• Авторизация


Глава 37. Одиночество 13-05-2012 20:25 к комментариям - к полной версии - понравилось!


 Глава 37. Одиночество, желание иметь детей и сомнения Лизы Марии.

Ш.: Позволь спросить тебя об одиночестве. Куда бы ты не ездил, тебя, слава богу, сопровождают люди. Люди, которые были с тобой долгое время - Фрэнк и Скип [Телохранитель Майкла в то время, очень приятный и порядочный человек из Нового Орлеана]. Но это все равно не одно и то же как если бы у тебя была жена или кто-то типа этого. Тебе бывает одиноко? Или столько всего происходит в твоей жизни, что этого не случается?
 
М..: В смысле одиноко без жены? Или подруги? В этом смысле?
 
Ш.: Да.
 
М.: Я прошел через два тяжелых развода и я только что выбрался из второго. Даже когда был женат на этих женщинах, на которых я был женат, я шел спать с болью. Мне было больно. Я плакал прошлой ночью перед сном и плохо спал. И я плакал, Шмули, потому что я чувствовал то... и я не пытаюсь, я говорю тебе правду, и если ты не веришь, спроси Фрэнка. Фрэнк знал, как мне было больно. Я просто чувствовал все горе детей, которые страдают, и мне было очень больно. Поэтому я пытался помочь любому ребенку, которого я знаю и которому больно от [Майкл упоминает имя девочки, которая борется с раком и чью семью мы встретили в моем доме] до Гевина [последний обвинитель Майкла]. Я пытался будто звонить, набирать номер телефона и я проснулся и первым, что я сделал, первым человеком, которому я позвонил былa [имя девочки], и оказалось, что она уже умерла. Мне было очень больно. Но я думаю, вот откуда идет моя настоящая любовь, Шмули. Если я могу помогать таким образом, то мне этого достаточно, и мне не нужно другого [романтической любви]. Знаешь, если я встречаю девушку где-нибудь и думаю, что она красивая, и таких я вижу часто, это хорошо. В смысле, я схожу на свидание или типа того. Нет ничего плохого в этом. На днях Дженифер Лопез выглядела ужасно привлекательно. Правда. Я был поражен, потому что я никогда не думал... Она выглядела хорошо (Майкл смеется при этих словах).
 
Ш.: Но ты разочаровался в поисках женщины, которая поняла бы тебя? Ты решил, что дети понимают тебя гораздо лучше?
 
М..: Быть моей женой, жить со мной не так уж легко. У меня сложный характер, и я это знаю. Потому что я трачу все время на кого-то другого. Я отдаю время детям, кому-то, кто болен, музыке. А женщины хотят быть центром внимания. Я помню, Лиза-Мария говорила мне: "Я не предмет мебели, я не предмет мебели. Ты просто не можешь..." Я говорю: "Я не хочу, чтобы ты была мебелью", и, знаешь, бывало, позвонит какая-нибудь маленькая больная девочка, а она выходит из себя и бросает трубку. И, знаешь, я чувствую, что это моя миссия, Шмули. Я должен это делать.
 
Ш.: Что если бы ты нашел женщину, которая была бы доброй, которая была бы особенно мягкой?
 
М.: Как мать Тереза или леди Диана... Это было бы замечательно. Это было бы идеально.
 
Ш.: Было бы это лучше, чем делать все одному?
 
М.: Абсолютно. Что касается посещения больниц вместе со мной, Лиза была просто замечательной, она была так мила. Они привязывали малышей к кровати или сковывали детей. Я ходил и развязывал... Мы освобождали всех детей. Я ненавидел это, и она открыла для себя много подобной несправедливости со мной. Страны как Румыния и Прага, Чехословакия, и прочие, Россия. Видел бы ты, что они делают там с детьми... ты был бы шокирован. Они приковывают детей к стене, как будто они животные, и они голенькие и спят в своих испражнениях. Это очень грустно, мне это противно. Так что мы привезли одежду и игрушки и просто любовь, любовь. Я люблю их, и я возвращался туда каждый день, чтобы их навестить, обнять, хотел взять каждого из них в Неверленд.
 
Ш : Когда ты стал ребенком-звездой, ты понимал, что твое детство медленно ускользает? Ты выиграл конкурс в 8 лет. В 1964 тебя выбрали солистом в семейную группу. Это тебя обрадовало или ты был обеспокоен? Думал ли ты про себя: " Куда это все идет? Чем все закончится"?
 
М.: Я об этом не думал. Я не думал о будущем. Я просто жил одним днем. Я знал, что хотел быть звездой. Я хотел этим заниматься и делать людей счастливыми.
 
Ш. : Знал ли ты, что это тебе будет стоить детства?
 
М.: Совсем нет.
 
Зазвонил телефон. Майкл разговаривает с президентом компании Сони Рекордс, Томми Мотоллой, который пригласил Майкла на свою свадьбу. Майкл сказал, что хочет посадить музыкантов рядом с собой так, чтобы он смог кидать в Томми орешками. А я думаю про себя: "Игривость Майкла не знает конца".
 
М.: (по телефону) Скажи ребятам, чтобы они позволили музыке говорить с ними, а не набрасывались на нее сразу же. Пусть послушают ее пару раз, и пусть мелодия родится сама собой. Именно в этом и вся суть, пусть позволят музыке говорить с ними. Хорошо? Пока.
 
Ш.: Является ли твоей мечтой, как часть мессианского будущего в твоем понимании, что все дети придут и будут счастливо жить в Неверленде вечно?
 
М.: Да.
 
Ш.: Если бы у тебя было все, что для этого надо, ты бы ...
 
М.: Я бы это делал, Шмули. Я бы это сделал. Я был бы очень рад.
 
Ш.: Лиза-Мария была молодец, по крайней мере, в части посещения больниц. То есть ей было легко ходить с тобой и участвовать в благотворительности, даря этим детям свою любовь и давая им почувствовать себя особенными?
 
М.: У нее не вызывало это трудностей, но у нас было несколько крупных споров, потому что она была собственницей по отношению к своим детям. Ее дети были ее основной заботой... и я говорил: "Нет, все дети - наши дети", и ей не нравилось слышать это от меня. Она очень злилась по этому поводу. Вдобавок, она еще однажды поругалась со мной насчет двух детей из Лондона, убивших другого ребенка, и я собирался навестить их, потому что королева приговорила их к пожизненному заключению. Мальчикам было около одиннадцати и десяти лет, и я собирался пойти навестить их в тюрьму. Она сказала: " Ты идиот. Ты поощряешь их за то, что они сделали". Я сказал: " Как ты смеешь так говорить". Я сказал: "Бьюсь об заклад, что если ты проследишь их жизнь - ты узнаешь, что у них не было родителей, у них не было любви, никого, кто бы прижал к себе, посмотрел в глаза и сказал "я тебя люблю". Они заслуживают этого, даже если будут приговорены к пожизненному заключению, я просто хочу сказать им "я вас люблю" и обнять их. Она сказала: "Ну, ты не прав". Я сказал: "Нет, ты не права". Потом выяснилось, что их родители были разведены, никто не смотрел за ними, когда они были маленькими, никто их не навещал. Их пустышкой были фильмы типа "Потомства Чаки", где режут и убивают. И вот как они такими стали.
 
Ш.: Признала ли она, что ты был прав в какой-то степени?
 
М.: Неа, она думает, что я вознаграждаю плохих детей.
 
Ш.: Хотела ли она, чтобы ты был отцом ее детям?
 
М.: Ну, ее один раз спросили об этом. Ее спросили об этом по
телевизору и она сказала: "Нет, у них есть отец. Их отец Кеох, другой парень. Но я был очень добр к ее детям. Каждый день я приносил что-нибудь им домой, и они ждали меня у окна, обнимали меня. Я люблю их. Я очень по ним скучаю.
 
Ш.: Привыкла ли она жить в Неверленде или там слишком изолированно?
 
М.: Лиза не жила в Неверленде. Мы посещали Неверленд... Я жил в ее доме в городе и только иногда мы приезжали в Неверленд. Это были как бы наши большие веселые выходные.
 
Ш.: И ее детям это нравилось?
 
М.: Ты шутишь? Они были как на седьмом небе.
 
Ш.: Ты был рад показать им Неверленд?
 
 
Даниэль и Бенджамин Кеох-Пресли держатся за Майкла
 
М.: Да.
 
Ш.: Стал ли Неверленд значить больше для тебя теперь, когда у тебя появилась семья, которой ты мог его показать?
 
М..: Да, да. Это просто место, где семьи становятся ближе, которое делает людей ближе через любовь и игривый настрой и природу. Он делает семьи ближе, Неверленд. Он лечит.
 
Ш.: Так как ты идеализируешь семью, было ли тебе особенно тяжело пройти через развод?
 
М.: Который?
 
Ш.: С Лизой?
 
М..: Было ли это тяжело для меня?
 
Ш.: Явилось ли тебе зловещее предзнаменование? Что ты не такой как все? В том смысле, что мои родители развелись, когда мне было восемь лет. Так что я очень трепетно относился к браку.
 
М..: Правда?
 
Ш.: О, необыкновенно. Именно об этом и все мои книги, о браке. Потому что мне было сложно справиться с ...
 
М..: Так что ты очень веришь в брак и тому подобное? Ты любишь брак?
 
Ш.: Это то, во что я верю больше всего во всем мире. Я верю в семью, очень верю.
 
М..: Я тоже, Шмули.
 
Ш.: Это то, чего у меня не было. Я даже написал о тебе в одной из моих книг о браке, хотя это было до того, как я даже мог подумать, что мы встретимся. Это было главной мыслью, началом книги. Глава первая, самая первая глава. Как же она начиналась? "В сердцевине всех наших жизней лежит сильная и могущественная тайна. Майкл Джексон сходит с самолета и тридцать тысяч поклонников ожидают его приезда. Он чувствует себя чрезвычайно особенным. Они все возбужденно кричат его имя. Они отпросились с работы для того, чтобы встретить и поприветствовать его. Однако после с того же самолета сходит мистер Джонс. Его приезда не ожидают тридцать тысяч человек. В действительности, его ждет только одна женщина - миссис Джонс. Но в то время как все проходят мимо, даже когда сам Майкл Джексон проходит мимо, она не обращает ни на кого из них внимания. Для нее мистер Джонс намного важнее, намного более волнующий, чем самая великая поп-звезда в мире". Я использовал тебя как самый яркий пример того, как брак превращает простого человека в знаменитость. Другими словами, для моей жены я знаменитость. Она ждет моего прихода домой, моя фотография висит у нее на стене, понимаешь? Ты чувствуешь себя особенным для одного человека. И в реальности все, что тебе нужно - это один человек, один поклонник.
 
М.: Ты прав.
 
Ш.: И секрет жизни в том, что тебе не нужны тридцать тысяч, сто тысяч. И это у тебя есть, Майкл. Таких людей, как ты, во всем мире можно на пальцах пересчитать. Однако смысл брака в том, чтобы найти себе одного поклонника. Одного фэна, который ставит тебя впереди всего. И это все, что человеку нужно. Один искренний и любящий поклонник, который любит тебя таким, какой ты есть, предпочтительнее десятков тысяч людей, которые любят тебя за то, что ты делаешь. Эта самая первая мысль в самой важной книге, которую я когда-либо написал, Kosher Sex (Кошерный секс).
 
М.: Это прекрасно, Шмули. Спасибо.
 
Ш.: Я не знал тогда, что мы с тобой встретимся, но я говорил об этом. Твое имя всплывало в каждой лекции на эту тему по всему миру. Другими словами, моей мыслью было то, что брак - это когда ты заставляешь другого человека чувствовать себя суперзвездой, как Майкл Джексон.
 
М.: Это прекрасно.
 
Ш.: И я очень верю в брак. Так что когда твои отношения с Лизой стали портиться, было ли тебе тяжело? Твой идеализм в отношении семьи, твоя вера в построение семьи, которую ты всегда хотел, особенно, потому что ты знал...
 
М..: Я хотел детей, а она нет.
 
Ш.: Она думала, что у нее есть свои дети.
 
М..: Да, и она обещала мне перед тем, как мы поженились, что первым, что мы сделаем - это заведем детей. Так что она разбила мне сердце, и я ходил по дому все время с этими маленькими игрушечными детьми на руках, и я плакал - вот как сильно я хотел детей. Так что я твердо решил завести детей. Она меня очень разочаровала, когда не сдержала своего обещания, знаешь. После развода она много времени проводила с моей матерью. У меня есть все эти письма, в которых она пишет: "Я рожу тебе девять детей. Я сделаю все, что ты хочешь", и, конечно, пресса не знает всех этих историй, но она старалась многие, многие месяцы. Но я к этому времени очерствел сердцем. Я все для себя решил.
 
Ш.: Так что она думала, что, может быть, ты к ней вернешься?
 
М..: Ага.
 
Ш.: Но дети были большой, большой проблемой?
 
М..: Конечно.
 
Ш.: У нее были ее дети и на этом все.
 
М..: У нее были ее, а я хотел, чтобы мы были одной большой семьей и родить больше. Просто... Моя мечта - иметь девять или десять детей, вот что я хочу.
 
Ш.: Ты еще очень молод. Думаешь, это случится?
 
М..: Да.
 
Ш.: Но это значит, что тебе придется опять жениться.
 
М..: Да.
 
Ш.: Ты будешь эту рад?
 
М..: Ага... или усыновить.
 
Ш.: Может ли быть такое, Майкл, что ты привлекаешь к себе не тех женщин потому, что ты известная личность?
 
М..: Это сложно. Поэтому мне очень трудно, мне тяжело. Трудно. Известным личностям трудно жениться.
 
Ш.: Ты думаешь, что можешь жениться только на другой знаменитости так, чтобы они в тебе настолько не нуждались?
 
М..: Это помогает, по-моему. Они понимают, через что ты проходишь. Они знают, каково это.
 
Ш.: Они помогают тебе из хороших намерений, да?
 
М..: Да, они не охотятся за, знаешь, за тем, что ты заработал... Или, знаешь... За тем, кто ты... (поет) "That's what you are..." [Он получил Грэмми за эту песню].
 
Ш.: Да, да.
 
вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Глава 37. Одиночество | VeraKiper - Дневник VeraKiper | Лента друзей VeraKiper / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»