Между тем Василий Иванович подъезжал к своему хутору, переехал через брод, конь пытался напиться воды, он ему не позволил – горячий, нельзя, чуть позже, дома напоит. Настроение прескверное. Мысли клубком вертелись в голове. Он никак не мог понять, что же он не так в супружеской жизни делает, как мужчина. Вроде ничем его бог не обидел, ни красотой, ни складностию фигурой, ни силой, ни покладистым характером. И в постели, по его разумению, он не плох. Так почему Галина к нему так холодна, не реагирует на его ласки, старается увильнуть от своего супружеского долга, а с чужими мужиками, далеко не красавцами идет на контакт, притом днем и не тайно, в открытую.
- Что здесь не так – вслух подумал Василий, распрягая во дворе коня, подложил ему приваленную траву, тот начал нехотя жевать, Василий зашел в дом. Это единственный двухквартирный дом в хуторе, построенный совхозом ему и его брату Саше, остальные частные дома, вернее хаты, некоторым уже лет по сто, добротные, крытые чаканом или камышом и живут в них все связанные родством с Лукьяном Андреевичем Ковалевым, поселившимся здесь еще при крепостном праве (но об этом позже) и основавшим хутор Ковалевка. Присел к столу, но обедать не стал, хотя утром выпил всего-навсего полстакана чая, прилег на диван и, удивительное дело, несмотря на то, что был возбужден, ныло в груди, сразу уснул. Кто-то с силой хлопнул дверью в коридоре, открыл глаза и в это время с криком влетела в комнату теща:
- Вы поглядите на этого негодяя, опозорил жену перед всем селом и спит безмятежным сном. – Она схватила зятя за волосы, подняла с дивана, начала таскать по комнате. Плакали дети, рвались на помощь отцу, но дед удерживал их. Жена стояла в дверях и спокойно смотрела, как теща издевается над Василием. Наконец, он оттолкнул ее от себя и она, с клочком вырванных волос, плюхнулась на диван.
- Как ты смеешь копырять пожилую женщину – и тесть, со всего маха ударил зятя под левый глаз. Василий, падая, ударился головой об угол окованный железом печки. Дети бросились к отцу. Таня подняла голову отца.
- Мама, у папы кровь – показала Галине ручки.
Подхватив детей , выскочили из комнаты, с полуоборота запустили двигатель мотоцикла и укатили в село. (Всю свою жизнь корила себя Галина, что поддалась воле родителей, оставила мужа в беспомощном состоянии. С этого момента дети перешли на сторону отца).
Василий Иванович очнулся уже на диване, возле него хлопотала жена его друга Николая, Анечка, пытаясь перевязать рану белой косынкой.
- Потерпи чуток, Коля побежал за Тонечкой. – Фельдшерица Тонечка, проработавшая в селе почти год, успела завоевать уважение жителей, осмотрела рану, застригла волосы, промыла рану и попросила Николая:
-Вызывай скорую помощь, скажи травма черепа, а возле магазина крутится участковый, пригласи и его.
- Это еще зачем? Не нужен он здесь, это дело семейное.
- Делай что говорю, не бросать же мне больного и искать участкового.
Участковый – это Володя Ковалев, двоюродный брат Василия и жены Николая Анечки, вошел в квартиру вместе с врачом скорой помощи и пока те делали перевязку, осмотрел комнату, нашел клок волос и показал доктору.
- Видимо здесь была драка – заключил пожилой доктор – вот смотри гематома под левым глазом, а черепная травма справа..
- ... Видимо, припечатали ему слева, а Василий, падая, ударился об угол печки. Пишем протокол – Володя раскрыл планшет и достал бланки протоколов осмотра.
- Рисуйте. Помогите перенести больного в скорую.- Аня уехала в больницу, как ни говаривал ее доктор, убеждая, что делать ей там нечего.
- Володя, ты погоди с бумагами, поправится Василий, что он скажет, может простит. Родня все же.
- ладно, подождем – согласился участковый. Вложил бумаги на место, клок волос упаковал в пакетик – Незаконно это, случись что с Василием, у меня будут крупные неприятности.
- Я тогда этого негодяя, Ивана Говорова, вверх ногами подвешу – пообещал Николай.
Больше недели пролежал в реанимации