди ходят в вышиванках. В день выпуска школьники на центральной площади города отпускают в небо 5 тысяч желтых и голубых воздушных шаров под звуки украинского гимна.

Трудно представить, что всего в двух сотнях километров отсюда под селом Карловка Донецкой области в засаду попал добровольческий батальон «Донбасс», а под Волновахой за день погибли 13 украинских военных. В самом Днепре — полный штиль, ни единого намека на войну. Люди ходят на работу, пьют пиво и говорят о политике. Этот город не мыслит локальными проблемами: здесь любой бомж знает, кто такие Меркель и Обама, какие еще санкции Запад готовит России и почему Путин в конце концов проиграет.

Украинская идентичность переплыла Днепр — так говорят сейчас в Днепропетровске. «Все имперские амбиции Путина разбиваются об этот город. Разве это не чудо», — сказал экс-президент Грузии Михаил Саакашвили. Он называет Игоря Коломойского одним из главных врагов Владимира Путина, коим до недавнего времени считал самого себя. И видит в Днепропетровске вызов российской агрессии и самому проекту евразийства.

Мир вам

Из окон «Пассажа» — торгового центра в сердце Днепропетровска — видна французская карусель, синагога и православная церковь. Мультикультурный город гордится своей толерантностью. Даже в советское время одной из центральных улиц в нем была улица Шолом-Алейхема (дословно — «мир вам»), названная по имени известного еврейского писателя и драматурга. В городе очень сильна еврейская община. В этом смысле Днепропетровск даже более еврейский, чем Одесса. И это накладывает большой отпечаток на его жизнь.

Игорь Коломойский никогда не занимал государственных должностей. Он не пытался объединить свою собственность в рамках одной корпорации, как это сделали Ахметов и Пинчук, обыграть в ее названии свое имя, как Тигипко или Порошенко. Игорь Коломойский остался верен непрозрачным схемам из 1990-х и непубличности. Но в начале марта неформальный лидер группы «Приват» изменил себе, став губернатором Днепропетровской области. Многие горожане поначалу отнеслись к этому назначению настороженно. Но сработала игра на контрасте: видя, что происходит в Донецке и Луганске, местные жители осознали, что спокойная обстановка в Днепропетровске и области дорогого стоит.

— В Днепропетровске всегда преобладали политические силы, представляющие власть, город всегда шел за властью, — рассказывает Денис Семенов, специалист по коммуникациям, бывший советник Фонда Виктора Пинчука. — Даже после 20 декабря — а к тому времени уже был и отказ от ассоциации с ЕС и избиение студентов на Майдане — 40% жителей региона поддерживали Януковича. Люди задавались вопросом: почему власть не может защитить себя, почему не накажет «запроданцев»?

Подобные настроения в Днепропетровске никуда не делись. Но многое изменило вторжение России в Крым, никто не захотел с этим ассоциироваться, это было уже за гранью. Спустя какое-то время местные жители увидели в Коломойском силу, и эта мысль укреплялась все больше с каждым спокойным днем в Днепропетровске.

Милиция из народа

Иду записываться в батальон «Днепр». Запись проходит в Штабе национальной защиты, расположенном в соседнем от облгосадминистрации здании на площади Героев Майдана. Еще недавно площадь носила имя Ленина, но новые времена продуцируют новые смыслы.

Актовый зал на цокольном этаже, два человека на приеме документов, еще несколько деловито заполняют бланки на соседних партах. Передо мной стоит парень.

— Поступаете на службу в МВД, платят 4,2 тысячи грн. Это максимальная ставка в милиции, столько получал «Беркут». Еще 2 тысячи грн доплачивает Коломойский, иногда больше — зависит от навыков. Это, так сказать, зарплата в конверте, — специально обученный человек из «приемной комиссии» начитывает ответы на самые популярные вопросы.

— А куда пошлют?

— Решает командир батальона. Могут на блокпост определить, а могут на спецоперацию послать.

— Тебе сколько лет?

— 23

— В армии служил?

— Нет.

— Почему?

— Повестка не приходила. У нас задолженность по коммуналке, заплатить нечем, а ЖЭК отказывается прописать сына в квартире. Но у меня почти двухлетний боевой опыт.

— Это как так? — удивляется специально обученный.

— У нас два года квартиру пытаются отобрать, мы как на войне побывали! - кипятится парнишка.

— Ясно. Вы пропишитесь, пожалуйста, у родственников например. Затем — в военкомат, там дадут «пригодность к службе», и тогда уже к нам.

Батальон «Днепр» — странное образование. С одной стороны, его сотрудники формально поступают на службу в правоохранительные органы и большую часть зарплаты получают от государства. С другой, все понимают, что инициатором создания батальона выступает местная власть. И, доплачивая за службу, она делает это предложение конкурентным на рынке труда. Фактически батальон «Днепр» — это силовая структура, вооружаемая и оплачиваемая за счет госбюджета, но при этом полностью лояльная к местной власти, от которой зависит выплата «премиальных».

— И много народу к вам идет? — спрашиваю я.

— Идут многие. Одну роту уже набрали, будем набирать еще. Но не всех — автомат в руки дашь не каждому.

— А если возьмут, передумать могу? — ищу я пути отступления.

— Можете отказаться в любой момент, даже после зачисления в батальон. Просто пишете рапорт, и вас увольняют из органов.

Главный по войне

В кабинете Бориса Филатова на всю мощность работает кондиционер.

— Я буду курить, если не возражаете, — не дожидаясь возражений, Филатов закуривает.

Для опытного дайвера и претендента на роль первого космического туриста от Украины (Филатов заплатил $200 тысяч за участие в программе коммерческих полетов в космос Virgin Galactic) он слишком много курит.

— Не оштрафуют за курение в публичном месте? — спрашиваю я.

— Не оштрафуют, — отрезает Филатов.

Борис Филатов сейчас самое заметное лицо в администрации Игоря Коломойского. Он пачками раздает интервью, постит на Facebook и, по сути, является рупором новой администрации области. Три месяца назад Филатов и его бизнес-партнер Геннадий Корбан вынужденно выехали из Украины в Израиль после того, как осуществили публичный демарш против власти, организовав трансляцию «5 канала» на плазменных мониторах принадлежащего им ТЦ «Пассаж» в центре Днепропетровска. Корбан и Филатов вернулись в Украину сразу после победы Майдана и бегства Виктора Януковича. А еще через две недели друзья — известные специалисты по корпоративным спорам и рейдерским войнам — получили замгубернаторские посты.

Многие прочат Бориса Филатова в губернаторы. Мол, для этого сейчас создается его позитивный медийный образ как главного по войне. Именно он курирует в ОГА вопросы набора и подготовки бойцов спецбатальона «Днепр», организацию работы блокпостов вокруг города, он же занимался обеспечением процесса выборов в регионе. «„Приват“ умело эксплуатирует тему войны. На фоне спокойствия в городе и относительного спокойствия в области люди просто не задают лишних вопросов», — говорит Денис Семенов.

— Вот смотрите, — Филатов подходит к карте, на которой в увеличенном масштабе изображена Днепропетровская область. — Это Западный Донбасс, — он обводит рукой восточные районы Днепропетровщины. — Те же шахты, те же переселенцы из Кемерово, но там все спокойно, никаких сепаратистов. Поймите, полыхает не весь Донбасс, а отдельные точки, куда вбрасываются деньги и ресурсы для дестабилизации обстановки. — Ахметов не понимает логику происходящих процессов. Когда по Донецку ходят вооруженные бандиты, поздно гудеть в гудки. Это красивый, но запоздалый ход, — уверен замгубернатора.

Его общение с прессой носит специфический характер. У бывшего журналиста и юриста Филатова есть четкий тезисный ряд, который, как ему кажется, дает ответы на большинство вопросов, которые хотят ему задать. Первое, спокойствие в области, — результат продуктивных переговоров ОГА с пророссийскими силами, плод уступок и компромиссов. Второе, батальон «Днепр», — не частная армия Коломойского, а структура при МВД, которую софинансирует Штаб национальной защиты. Третье — все остальные добровольческие формирования вообще никому не подчиняются, действуют непрофессионально, но при этом являются дружественными, а потому им можно и нужно оказывать посильную помощь. То же касается и «Правого сектора», играющего не последнюю роль в городе.

Армии и милиции больше нет

— С такими друзьями, как «Правый сектор», и враги не нужны, — говорит Филатов. — Они действуют на свое усмотрение и не подчиняются никому — ни армейскому командованию, ни милиции, ни тем более нам. С другой стороны, мы понимаем, что эти люди — патриоты и скорее друзья нам, а не враги. Поэтому, когда «правосеки» и другие парамилитарные образования обращаются за помощью, мы, как можем, помогаем.

С имиджевой точки зрения «Правый сектор» невыгоден Коломойскому, еврейская община относится к ним настороженно. Возможно, поэтому руководство области пытается сейчас от них мягко дистанцироваться. Хотя они, конечно, сотрудничают. Так, лидер днепропетровского отделения ПС Андрей Денисенко был одним из тех, кто вручал «ключи от города» Игорю Коломойскому. На совместной пресс-конференции, сразу после назначения неформального лидера группы «Приват» губернатором, Денисенко сидел от него по правую руку.

«Правый сектор» был одной из основных сил, участвовавших в штурме Днепропетровской ОГА 26 января этого года. Но он был не один.

— В Днепропетровске на тот момент существовал свободный рынок титушек. В субботу они могли защищать ОГА за Януковича и митинговать с георгиевскими ленточками, а уже в воскресенье отрабатывать новый контракт, штурмуя облгосадминистрацию против Януковича, — рассказывает Денис Семенов. — Корбан и Филатов почувствовали момент и сделали свою ставку на Майдан. Ставка оказалась выигрышной.

Вся неформальная активность Днепропетровской ОГА перемещена в Штаб национальной защиты. То, чего не может делать и показывать губернатор, может Штаб. По сути ШНЗ — универсальная ширма, за которой собираются деньги и решаются вопросы, которые в открытую не может решать Игорь Коломойский в качестве государственного чиновника.

Именно Штаб нацзащиты выплачивает награду в $10 тысяч за «головы» сепаратистов. Как говорит Борис Филатов, «если Россия платит за войну, то мы платим за мир».

— Вам не кажется, что, доплачивая бойцам батальона «Днепр», вы тем самым еще больше деморализуете армию и милицию? — меняю я тему. — Ведь резервисты, призванные для участия в АТО, имеют совсем другую мотивацию. Отсюда и материнские бунты, и брожение в рядах военных, призванных на войну за мизерную зарплату.

— Деморализовать украинскую армию еще больше просто невозможно, армии и милиции в Украине уже нет, — парирует Филатов.

Замгубернатора уверяет, что батальон «Днепр» до сих пор не покидал границ области. А те добровольческие формирования, которые сейчас представляются батальоном «Днепр» (как это было в истории под Красноармейском, где бойцы, представившиеся батальоном «Днепр», расстреляли двух местных жителей), таковыми не являются.

— Если ОГА не имеет отношения к добровольческим парамилитарным формированиям вроде «Донбасса», то кто, по-вашему, их финансирует и экипирует?

— У Семена Семенченко (лидер батальона «Донбасс». — «Репортер») свой путь, мы к нему отношения не имеем.

Большая игра Коломойского

Поставив себе в заслугу «усмирение» радикалов, офис «Привата» в Днепропетровской ОГА лукавит. Ни коммунисты, ни пророссийские силы не являются в регионе реальной силой, представляя собой невлиятельную кучку маргиналов.

— Существовал серьезный конфликт между правящей в Днепопетровске верхушкой времен Януковича и местными элитами, — рассказывает политолог Дмитрий Громаков. — Почти вся команда, которую привел с собой экс-губернатор Александр Вилкул, была из Кривого Рога, где доминируют интересы Рината Ахметова. Эти люди так и не стали для Днепропетровска своими.

Для криворожцев «по-днепропетровски» равно «по-еврейски». Кривой Рог — ментально другой город, настроенчески он намного ближе к тому же Мариуполю, чем к своему областному центру.

Сейчас существует хрупкий, но пока действенный компромисс между новой администрацией и бывшими руководителями области, своеобразный пакт о ненападении. Можно лишь предполагать, что лежит в его основе. Одна из версий звучит так. Игорь Коломойский пока не трогает Партию регионов, не рушит до конца вертикаль управления, выстроенную в области еще при Вилкуле. Значительная часть начальников департаментов ОГА и глав районов сохраняют свои места. К тому же у «Привата» существует серьезный кадровый голод, исполнителей рутинной работы в регионе катастрофически не хватает, но кто-то должен ее делать, пока местная власть занята войной. С другой стороны, Ринат Ахметов, на которого ориентирована криворожская элита, сдерживает сепаратистские настроения во втором по численности населения городе области, тем самым не открывая «второй фронт» в тылу у Коломойского.

Кроме договоренности с «регионалами», говорят и о негласных переговорах администрации с местным криминалитетом, в частности известной в области ОПГ Нарика.

— Местные «бандосы» пока сидят тихо. Криминал из города никуда не уходил, но криминогенная обстановка в Днепре остается в пределах нормы, — говорит уроженец Днепропетровска, известный журналист и политтехнолог Никита Потураев.

О негласном партнерстве властей и Нарика судачат давно, но, по понятным причинам, доказательств этому нет. Интересно, что сам Борис Филатов говорит о проукраинских настроениях, царящих в криминальной среде. Мол, засилье конкурентов из России и Донбасса не выгодно даже им.

— Помню, закатили местные авторитеты большую вечеринку. И тут встает Нарик и заявляет: «Все, друзья, теперь говорим только по-украински, поем украинские песни и пьем украинскую водку», — рассказывает один из днепропетровских бизнесменов, лично присутствовавший на торжестве. Предложение было встречено аплодисментами.

Негласные договоренности с «регионалами», местными неформальными авторитетами и создание квазигосударственного военизированного формирования в виде батальона «Днепр» — и есть те три кита, которые обеспечивают Игорю Коломойскому поддержку Днепропетровска и лояльность Киева.

Так где же касса?

Просторный офис в здании, построенном компанией «Сфера». На столе — книга «История хасидизма». Владелец здания и книги — Федор Грищев, один из членов попечительского совета Днепропетровской еврейской общины. Федор Иванович лично и давно знаком с Игорем Коломойским и его партнером по бизнесу Геннадием Боголюбовым. По словам Грищева, общается он с ними на ты, но на людях, учитывая нынешнее положение Коломойского, соблюдает положенный этикет. На последних выборах Федор Грищев был доверенным лицом Петра Порошенко в Днепропетровской области.

— Было время, когда трое из первой пятерки украинских олигархов были из Днепропетровска: Пинчук, Коломойский, Боголюбов. Рината тогда даже на карте не было, — говорит Грищев. — Сначала он пришел в «Павлоградуголь», затем на «Криворожсталь», в ГОКи. Представьте, вам в квартиру насильно подселили соседа. Ладно, пусть так. Но однажды вы возвращаетесь, а дверь квартиры заперта, вас туда не пускают. Вы больше не хозяин в собственном доме.

Примерно так воспринимала экспансию донецких местная элита. В какой-то момент грань была перейдена. И сейчас ситуация отыгрывается назад.

В одном из своих старых интервью Игорь Коломойский так описывает одну из бесед со своим давним конкурентом Виктором Пинчуком: «Жизнь — это супермаркет. Бери, что хочешь, но касса — впереди». Сегодня эту фразу можно адресовать самому Коломойскому.

— Этот человек никогда ничего не делает просто так, — говорит Денис Семенов. По-видимому, он увидел окно возможностей и ввязался в очень серьезную игру за расширение своего влияния.

Игорь Коломойский не любит платить за все исключительно из своего кармана. Показательна история с заправкой топливом армейских бронетранспортеров. В начале марта Борис Филатов распространил информацию о том, что Игорь Коломойский за собственный счет заправил технику воинских частей Южного оперативного командования. Вскоре выяснилось, что добрый жест олигарха обошелся армии в 188 млн грн. Именно столько Минобороны заплатило принадлежащей «Привату» компании «Укртатнафта». Тендер проводился по неконкурентной процедуре с одним участником. Коломойский не тратит деньги — он их инвестирует.

. [640x420]

Назначение Игоря Коломойского губернатором Днепропетровщины, его соратника Игоря Палицы — губернатором Одесской области, а также установившееся между Коломойским и мэром Харькова Геннадием Кернесом взаимопонимание — звенья одной цепи, которые позволяют говорить о формировании лояльной олигарху территории по оси Одесса — Днепропетровск — Харьков. Своего рода Анти-Новороссии.

— Поначалу поводом для вмешательства могла быть защита синагог. Ведь, перекинься события в Харькове на Днепропетровск, дело могло закончиться еврейскими погромами, — считает Дмитрий Громаков. — А Игорь Коломойский — не последний человек в еврейской общине.

Но сейчас игра перешла на другой уровень. Майдан дал шанс на реставрацию влияния местных элит в собственном регионе, и не только.

Игра Коломойского уже вышла за рамки «защиты нападением». Днепропетровск становится альтернативным Киеву центром влияния. Местные элиты открыто не требуют федерализации, но перераспределение денег и полномочий от Киева в регионы выгодно им как никому другому. То, что Донбасс хочет получить войной, Днепропетровск добьется миром. В городе на Днепре слишком много людей, которые ведут свою игру, но сейчас все они — рейдеры, бандиты, патриоты и олигархи — играют в одни ворота.

«Игорь Валерьевич, покормите свиней, пожалуйста», — пишет на своей странице в Facebook Олег Царев. На этой неделе парламент дал согласие на арест нардепа, а несколькими днями ранее Царев лишился своего бизнеса в Днепропетровской области. В рейдерском захвате хлебокомбината, бумажной фабрики и свинокомплекса Царев винит лично Коломойского. Последний не оправдывается. На странице Бориса Филатова оперативно появляется запись: «Царев, если ты думал, что сегодняшнее голосование в ВР — это обещанный вчера подарок (к дню рождения. — «Репортер»), то ты ошибаешься. Подарки будут потом».

Впрочем, едва ли уничтожение бизнеса Олега Царева — рейдерство в понимании «Привата» — слишком мелко. Скорее это личная вендетта и взаимная неприязнь. Но отрицать бизнес составляющую как мотив действий Коломойского бы наивно. Уже сейчас «Приватбанк» получает значительные объемы рефинансирования от НБУ, нефтеперерабатывающие заводы «Привата» перерабатывают технологическую нефть, которой до недавнего времени были заполнены трубопроводы, а связанная с «Приватом» компания «Международные авиалинии Украины» пока не испытывает конкуренции со стороны европейских лоу-костов — договор об открытом небе так и не подписан.

Едва ли Коломойский будет сейчас открыто «отжимать» активы. Хотя, в случае краха империи Рината Ахметова, «Приват» обязательно возьмет то, что будет плохо лежать, — в первую очередь железорудные ГОКи.

Также огромный интерес представляет земля. В одной лишь Днепропетровской области 2 млн гектаров плодородной почвы, даже четверть этих площадей сделает Игоря Коломойского самым могущественным латифундистом в стране при условии, что будет отменен мораторий на приватизацию земли. Как-то нужно будет рассчитываться и с криминалом, который не проявляет сейчас активности. А земля — отличный ресурс, чтобы удовлетворить всех.

Восточная столица

Сегодня интересы «Привата» и украинской власти совпадают, они нужны друг другу. Но что случится, когда интересы совпадать перестанут, и как будет выглядеть «цивилизованный развод»?

— Днепропетровск — ключ к юго-востоку, — сказал Игорь Коломойский в одном из своих интервью. Тот, кто контролирует этот город, контролирует весь восток.

— Этот контроль обусловлен тем, что без Днепропетровска любой кандидат от власти проигрывает выборы на востоке, — считает Дмитрий Громаков. Днепр сыграл на руку Петру Порошенко хотя бы тем, что обеспечил спокойное голосование. Сейчас Киев зависит от Днепропетровска — это его точка опоры в деле восстановления спокойствия во всем регионе. Вопрос лишь в том, во что это станет Киеву.

. [640x420]

Днепропетровск определенно претендует на статус финансовой столицы Украины, альтернативного Киеву центра влияния, ключевую роль в котором играют местные элиты, а не центральная власть. Закрепить привилегию местных элит могут гарантии выборности губернаторов и децентрализация бюджета.

Либо, как вариант, нынешняя команда днепропетровского губернатора может начать борьбу за Киев. Игорь Коломойский ведь не исключил того, что может увлечься политикой.

И рано или поздно встанет вопрос отношений с киевскими игроками, ключевой фигурой среди которых с недавних пор является Петр Порошенко.

То, что сейчас кажется обоюдовыгодным партнерством, завтра может обернуться жестким соперничеством двух столиц. Таких примеров в истории было множество: Киев и Новгород, Москва и Санкт-Петербург. Исторический момент, ресурсы и амбиции Днепропетровска позволяют сейчас вести самостоятельную игру в масштабах всей Украины.

— Игорь Коломойский — человек войны, — говорит Никита Потураев. — Он чувствует себя комфортно только в состоянии конфликта, причем конфликта, в котором он обязательно победит.

Эпическое противостояние Игоря Коломойского и Виктора Пинчука сейчас сошло на нет. «Интерпайп» в глубоком финансовом кризисе, некогда могущественный зять Леонида Кучмы не демонстрирует проактивную позицию в политике. Ринат Ахметов — раненый лев, а Донецк с Луганском — слишком проблемные регионы и малопривлекательны для экспансии. Зато ресурсы и амбиции есть у Петра Порошенко — еще одного олигарха из первой десятки. Сегодня новый президент зависит от Днепропетровска. Но за войной всегда наступает мир и время рассчитываться по долгам. Место главного соперника в жизни Игоря Коломойского нынче вакантно. И основным претендентом на него может стать Порошенко.

Чтобы разгадать логику действий Игоря Коломойского, нужно понимать, что он за человек. Знающие люди любят рассказывать о нем такую историю.

В 2005 году конфликт за один из наиболее привлекательных промышленных активов в стране — Никопольский завод ферросплавов — вошел в горячую фазу. Право на управление предприятием у Виктора Пинчука оспаривал Игорь Коломойский. Были суды, попытки рейдерского захвата, митинги трудового коллектива — в общем, полный набор. В какой-то момент стороны нашли общий язык. И вот однажды на выходе из киевского ресторана «Липский особняк» наблюдалось небывалое зрелище: слегка навеселе в обнимку идут Коломойский и Пинчук, квартал оцеплен личной охраной двух олигархов. Накануне они договорились о разделе сфер влияния на НЗФ и теперь отмечают примирение. Пинчук провожает Коломойского, который улетает в Израиль, в аэропорт. Утром следующего дня люди Коломойского врываются на предприятие, кладут на землю охрану «Интерпайпа» и силой занимают заводоуправление. Растревоженный плохими новостями Виктор Пинчук звонит Коломойскому:

— Игорь, что происходит, мы же договорились?

— Витя, совсем забыл тебе сказать…