- Вот, матушка велела передать вам, я не знаю. Что там, - сказал сын, подавая искустно сделанную шкатулку из мореного дуба. – Как ее открыть, секрет знали, по ее словам, только вы с ней.
Эту шкатулку случайно приобрел у копяровского пьяницы всего за полтора рубля и подарил Саше.
- Заходите во двор, гостями будете – пригласил Николай. – Это мой сын Николай...
... – Не спутаешь...- вставила Акулина Ивановна.
- ... его дядюшка Борис... Борис...
- Алексеевич – вставил Сашин брат – у нас разные отцы – Александра была Петровна.
Николай по очереди представил, сидящих за столом. Дочь Василия Маша, встретилась глазами с Колей, засмущалась, пламенем вспыхнуло лицо у парня. Это не ускользнуло от Марфы Савельевны, она толкнула локтем Акулину Ивановну.
- Вижу – шепнула она – может сладят.
Коля кого-то мне напоминает, не могу понять. Мою грудь, что-то распирает.
- Думаю, самое время вскрыть шкатулку.- сказал Николай
- Может ты...
- Нет, Аннушка, чо мне скрывать, я жил открыто, Саши больше нет в живых.
- Царство небесное – отозвались за столом.
Николай нажал левый дальний угол, потом правый ближний, затем оба разом. Шкатулка открылась. На внутренней стороне крышки приклеены фотографии Николая и Саши, сверху лежал листок из школьной тетрадки, свернутый вдвое. Он передал листок Анне. Большое, на всю шкатулку, цветное, крупным планом фото – Саши с братом, мамой Дашей и сыном Колей. Николай, машинально передал фотокарточку Акулине Ивановне.
- Марфа, смотри, это Дашка... – и выпустила фото из рук и чуть, если б не удержала Анна, не упала со стула. Маша брызнула в лицо холодной водой, бабушка пришла в себя.
- Малая моя дочурочка, ты ж моя первенькая, что же ты наделала, обрекла меня на муки!...
История давняя, ее уже никто не помнил