10. Только по пояс в снегу, понимаешь, что смерть рядом.
Пропихиваясь буквально по пояс в снегу, я начинал понимать, на собственном шкуре как это замерзнуть в сильный мороз. Но уже показалась черная крыша палатки, до нее остается уж 15-20 метров, а я как беспомощный застрял в снегу и сижу в бессилии как дурак. Из под палатки прямо на меня выскочил белый пушистый заяц, никогда не видевший человека. Он был так близко, что я видел его распушенные как у старого деда белые усы. Стянуть с плеча ружье и выстрелить у меня не было никаких сил. Тфу, громко сказал я , страдая то собственного бессилия. Заяц подскочив, с места задал такого стрекача, что теперь в него и попасть то было невозможно. До палатки я добрел наверное на резервных возможностях. Отодвинув полог, увидел нары, Они в сиюмоментный миг были моим спасением. Повесив у входа ружья на рядом стоящее дерево, я вошел повалился на голые доски и провалился в сон, не снимая ссебя верхней одежды. Мальчишки растапливали печку, что то еще делали, я-спал. Сколько так длилось не помню. Проснулся от душившей меня как в бане жары. Пацаны спали рядом, уже раздетые до спорт костюмов. Ух, дышать было нечем от раскаленной до красна печки. Во рту все пересохло, хотелось пить. У печки стояла закопченная пятилитровая кастрюля для воды, я взял ее, топор и накинув штормовку вышел на воздух. Мороз был градусов тридцать по цельсию. В десяти мерах от палатки лежал на речке панцирем лед. Я на него ступил без боязни провалиться, зная что он меня выдержит. Пройдя метров двадцать, я начал долбить лунку. Бью, бью ее чертовую , а воды все нет. Вот думаю холера, вернулся на берег взял ружье и снова как на Кае в лунку бах, бах, мало, я тогда заряжаю жаканы, и снова бах, бах. Показалась вода. Расширив топором побольше отверстие набираю, и вдруг в тишине северного безмолвия слышу крик человека. Э,,эй . Я продолжаю свое, а сам глазами ищу кто же это может тут кричать. Смотрю метров за четыреста, человека видно погода ясная такая, эээй снова кричит он.
Я ему показываю руками , что орешь. А он мне машет, иди мол сюда. Смотрю, а рядом с ним вездеход стоит.
Ну блин думаю, у него техника под боком, а я иди к нему. Надо –сам приволочится. Взял кастрюлю топор ружье и вернулся к палатке. Мне то дурню невдомек что там что то произошло. Прихожу пацаны курят и спрашивают, что там такое? Да, говорю, за речкой вездеход стоит и мужик какой то около. Надо, приедет Вовка Дзюба, выпустил клуб густого папиросного дыма. Я поставил кастрюлю на печку. Отлил из нее воды для чая , и говорю я ребята, голодный как собака, может сварганим чего нибудь. Ну конечно говорит Славка, я тоже чего нибудь бы перекусил. А хотите я сейчас такую уху донскую сварганю. Что вас за уши не оттянешь от котелка. Ну конечно, говорят пацаны, а что для этого надо.? Я из рюкзака достал лук, лавровый лист перец и пять хариусов, из тех что мы ловили с Васькой Поповым на Кае. Хариус был немного присолен, Черт говорю, картошка у меня как камень, замерзла . Так ничего страшного, говорят хлопцы, когда вода закипит кинешь ее мороженую в кипящую воду и она точно такая как вареная делается. Я так и сделал. Много ли надо уменья для приготовления ухи? Луковица целиком, картофель, и немного перловой каши для сытости. Ну и рыба, с приправами. Через буквально сорок ,пятьдесят минут, уха была готова. Прежде чем кинуть рыбу в кастрюлю,я ее почастиковал. Варилась она до всплытия Потом когда по палатке пошел аромат, пацаны стали готовить стол.
Каждому кружка, ложка, хлеб. Три алюминиевые миски мы нашли в палатке на полках. Уху разливали кружкой
Вовка достает начатую на биваке бутылку водки и торжественно разливает всем по порции. Я уселся вкруг.
Кружки поднесли и вместо тоста кто то сказал : ну, с Богом. Выпили. В уху перчика я не пожалел. Картошка была чуть со сладковатым привкусом. Но за перцем и перловкой, да еще каждому по хорошему куску рыбы, это был класс! Вовка разлил остатки по кружкам. Мы тяпнули и от сытости, и от водки нас чуть развезло. Откуда на столе появились карты- не помню. Помнится только. Что свечка стояла в продолговатой банке из под шпрот латышского производства. Печь горела потрескивая, напиханная лиственничными поленьями. Было тепло , уютно, и самое главное колоритно. Свечка, колышущиеся тени на стенках палатки, от дома 2 дня ходьбы , красота. За пологом на речку бесшумно опускалась ночь. Вовка подложил еще дров в печь и игра продолжалась.
И тут,.. мы со внешней стороны , с реки, услышали шаги. Тихо, слышите, идет кто то . скрип снега приближался к палатке. Черт, А у нас ружья на улице на дереве висят, шепотом просипел я , вспоминая рассказ Джека Лондона, когда Мелмют Кидд, с компаньоном играли в карты и тут дверь открылась, и в избушку ввалилось непонятное существо, с обмороженными щеками . Оно что то стало нечленораздельно говорить. компаньон Кидда начал опасливо пятиться до стены, где руки его автоматически нащупали висящий на ней смит и вессон. Обмороженное существо заулыбалось вглядываясь в пламя свечи. Потом внезапно с диким рычанием кинулось на висящий в кладовке кусок сала и вонзило в него зубы . Кидд бросился на несчастного и отобрал у него его добычу. Усадив бедолагу за стол он дал ему две ложки сахару. Что бы тот хоть как то утолил приступ душившего голода. Мне надо отдать Мелмюту Кидду долг, произнесло существо и вытянув на стол мешочек с золотом ,и тут же захрапело во сне от слабости. Это Уллис, спокойно произнес Кидд. Полог отодвинулся, и к нам в палатку вошел молодой мужчина лет двадцатисеми, Мы естественно застыли от создавшейся ситуации. А черт его знает что у него на уме, подумалось мне. Здорово, охотники, здорово, говорим мы, он присел на стоящее полено, охотиться, или так просто прошвырнуться пришли, спрашивает.
Он был одет в летнотехнические ползунки, водолазный свитер, верблюжьей шерсти, и летные унты из собачьей шерсти. Поверх всего штормовка, как у всех. У нас на той стороне реки, вездеход заглох, меня Саней Емельяновым, кличут. Я в Илирнее живу уже третий год, и работаю там. А сейчас же праздники, Закон то у нас сухой, водки ни капли, вот и поехали мы в Алискерово , по многочисленным просьбам трудящихся. Девчата шампанского просили привезти. А тут авария двигателя. Еду, пару бутербродов вчера сьели , думали же что утром будем в поселке. Ну что там стодвадцать километров для меня в одну сторону. Я говорит не один там второй , Сашка кивнул в сторону выхода, ему тяжелее. Он только третий день, как на Чукотку прилетел, если бы не мой спальный мешок из оленя, мехом вовнутрь, то он отморозил бы себе ноги, Он уже сутки в нем сидит. Так ты ж голодный, говорю я. Сашка кивнул, глядя на нашу уху. Я моментально вскочил и налил полнехонькую миску теплого душистого супа-ухи. Ну ка давай, жми . Славка тут же порезал пол булки хлеба.
Мальчишки, говорит Санька, второго надо забрать, А то он там окачурится. На ноги бы ему одеть что нибудь, он то, в материковских ботиночках, прилетел. У Вовки как у настоящего полярника под валенками были чижи.
Он говорит, мне. Мишка, у тебя носки есть запасные, дай мне я их одену и валенки, а ему свои чижи отдам.