Поссорились по-плохому

Или «по-хорошему расстались»

Внутри все меняется.

Снаружи

Остаешься на месте,

Но все равно уходишь из дома,

идешь через двор,

садишься в маршрутку без номера,

на конечной

пересаживаешься в холодный трамвай,

кажется, в другом городе,

и едешь, едешь

вдоль улиц с каменными заборами,

пока не оказывается,

что нос покраснел, глаза слипаются

и придется где-то остаться с ночевкой,

чтоб завтра уже на работу…

Заходишь в чужую квартиру,

там все незнакомые.

Кого-то возможно,

вспомнишь по имени,

но неуверенно – кажется,

это из одноклассников ,

или с первой работы…

Тусклая люстра,

мужчина в майке-алкоголичке,

телевизор транслирует «Пусть говорят»,

на завтрак едят борщ,

пьют чай из чашек

с керосинными розами,

на стене дешевый ковер,

а ты сидишь с прямой спиной

в проходной комнате,

из дивана торчат пружинки,

впиваются в пальцы,

и именно на нем нужно спать,

теперь уж всегда.




Неважно поссорились по-плохому,

«по-хорошему расстались»,

Живешь дома,

Но родных больше нет во всем свете.

Но бывает, проехав

на всех маршрутках без номера,

на всех холодных трамваях,

уже просидев

с прямой спиной

в проходной комнате

со сквозняком,

вдруг узнаешь, что

можно вернуться,

что все отменяется.

Идешь в свою,

ту же самую, комнату,

видишь большое дерево

в светлой раме окна,

видишь на ветке ворона,

с которым сто лет знакома,

он всегда сидит в профиль…

Ложишься в большую кровать,

Где легкие одеяла,

И простыни пахнут мандаринами,

Где наволочка с жирафом,

И под подушкой Чандлер,

И начинаешь надеяться,

Что больше никто

тебя никогда не разлюбит,

и больше никто

из себя не выгонит.

читать все