Это потом когда я вошел во вкус дела, тогда я понял что тут лови не хочу. То есть можешь наловить столько, сколько можешь унести. Да тут на севере наловить легко, а вот носить, не каждый бы хотел. Причем Северные породы рыб –нежные. Чуть полежала уже от костей отошла. Выбрасывай , домой привезешь что то похожее на кашу. Или тут же ее необходимо пересыпать солью. Иначе-крест. Между тем , мой охотничий шулюм  сдобреный перчиком и лаврушкой, с лучком разносил с дымом костра, аппетитный запах вальшнепогусякуроутки. Витька достал из своих запасов хлеб, я галеты. Витька начатую бутылку водки. Я как чувствовал и прихватил  из дома пластиковый стаканчик, который легким движением руки превращался тут же в удобный стакан. Витька по-северному налил мне водки. Я не моргнув  поставил ее около себя, затем разлил на две порции поровну суп, и ножиком разделил птицу. Только после этого как совершенно взрослый хватанул ту сотку водки. Вкус ее во рту был не был приятен, у меня было такое ощущение что водка была с привкусом железа. Обмакнув в соль треугольник луковицы, я ее с хрупом отправил в рот .вкус лука, забил дурной вкус водки. Витька ту же процедуру проделал следом за мной. А,  хоррошшо пошла .Ну что там хорошего, мысленно подумал я . Витька сидел напротив, и я перехватив его взгляд, оглянулся. Со стороны Алискерова подходили несколько ребят. Как сейчас помню их это Были 10классники Саня Попов, на плече у него висел карабин медведь, с той самой оптикой, от которой у меня в Черском дух захватывало. Юрка Гончаров, Саня Ненашев, и немногословный сам похожий на медведя Ванька  Косарев. Ванек пер на себе спереди огромный рюкзак, а сзади надувную резиновую лодку.

Здорово пацаны, здорово, они расположились рядом. Угощайтесь. сказал я  подставляя им капченую шамайку. Витька каждому налил по два глотка водки, все кроме Ваньки выпили. Ванюсё а ты чё? Спросил его  Саня Попов  Не на прогулку, на медведя идем, буркнул Ванька. На медведя, у меня захватило дух. Вот бы мне с ними. Я с завистью посмотрел на пацанов. А можно карабин посмотреть? Спросил я. Саня Попов просто дал мне его в руки. Вес  многозарядность да и оптика внушали уважение. Саня, а покажи какие у него патроны. Сашка оттянул скользящий затвор, из патронника показалась латунная гильза, с короткой тупорылой пулей . пуля была свинцовой, в медной рубашке. Такая попадая в тело плющится, вырывая на своем пути и дробя все. Калибр 7,62 просто сказал Саня.  Я уважительно сказал   ух ты.. Пацаны важно закурили. Потом резко поднявшись стали собираться в путь. А куда вы идете спросил Витька. На Эбундак, последовал ответ. Ого подумал я 25 км. А если медведя завалите, тогда как? Спросил я . У нас на то надувнушка. Собравшись хлопцы не торопясь пошли вверх против течения реки. На камнях  остался лежать забытый кем то из них набитый жаканами патронташ. Я его тоже на заметил сначала, и только когда они уже скрылись, за поворотом я обратил внимание на что то лежащее у костра. Кричать было поздно а когда они вышли на излучину, Витька выстрелил они оглянулись непонимающе поразводили руками. И пошли дальше. Из серого пасмурного дня  сгустились сумерки,  по речке что то плыло.  Серое и большое. Через минуту к берегу причалила лодка и выскочивший из нее Юрка, спросил, патроны я у вас забыл поэтому стреляли? Ну ясно , ответили мы разом с Витькой. Он нацепил патронташ, и взвалив лодку просто на голову быстрым ходом поспешил догонять уходящих.

Вроде бы опускалась на берег ночь. Языки пламени стали контрастней, у костра стало уютней, но опять начал моросить мелкий дождь. Тфу, погода, сказал Витька. Спрятаься было некуда. Витька сгорбившись сидел  у речки с удочками.

Я не зная что предпринять крутился у потухающего костра. Дождь был противный до бесконечности. Было такое впечатление, что в воздухе висит миллион брызг, взявшихся неизвестно откуда. Ветра не было. Я покрутившись, наложил в костер оставшийся плавник. Его на берегу было великое множество. Он  споро горел, и давал достаточное  количество тепла. Потом взял рюкзак, вывалил из него все, и устроив ложе у костра, напялил себе его на голову. Дождь дробно крапал по видавшему виды брезенту,  но лица мне не мочил. Тишина и кропот дождя по брезенту, навалили на меня полузабытье,  полусон. Пробудился я от холода, пробирающегося аж до самого позвоночника. Телогрейка  покрытая сверху непромокаемым брезентом –не грела. Холодные камни,на которых я лежал, отберали тепло быстрее, нежли я мог согреться. Я сел, стянув с головы рюкзак. Дождь кончился  темнота медленно превращалась в серое ненастное утро. Потянуло легким ветерком с реки. В костре дров не было, только дотлевали кое какие крупные угольки.

Эх, дрова кончились подумал я и начал приглядываться где больше всего лежало нанесенного водой стланника.

Он хорошо горел и выделял много тепла. Его много лежало на границе меж берегом и начинающейся тундрой, у кустов

Я Встал, потянулся всем своим занывшим от лежания на камнях скелетом, и  подошел к близлежащей куче. Ее намыло в паводок , когда вода в реке на метр была выше. Тут же рядом росшие кусты,   не пускавшие воду, соорудили естественный нанос. Я нагнулся, и начал поленницей складывать на левую руку дрова для костра. За кустами что то  глубоко вздохнуло по –лошадиному. Я поднял глаза, и обомлел. С той стороны кустов на меня с любопытством смотрели  два темных на косматой морде глаза. МММедвведь, лихорадочно блеснуло в голове. По телу начала разливаться свинцовая тяжесть. Я замер. В голове как свет отключили, я стоял и обалдело пялился на стоящего за кустами может тоже обалдевшего медведя. Ноги не шли. Все происходившее было таким скоропостижным и неожиданным, что я не мог уложить в голове роившихся мыслей. Медведь, тут  медведь,