ПОРТРЕТ ГЕРЦОГИНИ ДЕ БОФОР.
1770-е гг. Гейнсборо /1727—1788/. Санк-Петербург.
Государственный Эрмитаж





[300x379]Чуть склонив изящную головку, на которой возвышается целое сооружение из напудренных волос и легчайших перьев, едва удерживаемых шелковыми лентами и мерцающими нитями, внимательным и мягким взглядом смотрит на зрителя миловидная леди. Ее карие, слегка удлиненные глаза и спокойная полуулыбка, приоткрывшая жемчуг зубов, внушают чувство душевного покоя и гармонии.


Едва намеченный румянец оттеняет белизну лица, а черная шелковая лента, завязанная высоко, под самым подбородком, подчеркивает стройность шеи герцогини. Покатые плечи, точно такие, какие были в моде у аристократических дам в конце XVIII века, и хрупкая холеная кисть тонкой руки погружены в полупрозрачную пену белоснежного платья. Поверх платья — шелковый шарф, на котором виртуозная кисть художника запечатлела всю палитру голубых оттенков.





Величаво и таинственно выплывает из фона изысканный силуэт по л у фигуры, чуть развернутый левым плечом на зрителя.


[573x700]

В портрете герцогини де Бофор, где живы отголоски портретов Ван-Дейка, любимого мастера Гейнсборо, розовые и палевые мазки кисти сплелись с жемчужно-серыми; длинный штрих сменяется коротким, линия мягко сливается с фоном либо дрожит, как тонкая струна.

Система энергичных пятен, штрихов и мазков, кажется, расчленяет и дробит большую форму, если смотришь на портрет вблизи, но издали сплавляется в единое голубое сияние, которое видится не застывшей красочной массой, а подвижной структурой, наделяющей образ дыханием физической жизни. Смелый живописный прием, самостоя­тельно выработанный Гейнсборо, так удивлявший его современников, напоминает манеру Антуана Ватто, также использовавшего для создания своих «пространственных идиллий» подвижный, на­сыщенный цветом и как бы окрашенный эмоцией энергичный и разнообразный по форме мазок.

В эпоху, когда вкусы в искусстве Англии определяла холодная академическая живопись, свято следовавшая мертвым канонам, Томас Гейнсборо сделал значительные открытия в технике письма, которые лишь через столетие после смерти художника были по достоинству оценены его со­отечественниками. Он открыл не только новую манеру в живописи, но высветлил палитру и насытил свои полотна светом и цветом, тем самым резко порвав с заученной тепло-коричневой гаммой, традиционной для Королевской академии художеств.

Романтический образ «Дамы в голубом», так иногда называют этот холст Гейнсборо, помимо несомненных живописных достоинств, останавливает внимание зрителя еще и тем, что выходит за границы внешне красивого, но холодного аристократического портрета. За изысканной сдержанностью, предписываемой правилами хорошего тона, мы чувствуем личность. Образ, созданный художником, говорит о тонкой интеллектуальности модели, о способности глубоко чувствовать, о живости ее нрава и душевном трепете, который не гаснет даже в окружении пышного декора.

В таком органичном сочетании традиционных форм парадного портрета с живым интересом к личности человека едва ли не главная сила Гейнсборо, одного из лучших портретистов XVIII века в Англии.



Автор - М. В. АЛПАТОВ

18.08.2006


.

Серия сообщений "Рассказы о шедеврах":

Часть 1 - "Над вечным покоем" Левитан
Часть 2 - Вечерний Звон Исаак Левитан
...
Часть 50 - Вехи женской судьбы
Часть 51 - «Вороны над пшеничным полем»
Часть 52 - ПОРТРЕТ ГЕРЦОГИНИ ДЕ БОФОР
Часть 53 - Сад любви (картина Рубенса)
Часть 54 - 10 самых дорогих картин в истории живописи - 2
...
Часть 56 - Рубенс, «Сад любви». История любви?
Часть 57 - Рубенс, «Похищение Прозерпины». Жизнь пополам?
Часть 58 - Похищение Прозерпины. 1621—1622 Бернини Джованни Лоренцо. 1598–1680