Криминалисты - серьезные люди, которые не в игрушки играют, а расследуют преступления, устанавливают мотивы преступников, ищут убийц… Однако для того, чтобы решать столь сложные задачи в реальной жизни, для начала будущие следователи должны пройти подготовку. И вот тут-то вполне пригодятся игрушки - кукольные домики, бережно созданные в середине прошлого столетия Фрэнсис Глесснер Ли, почетным капитаном полиции штата Нью-Хемпшир в США.
Ее кукольные домики созданы с огромным вниманием к каждой детали, только вот, присмотревшись, замечаешь, что от этих деталей пробегает холодок по спине. Так, крохотные комнатки бывают залиты кровью, а сами куколки - мертвы, среди миниатюрных вещичек можно часто увидеть оружие. Фрэнсис создавала каждый домик как реконструкцию реального места преступления, свои работы она демонстрировала на ежегодном съезде судмедэкспертов.
Места преступления были с поразительной точностью и детализацией воссозданы руками женщины, которая стояла у истоков современной криминалистики, — Фрэнсис Глесснер Ли.
Фрэнсис Глесснер Ли. Место преступления: «Красная спальня» (Фото DR)
Фрэнсис родилась в 1878 года в семье миллионера Джона Глесснера, владельца International Harvester (эта компания до сих пор занимается продажей сельскохозяйственного оборудования). Семья жила в Чикаго в мрачном особняке, который больше был похож на крепость, и маленькая Фанни (так ее звали домашние) чувствовала себя в нем очень одинокой. В четыре года она заявила матери: «У меня никого нет, кроме кукольного ребенка и бога». Позже одним из немногих развлечений в ее жизни было чтение рассказов о Шерлоке Холмсе.
Родители Фрэнсис считали, что женщине достаточно домашнего образования («Леди не ходят в школу», — говорил отец). Однако брат Ли учился в Гарварде, и однажды пригласил в гости университетского приятеля, изучавшего медицину и мечтавшего стать патологоанатомом. Ли это показалось увлекательным, но поступить на учебу она пока не могла.
Фрэнсис Глесснер Ли. Место преступления: Смерть в ванной (Фото DR)
В 1942 году Артур Робертс, местный страховой агент, был найден мертвым полицией, которая ответила на звонок подруги жертвы, миссис Мэриан Чейз
Фрэнсис мечтала стать медсестрой, чтобы сделать хоть что-то полезное в своей жизни, но в возрасте около 20 лет ей пришлось выйти замуж за состоятельного адвоката, которого она едва знала. Чтобы занять себя в промежутках между зваными ужинами и семейными обедами, Фрэнсис начала клеить диорамы — миниатюрные кукольные домики: хобби, достойное дамы из аристократических кругов.
В 1941 году миссис Руби Дэвис, домохозяйка, была обнаружена мертвой на лестнице своим мужем Реджинальдом Дэвисом
В 1914 году супруги, у которых было трое детей, развелись — по тем временам это был скандал. Фрэнсис, не имевшая образования и профессии, снова перешла на попечение отца, который отправил ее «в ссылку» в Санта-Барбару. Дальнейшие годы она позже описывала так: «Это была одинокая и довольно ужасная жизнь». Единственным лучом света для Фрэнсис стала дружба с однокурсником ее старшего брата, судебно-медицинским экспертом из Бостона Джорджем Магратом. Она обожала его рассказы о запутанных делах, уликах и доказательствах.
Рассказывая Фрэнсис о расследовании преступлений, Маграт жаловался на то, что убийства часто остаются нераскрытыми, потому что детективы неверно истолковывают и сами случайно портят улики, а коронерам не хватает знаний по медицине. Чтобы подготовить будущих следователей к работе «в поле», Фрэнсис задумала сделать для них учебные пособия. Пригодились ее увлечение детективами и умение клеить диорамы.
К 1936 году родители и брат Фрэнсис умерли, и она оказалась единственной наследницей огромного состояния. Что важнее — теперь, в 52 года она наконец-то не зависела от воли мужчин и могла распоряжаться не только деньгами, но и собственным временем. И время, и деньги она решила посвятить тому, что любила с детства: расследованию преступлений.
Фрэнсис сделала щедрое пожертвование на открытие в Гарвардском университете факультета судебной медицины и сама возглавила его. За ее деньги была открыта кафедра судебной медицины, также Фрэнсис подарила университету старинную библиотеку с раритетными изданиями. Дома, созданные ею, использовались для обучения студентов, интересно, что современные студенты до сих пор тренируются, изучая эти диорамы.
Потом профинансировала создание криминалистической библиотеки Маграта и проведение семинаров по расследованию убийств, на которых сама же и председательствовала. Чтобы добиться расположения участников — детективов и судмедэкспертов — устраивала для них банкеты в Ritz Carlton, где лично контролировала сервировку, декор и меню. Фактически Фрэнсис покупала себе место в криминалистике. Впрочем, в 1930-е годы других возможностей попасть в эту сферу для женщин практически не было.
Фрэнсис Глесснер Ли. Место преступления: «Кухня» (Фото DR)
На каждой миниатюре запечатлено место преступления. К нему прилагаются написанные Фрэнсис Ли «показания свидетелей» и «полицейские отчеты». Задача — исследовать улики и раскрыть дело. Ли вдохновлялась реальными делами, но все же каждую сцену придумала и разработала сама, чтобы ответ нельзя было подсмотреть в криминальной хронике.
Чтобы создавать диорамы, она открыла в своем поместье в Нью-Хэмпшире мастерскую, которую назвала Nutshell Laboratories. Стены диорам заказала плотнику, который также пристроил к ним задние дворы и чердачные лестницы. Некоторые предметы мебели купила в магазинах игрушек. Большую же часть предметов сделала сама. Изготовление каждого дома обходилось в $3000–4000. При этом Фрэнсис Глесснер Ли не просто сухо и кропотливо выполняла свою работу по воссозданию сцен убийств. Часто она проявляла своеобразное чувство юмора, к примеру, оставляя на месте преступления копии книг о Шерлоке Холмсе. Для одной из диорам она заказала довольно дорогую миниатюрную картину. Ее нарисовал весьма известный на тот момент художник, так что эта диорама теперь должна стоить целое состояние. Часто вывод о том, что здесь произошло напрашивается сам, но почти всегда оказывается, что реальное положение дел переворачивает первые представления с ног на голову. Говоря современным языком, миссис Ли оставляла в своих работах «пасхалки».
Детализированность диорам касается не только подробностей окружения. Цвет лиц и тел кукольных трупов тоже имеет значение, опытный следователь даже сможет понять, какой смертью (асфиксия, отравление угарным газом, утопление и так далее) погибла жертва. Фрэнсис Глесснер Ли была не только эрудитом в том, что касается преступлений, но и педантом.
Даже цвет лака для изображения крови подбирался так, чтобы можно было понять, какая именно кровь текла — артериальная или венозная, и сколько времени она провела на полу. Миниатюрные ключи поворачиваются в замках, карандаши пишут, а в свисток можно дунуть, и он издаст звук. В пепельницах лежат окурки, на дверных ручках и выключателях видны следы от пальцев, в кладовых стоят консервы в банках с этикетками из 1940-х, на календарях можно разобрать год и месяц. Работает даже мышеловка, а около детской кроватки лежат крошечные игрушки, которые Ли делала из ювелирных украшений.
Такое количество деталей необходимо для того, чтобы научить студентов обращать внимание на важные и отбрасывать те, что не имеют отношения к преступлению. Но, помимо тщательно воспроизведенной повседневности, в диорамах Ли присутствуют и признаки насилия: на дверном косяке можно увидеть следы от пуль, в комнате — опрокинутую мебель. При этом Ли уделяла особое внимание тому, чтобы расположение любых следов было максимально реалистичным, так что по направлению брызг крови на обоях рядом с телом можно судить о том, как был нанесен удар.
Фрэнсис Глесснер Ли. Место преступления: «Трехкомнатный дом»(Фото DR)
Тела жертв сделаны с анатомической точностью — чтобы правильно воспроизводить их позы, деформацию, оттенки кожи, Ли посещала места преступлений и вскрытия (пригодилась дружба с детективами и судмедэкспертами). Прежде чем «повесить», «заколоть» или «столкнуть с лестницы» куклу, Ли шила для нее одежду, делала обувь, даже вязала чулки, используя вместо спиц булавки.
Первую миниатюру Ли закончила в 1945 году. Затем раз в два года она проводила в Гарварде двухнедельные семинары, во время которых приглашенные следователи тренировались в раскрытии преступлений. Они не сразу приняли Ли, но в конце концов она даже стала культовой фигурой, оставаясь единственной женщиной на этих собраниях.
Нора Аткинсон, куратор галереи Renwick, где в 2017–2018 годах прошла выставка миниатюр Фрэнсис Ли, обращает внимание на то, что в жестокий и исключительно мужской мир криминалистики та вошла с традиционно женским «рукоделием». Ли проявляет внимательность к деталям, которая приписывалась женщинам как качество, якобы присущее им по природе. И с любовью обставляет кукольные дома так же, как когда-то, будучи богатой наследницей, обустраивала свой собственный.
Большинство жертв придуманных Ли преступлений — тоже женщины. Что не менее важно, среди ее персонажей немало представителей маргинализированных групп — бедняки, бывшие заключенные, проституированные женщины. Смерти людей из социальных низов полиция зачастую расследовала неохотно. Для Ли было принципиально важно приучить будущих детективов к тому, что любая невинная смерть требует справедливости.
Фрэнсис Глесснер Ли. Место преступления: Убийство в доме пастора (Фото DR)
За свою работу Фрэнсис Ли удостоилась звания почетного капитана полиции штата Нью-Гэмпшир и стала первой женщиной, вошедшей в Международную ассоциацию начальников полиции. Ее семинары задали стандарты расследований; несколько штатов даже приняли законы о необходимом уровне подготовки судмедэкспертов.
Будучи хорошо обеспеченной, она не жалела денег на создание макетов, стоимость которых получалась не менее, чем 4,5 тысячи долларов (по тем временам столько мог стоить настоящий дом). Ли воссоздавала каждую деталь: мебель и светильники (которые, к слову, работали), вязала или шила одежду для кукол, делала игрушечную утварь… Словом, все в точности соответствовало реальной картине преступления. Ли специализировалась на преступлениях, совершенных на бытовой почве, часто ей приходилось показывать жертв семейного насилия или проституток.
В 1946 году мистер Гарри Фрейзер, разносчик молока, обнаружил мисс Джесси Комптом мертвой в своем доме
Одним из поклонников метода Фрэнсис Ли был, например, Эрл Гарднер, популярный автор детективных историй и её друг.
Когда в 1962 году Фрэнсис Ли умерла в возрасте 83 лет, Гарвардский университет, лишившись ее пожертвований, закрыл программу по криминалистике. Миниатюры, вероятно, отправились бы на свалку, но их успел спасти профессор Рассел Фишер, который получил место главного судмедэксперта штата Мэриленд и перевез «кукольные домики» в Балтимор. В 1992 году их отреставрировали — из-за ветхости некоторые важные детали начали разрушаться, например «кровь» теряла свой цвет.
Кто убил семью Джадсонов, Мари Джонс, Робин Барнс и Дороти Деннисон до сих пор неизвестно. Ответы засекречены, поскольку миниатюры Фрэнсис Ли все еще используются в качестве учебного пособия. (с)
Сама Френсис Глесснер Ли, скорее всего, была бы не рада тому, что осталась в истории как фриковатая старая вдова, свихнувшаяся на преступлениях и делающая сумасшедшие кукольные инсталляции на основе убийств. В действительности, она была первоклассным теоретиком-криминологом и эти диорамы — лишь часть ее работы, которую она сделала для наглядности. (с)
