Я удивилась, что дверь в квартиру не была заперта. Запах сандала доносился из тонкой щёлки приоткрытой двери...

... играл Pink Floyd, маленький человек с обнажённой худой спиной в позе эмбриона лежал на кровати. В его квартире была всего одна комната. Он стонал, стонал и смеялся... я слышала эти стоны... они были подобны плачу раненого шакала... Я прошла в полумрак... За огромным окном видела другие, уже совсем маленькие окошки... На полу, поблёскивая в свете оконных глазниц, валялись бутылки, бутылки, бутылки... Были горы бутылок, из-под вина, из-под каких-то ликёров.... Рядом с кроватью лежал холодный пистолет. Всё так и было. Человечек лежал лицом к стене. Закрыв лицо руками. Я подошла к нему близко... Он не мог видеть меня. не мог слышать меня... Но он почувствовал... может, мой запах... Может, что-то другое,... Он почувствовал и сжался ещё сильнее в комочек... Сладкий до горечи стон выплыл откуда-то из его груди... Нет, не вырвался, а выплыл, как сигаретный дым... Едкий...
Я присела на край... Он не пошевелился. Тогда я докоснулась до его спины... Он дёрнулся судорожно, как будто я ошпарила его своими пальцами... Его лопатки были безумно похожи на крылья, казалось, он просто спрятал их под кожу. Что стоит ему встряхнуть головой и расправить плечи, как огромные синие крылья вырвутся на свободу и унесут его далеко-далеко от мира, который так ему ненавистен.
Я прикоснулась к спине губами, он обмяк, застонал чуть тише... А потом он вдруг резко отдёрнул руки от лица и схватил меня за запястья. Сжал. Сильно. Маленький... господи, какой же ты маленький... Маленький и одинокий. Я помогла ему перевернуться на спину... Он оказался тяжёлым, несмотря на то, что выглядел как тень. Он переврнулся на спину и снова закрыл лицо руками. Я прикоснулась губами к пальцам, они были холоднее чем ствол того пистолета. Он с такой силой сжимал своё лицо, что мне казалось, будто оно треснет... точь-в-точь как трескается фарфоровая кукла.
Я долго пыталась убрать руки с его лица... Наконец, он сдался... тонкие плети-руки упали на грудь безвольно, как восковые... бескостные... Я увидела его лицо... Это было лицо бестелесного духа. Ангела в терновом венце. Оно было настолько красиво, что вызывало отвращение и трепетный ужас. Сквозь его кожу можно было видеть звёзды, клянусь, она была прозрачной, как молочная сыворотка. Глаза были плотно сжаты. Губы то и дело открывались, и до меня доносилось горькое дыхание, с хрипом и стоном и запахом вина.Он хватал губами воздух... Может, целовал смерть... А когда я наклонилаь к нему совсем близко, чтобы приподнять веки, его рот искривился в такой усталой и больной улбыке, что меня передёрнуло...
Под белыми веками я не увидела зрачков... Они были меньше булавочной головки,... всё остальное - серые клочья тумана на белых ступенях мраморного храма............ Всё... всё... всё... понятно...
Я чувствовала, ему было трудно дышать... А потом он поднял свою руку, руку узника, и стал сжимать шею, словно пытаясь сорвать с неё удавку.. Как ему был нужен воздух... Он рвал полумрак на куски своим острым дыханием, но это был не тот воздух, не тот.... Ему нужен был совсем другой......
А потом я увидела его шею... и где-то в сводах моего сознания маленький паж разума зарыдал и стало нестерпимо страшно и больно... Вся шея была покрыта страшными красными пятнами, точно изъедена крысами, а поперёк шеи тянулась яркая тонкая полоска - тень неудавшейся смерти.. И я стала искать, я искала глазами в полутьме комнаты верёвку, я искала её... может, для того, чтобы влезть в петлю самой, а может, чтобы уюить его...
Маленький человечек приоткрыл глаза и уставился куда-то мимо меня. А затем он стал смеяться................ Белый, как горстка снега..... Смех Плакуна....... Неестественный и колючий смех.......... Человечек прикрыл веки и схватил себя за правую руку пальцами левой... Туда. в сгиб локтя... Он принялся чесать кожу, иступлённо. как будто бы это могло ему помочь... Потом снова стал чесать шею... А потом он открыл рот и - крикнул пустотой...

Я вскочила и вышла из комнаты... Глоток вина из какой-то полупустой бутылки... Бесполезно что-то делать... Если бы он сам захотел...... Медленно я прошла на кухню. Там было также сумрачно. Только какой-то тёмный тонкий силуэт вырисовывался на фоне окна... Я подошла ближе - его голые ноги чуть недоставали до пола... А голова - совсем чуть-чуть до потолка. Я откинула волосы с его лица - он улыбался..........