Часы «Павлин» и другие диковины

В Эрмитаже более трёх миллионов экспонатов, и чтобы остановиться у каждого из них хотя бы на минуту, потребуются годы. Поэтому посетители выбирают что-то своё любимое. Один из самых любимых экспонатов — часы «Павлин». Смотрители в залах рассказывают, что юные посетители частенько оговариваются: спрашивая, как пройти в Павильонный зал, называют его Павлинным.

Сегодня рядом с клеткой «Павлина» стоит большой монитор, на котором непрерывно прокручивается видеоролик, показывающий механизм в работе. Сначала экскурсанты разглядывают самого «Павлина», фотографируются на его фоне, пытаются найти циферблат часов, а потом долго и с интересом смотрят на монитор и записывают на мобильные телефоны видео с экрана.

«Павлина» заводят для публики один раз в неделю, по средам, в 19.00 (в этот день Эрмитаж работает до 21 часа). Заводить часы необходимо не только для того, чтобы развлечь посетителей, но прежде всего для контроля за работоспособностью механизмов.

Часы «Павлин» были изготовлены в XVIII веке. В это время в Европе, в частности в Англии, был чрезвычайно популярен стиль шинуазри (по-русски — китайщина) и в моде были китайские товары: шёлк, фарфор, цветные лаки. Каждый год за ними снаряжались караваны судов, которые, обогнув Европу, Африку, Индию, доплывали до китайского порта Кантон (сегодня это Гуанчжоу) — единственного доступного в ту пору европейцам.

Торговать с Китаем было непросто. Он считал себя «центром вселенной» и демонстрировал Европе свою полную независимость и самодостаточность — ему не нужны были ни английские сукна, ни изделия из металла, никакие другие европейские товары. В результате суда, идущие «за три моря», были заполнены в основном балластом и расплачиваться приходилось не товарами, а чистым серебром. Европейцам это было невыгодно.

Так продолжалось до тех пор, пока китайский император не увидел европейские механические часы с музыкой. Они произвели на него сильнейшее впечатление. Такого здесь ещё не было. В Китае часы назвали «самозвенящими колоколами», поскольку самым поразительным оказалась не прозаическая способность измерять время (китайская система времяисчисления отличалась от европейской), а именно «механическая жизнь» — удивительное, парадоксальное, невиданное доселе проявление свойств живого в неживом...