Рассматривая фото и видео старинных европейских городов, вот до чего додумалась.
Принято называть "сказочными" - в туристических проспектах и благожелательных комментариях - города с хорошо сохранившейся старинной архитектурой в центре. Что в данном случае должно значить "сказочный"? Место действия сказки. Красивый до того, что пробуждает воображение и расширяет представление о реальности. Те города, где полагается думать "вот сейчас из-за угла выйдет"...Имея в виду, что выйдет не меньше, чем местный добрый волшебник, которого вы непременно сразу узнаете. (По взгляду).
Это приятные образы, но также это штампы. А штампы вызывают сопротивление. О тех же самых сказочных городах обычно полагается помнить обстоятельства, служащие разоблачением сказки, если сказку понимать только - как необычную красоту. Помои выплескивались из окон, головы и прочие части тела казненных могли быть развешаны на видных местах - в назидание, теснота, происходили погромы, жители погибали во время осад и эпидемий, например, чумы...Добрый волшебник боялся раскрывать инкогнито, из боязни быть преданным суду. И все, что еще можно было бы добавить, чтобы архитектура осталась на месте, но ощущение красоты было разрушено или красота в глазах зрителя ожесточилась и вызывала резко неприятное удивление.
Но, если подумать, все это может быть очередным примером непротиворечия. Во-первых, сказки по принятой классификации бывают также бытовыми. А там особой красоты и волшебства не требуется - могут быть ссылки на волшебство из плутовства, а картинок жизни без чудес со всеми обыденными деталями для сюжета этих сказок вполне достаточно.
Во-вторых, все те же детали - некрасивые, грубые, но историчные - могут присутствовать и в волшебной сказке. И они могут сосуществовать с фантастикой. Потому что персонажи (а заодно и автор, и аудитория) могут воспринимать всю эту грязь как обычные явления, и потому специально не заострять внимание на них. А если явления эти чрезвычайных масштабов (эпидемии, например) и страдания приносят чрезвычайные, то им могут пытаться противостоять, отвлекаясь на сказку. Насколько можно. Наконец, все эти явления могут быть формой действия в сказке злых сил - которые по сюжету нужно победить. Например, героя по ложному обвинению предали что ни на есть страшной казни - разрубили на несколько частей, а героиня собрала эти части, смочила их мертвой водой - и они срослись, смочила живой - и герой воскрес.
Или иначе некрасивые детали могут быть поставлены на службу сюжету - неожиданно производя фантастический эффект. Жил был дурак-дураком, попал он как-то под выплеснутые помои и с тех пор сразу же необычайно поумнел. Сразу же заговорил по-латыни и стал преуспевать в коммерции. :-) (А его конкурент, зная об инциденте, попробовал применить к себе то же средство - и подействовало наоборот: сразу же тот поглупел и вскоре совсем разорился).
Cуществование уродства во всех смыслах - не исключает того, чтобы рядом существовала красота, также во всех смыслах. И происходил поиск этой красоты. То и другое, красота и уродство, в сказочной форме могут быть особо подчеркнуты.
Раз на то пошло, сказочным городом может быть самый обычный райцентр, когда в нем по сюжету - согласно чьему-нибудь вымыслу - станут происходить необыкновенные события. В этом случае "самый обычный" как декорация будет нужен именно для того, чтобы подчеркнуть их необычность. Но это, конечно, не отменяет того, что людям может быть приятно мечтать, любуясь старинными городами и забывая на время об их описанной двойственности.