Ну что же, в эти выходные мы всей семьёй посетили Дивеево и Муром. Поездка была очень сложная. Не спать практически 2 ночи это сложно даже для подготовленных взрослых, к которым я отношу себя, а уж тем более маленькому ребёнку. Я, конечно, предоставил свои колени, для сна, но это не постель, оно и понятно. Потому повышенная нытьливость преследовала нас всю дорогу. Но всё равно мы перенесли эту поездку стоически и когда вернулись, сделали вывод, что нам очень понравилось и хорошо, что мы поехали, чем не поехали бы.
Естественно мы нарушили все паломнические каноны, поскольку поездка была туристическая, но даже так лучше, чем совсем никак. Как же это было?
Всё началось в пятницу. Дождяра был сильнейший, позвонила подруга и предложила взять такси, я несколько жался, причин зажимистости было несколько. Я вышел с работы в семь часов и поехал домой, естественно не заказав такси, хотя меня и просили. Выходя с работы, я дождя не обнаружил, а потому заказывать и не стал. Но как только я прибыл домой, было 20.15, выходя из метро, я понял, что зря я не заказал-то заранее. Пришёл я, сразу за телефон, вызвонил такси, автомобиль которой был не далеко от нас. Относительно не далеко. Добраться до нашего подъезда автомобилю понадобилось минут 30. Да… одной из причин, что я не стал заказывать такси, был пятничный вечер, на метро по Москве порой добираться быстрее. Но вот по такому дождю в метро было бы сложно, мы бы точно были все мокрые. Кстати, когда я спешил домой, то по пути сломал себе одну спицу на зонте. Вот такси заказано сидим, ждём. Подруга как обычно уже не верит, что мы куда-то поедем. Сбор в 21.30 на Марксистской, а уже без десяти девять. Ну, попробовать всё равно стоит. Я говорю. Ну что молись. Если Господь захочет, что бы мы были на месте, мы успеем, нет, так нет, и не надо лезть против судьбы. Сидели, молились. Вызванивает таксистская компания. Автомобиль прибыл, мы загрузились, слёзно пожаловались на спешку. Таксист ничего не обещает. Поехали. В начале ехали ме-е-едленно, нас преследовала красная волна. Потом сворачиваем в какие-то таксисту известные подворотни и начинается гонка, я молюсь, что бы мы не сбили человека, подруга, что бы не попали в аварию. Дождь хлещет и только ребёнку раздолье машину кидает то в право, то в лево. Гоним по садовому, и при съезде на таганскую площадь пробка. Время 21.25, таксист говорит вам лучше вылезти из салона и пробежаться пешком, быстрее будет. Мы выходим и бегом. Пробежали метров 10, таксист выбрался из пробки и подруливает к нам, говорит, садитесь быстрее, мы забираемся в автомобиль и едем дальше. Вот мы и на месте. Дождь только что кончился. Я поблагодарил водителя, за то, что мы успели и за то, что все живы здоровы. Успели приехать, ещё до приезда экскурсионного автобуса. Стояли минут 15, подошел автобус. Все погрузились. Группа человек 40. пять минут одиннадцатого. Мы отъехали. В дороге прикололо то, что через Оку ведёт понтонный мост, всех выгрузили из автобуса, правда жена со спящим сыном остались. Вот практически всей группой мы бредём через этот мост. Времени часов пять, ночь, Обь, ветрила, а какой воздух. Загрузились и до Дивеево. На источник прибыли часов в семь. Холод собачий, а я только в майке без рукавов. Все остальные одеты более менее по сезону. Хорошо, что я Никите куртку взял. Народу не много, подруге купил ночнушку, в которой она будет купаться, поклонились кресту и к купальням. Наташа переоделась и нырнула вне купальни, просто по сходу, я видел, как она это делала. Окунулась три раза и бегом в переодевалку. Мы ждём своей очереди перед купальней, не могу я, что бы Никита окунался вне купальни. Дождались очереди заходим. Я раздеваю Никиту и предлагаю искупаться. Он сошёл по лестнице до колена и всё, дальше не смог, а храбрился, я буду в холодной воде купаться. Заставлять я естественно не стал, он побрызгал на себя, и я его одел, выпустив из купальни. Зашла вторая очередь мужчин. Зашёл служитель культа и молодой человек то ли кореец то ли казах. Мы начали раздеваться. Я решил не мочить плавки. Из соседней купальни раздавались такие охи, и не поймёшь, что там творится, то ли женщины купаются, то ли что. Пока я раздевался, служитель культа обратил моё внимание на отсутствие нательного креста. Я сказал, извините и мой крест и так всегда со мной, если он даже не виден окружающим. Он спорить не стал. Вхожу по грудь. Вода холоднющая. 4 градуса. Прочитал молитву, перекрестился, и под воду. Выныриваю, дыханье спёрло напрочь, секунд 30 дыхание восстанавливается. От волнения и холодной воды забыл, о чём хотел просить и в голове только Иисусова молитва, слава Богу, читаю, крестное знамение, опускаюсь с головой. Выныриваю. 30 секунд, молитва, знамение, погружаюсь. Вместо 3 раз окунался раз шесть. На 6 раз уже дыхание не перехватывает, но свою просьбу я так и не вспомнил. Выхожу, обтираюсь полотенцем. Об эффекте «тело горит» поле такого купания, ничего не скажу, ничего такого не было. Было откровенно холодно. Потом пошёл служитель культа в плавках и какой-то штуке на груди. Молитва, знамение, опускание. И так три положенных раза. Потом кореец. Всё все одеваются. Хорошо, что я научился расслабляться. Мне очень холодно, я несколько в заторможенном состоянии, практически предмедитативном. Челюсть еле двигается. Дождался, пока все оденутся, выходим. Подругу бьет мелкая дрожь. Хватаю канистру с водой, и идём к автобусу. Она спрашивает, а что ты не дрожишь? А я даже ответить внятно не могу, настолько расслабился, что собраться для ответа не могу. В голове ответ горит, а сказать не могу. Еле-еле выговорил, пойдём чаю горячего попьем. Берём чай, три местных пирожка и загружаемся в автобус. Попили, поели, благодать разливается по телу. Вывод такой, всё это реально, всё реально. Искупаться даже с головой вполне можно, вполне. При мне никто не помер и не остался плавать в источнике. Вот когда в Новосибирск летал, войти в Обское водохранилище не смог, а здесь, пожалуйста. Чудо, не чудо, но моральная сторона дела играет большое значение. Далее едем в Серафимо-Дивеевский монастырь. Выходим из автобуса, холод. Холодищ-ща. Я уже не могу так в одной майке, заходим в ближайший универмаг. Я покупаю Никите колготы, жене колготы себе какую-то кофту. Идём в монастырь. К святым мощам очередь как в мавзолей, мы не дождались, автобус уже уезжал. Посетили «Канавку», я шёл и творил молитву. Подали требы, поели яблок из монастырского сада, прямо с деревьев, купили свечей и всё, время вышло, автобус уже отправлялся. Обидно не было, тур всё же не паломнический, но это у нас не было, а у большинства были, они так серьезно наезжали на сопровождающего, а тот принимал на себя всю вину, но сделать ничего не мог, надо было ехать в Муром. О! Как они возмущались. И так склоняли тур оператора и эдак, я понимаю, не всем досталось урвать кусок благодати, не всем. Едем в Муром. Опять понтонная переправа, теперь мы идём с сыном, подруга спит в автобусе. Два мужских монастыря, один женский и музей. В мужском монастыре открывается красивейший вид на Оку. Поклонились мощам трёх князей, и у меня опять пропадает моя просьба, в голове только Иисусова молитва. Перед поклонением ставлю свечу Деве, жена Серафиму, сын Иисусу. В женский монастырь выходить, у жены и Никиты сил нет, я вышел. Поклонился мощам Петра и Февроньи, тут я был уже собран, попросил, о чём хотел и попросил о семье, эти святые покровители семьи и брака. Пять часов дня. Горячая еда в местном кафе. Хорошо подкрепились, все стали розовые и умиротворённые. Загрузились и тронулись в обратный путь. А! Ещё хотел отметить красоту музея, который мы посетили. Там та-акие экспонаты. Старинные иконы, городской крест. Ну и быт помещиков. В обратной дороге я так и не заснул, опять дал возможность поспать своим, держа их на коленях. Зато столько не спать, просто отлично посвятил время сосредоточению, медитации и осознанию. В первом часу прибыли в Москву. В воскресенье проснулись в три часа дня. Разбитые, усталые, но довольные.
Нам понравилось, нам всем понравилось. Обязательно съездим ещё, но уже с паломническим туром. А! Да. Почему название поста такое? Это пока мы в Муром ехали, сын смотрел в окно и говорил, смотри козы, смотри коровы, а потом говорит, в этом Дивеево только ковы и корозы, оставшуюся часть пути так смеялся над своей невольной ошибкой, что мы не могли его остановить.