По известному печальному поводу решила вспомнить одну свою барселонскую прогулку.
По знаменитой Рамбле мы гуляли несколько раз, но я не очень хорошо ее помню. Не стремилась ее разглядывать, потому что это всегда было или самое начало визита в Испанию или конец. Я или готовилась много увидеть или уже уставала - но мы, конечно, ходили и фотографировали. А вспомню я нашу прогулку в конце нашего второго визита - в парк Гуэль.
От гостиницы нашей парк был далеко. Туда надо было на метро ехать. Мы высмотрели по карте два входа и выбрали один, а того не знали, что этот выбранный нами вход - что называется, "задний". Пришлось нам немного помаяться прежде, чем мы не на карте, а на местности его нашли.
По приезде выяснилось, что от выхода из метро (о, барселонское метро! Видела я европейские метрополитены, и даже училась в них раззаблуждаться, а все-таки каждый раз, когда вспоминаю тебя, сердце требует значительной паузы...Всецело в знак почтения). Так вот, выяснилось, что от выхода из метро виден высокий холм с аттракционами. Потому мы сперва чуть было не пошли не в ту сторону, но остановились - вон он, парк, а по карте надо не туда... Проходившая мимо сеньора, услышав, о чем мы вслух рассуждаем, без просьбы указала нам верное направление. По-русски она не знала, только расслышала название парка. Должно быть, мы далеко не первые, кто в тех местах испытывает подобную растерянность и порывается счастливо заблудиться.
Я уж не помню всех подробностей дороги, но помню, что вперед надо было основательно лезть, о чем свидетельствуют и фотографии. Двигаясь по плану и по совету, нашли эскалатор. За эскалатором с балкона второго этажа мечтательно наблюдал сеньор. У него уточнили дорогу еще раз и ступили на лестницу. На тротуар в виде лестницы - эскалатор почему-то не работал, так что поднимались мы с ним рядом. На покоренной вершине отыскалась калитка, через которую мы и проникли в парк.
Вы, может быть, думаете, что таким образом прогулка была с самого начала испорчена, в лучшем случае - совмещена с продолжительными физическими упражнениями (затем-то и собирались гулять подальше от гостиницы...) Но это было как раз испытание из тех, которые оканчиваются вознаграждением. В парке сразу же нашлась площадка, где можно было отдохнуть. А так как вошли мы не с парадного входа, то и попали в часть парка, где людей было мало - не столько туристы, сколько гуляющие местные жители.
Но тут же была горка - еще одна горка - с которой можно было посмотреть на город и сделать фотографии утренней Барселоны, почти застигнутой спросонья. Вот эти виды мне и запомнились больше всего. То ли город на фоне моря, то ли море, расстилающееся за полосой крыш и высоток. Назови как понравится, а все равно будет величественно. Потому что толпой собранные индивидуальности городских домов, как они видны с высоты (и означают человека), подчеркивают ширину и спокойствие моря. Саграда Фамилия строится, окруженная домами, и вырастает среди домов, но все равно ее башни поднимаются - на фоне моря. Море, не стараясь, заставило еще раз его увидеть и еще раз поразиться ему.
Продолжилось все это величие комически. Спускаясь по одной из парковых лесенок, я догадалась взяться за перила. Когда спустилась, ладонь была в гостеприимной ржавчине. Скоро нашлось, где ее смыть, но все-таки происшествие дополнило впечатления дня (точнее, утра), не позволив им состоять из одних лишь мечтаний и еще раз напомнив о коварстве ржав... слишком философского настроения.
Затем на одной из парковых площадок встретился соотечественник, зарабатывающий фотографией. Он просто услышал русскую речь и захотел пообщаться. У нас с ним произошел любезный краткий разговор о погоде и о разнице температур регионов планеты. Или еще о чем...Сейчас уж не помню. Это была взаимно приятная беседа, смысл которой состоял в том, чтобы услышать ближнего и искренне пожелать ему счастья.
Так мы постепенно спустились к главным достопримечательностям парка Гуэль, где уже собралось много лицезреющего народа. (Для осмотра достопримечательностей вблизи требуется билет, но просто так гулять можно было и без билета). Было столь же красиво, сколь весело, как нетрудно представить. Когда мы приветствовали парк, он был тих, а прощался он с нами при параде и в оживлении.