-Володя! – заорал он, солдаты у палатки обернулись в их сторону. Обнялись.

- Я увидел тебя еще в пять утра, когда выезжали из гаража, думал обознался. Твой комбат подтвердил, что это был рядовой Бобров. После завтрака я найду тебя и мы обо всем поговорим.

В столовую шли строем. Огромное здание, напоминавшее арочный коровник, столы из березовых досок, мрачные обшарпанные стены, но беда не в этом, главное  пища до того гадко приготовленная, ее не то что употреблять, смотреть противно. Там, в Грузии, в части у них первоклассный пищеблок. Повара-солдаты под стать ресторанным. Старшина сверхсрочник хохол Галич Петр Иванович и капитан Кешечев лично принимали продукты у поставщиков, следили за закладкой в котлы, снимали пробу, прежде чем начать раздачу и не дай бог не понравится капитану, залепит пощечину повару (Никто не держал на него зла). Старшина Галич в таких случаях говорил:

- В следующий раз заставлю тебя сожрать весь котел борща – советовал как исправить оплошность, пока не снял пробу капитан. Даже инспекторов из округа кормили из солдатского котла. Здесь же в Копьяре (Москва 400) солдаты первое время голодали, со временем привыкли к жидкому картофельному пюре с противной, ржавой селедкой и каше-керзухе. Куда ж деваться!

- рядовой Бобров, после завтрака свободен до 11 часов. Тебя приглашал в автопарк майор Семенов. Откуда он тебя знает? – спросил капитан.

- Он мой брат.

- Брат у тебя геройский!

Палатка, в которой жил майор Семенов со своими солдатами, просторная, внутри чистота идеальная, кровати, тумбочки, по средине раскладной стол, табуретки, в углу с настольной лампой рабочий стол командира, по земляному полу уложены деревянные выкрашенные защитной краской щиты. Володя встретил брата на  входе.

- Подожди меня чуток – и дневальному – Петя, накорми братуху, небось голодный.

Петя приподнял щит, достал вещьмешок, угостил Николая тушенкой, сгущенным молоком и чаем.

- Командир геройский, для  нас, что отец родной. В кругу на равных, на службе – знай свое место. Два года побывал в самом пекле, звание майора присвоили, минуя капитана.

Вернулся Володя.

- Товарищ майор, разрешите обратиться? Можно мне отлучиться, помочь новичку Филеву.

- Свободен до одиннадцати. Филев намудрил, установи зажигание.

- Рассказывай, как жил, связь с тобой оборвалась, письма возвращались назад. Я писал тебе на родину.

- Я остался в селе Каменка, работал в колхозе.

- Сразу после училища мне присвоили звание, вскорости женился. Ее дальние предки жили в селе Дубовое. Маша говорит, что ведет свою родословную от помещицы, которая вышла замуж за крепостного. Верится с трудом, могло быть совсем наоборот, разубеждать не стал. Жена была в положении, когда меня отправили в командировку в южную страну. Там была война. Мы помогали техникой одной стороне, а американцу – другой и техникой, и воевали на их стороне. Самолеты прилетали с другого континента и сбрасывали тонны смертоносного груза. Гибло мирное население. Пленный летчик рассказывал, что сюда они летают, как на прогулку, успевают попить кофе и поиграть в карты. Командировали нас туда с изделиями «Земля-воздух», встретили незваных гостей над океаном, помешали допить кофе. На базу не вернулась ни одна машина. Американцы забеспокоились, через несколько дней повторили вылет – результат такой же. Только одна машина прорвалась к суше, была сбита и экипаж пленили. Коля, я могу поспособствовать твоему переводу ко мне, через год станешь сверхсрочником, приличная зарплата, квартира, женишься, будем дружить семьями.

- Предложение заманчивое. Извини, Володя, не лежит у меня душа к военной службе. Обещал я своему другу Василию, демобилизуемся – уедем к нему на родину, в село Дубовое. Приедешь со своей семьей к нам  погостить – разберемся с родословной твоей Машеньки. Женится я еще не женился, но жена у меня есть. Девушка Саша, с водокачки.

- Видел, славная дивчина, глаза печальные, озабоченные. Коля, ты по аккуратней с гражданскими, не распространяйся о своей девушке и друга предупреди. Особисты пронюхают – неприятностей не оберешься.

К 12 часам дня Николай не ехал. Летел на водокачку.