Жанр: романс для голоса с фортепиано.

Автор стихов: Е. Баратынский.

Время создания стихотворения: 1821 год.

Время создания романса: 1825 год.

Первое издание романса: фирма Пеца (без даты).

 Романс принадлежит к числу лучших сентиментально-лирических вокальных произведений молодого М. Глинки. В своих «Записках» М. Глинка писал: первая неудачная попытка сочинения с текстом относится к этому времени (то есть к 1825 году – А. М.). Это был романс на слова Константина Александровича Бахтурина, сына правителя нашей канцелярии. Когда же сочинен мною первый удачный романс «Не искушай меня без нужды» (слова Баратынского), - не помню; по соображению полагаю, что я написал его около этого времени, т. е. в течение 1825 года».¹ Сохранилось два недатированных автографа романса.²

Романс настолько популярен, что стихотворение Е. Баратынского оказалось как бы задвинуто им. И даже название оригинала мало кто вспомнит - «Разуверение».³

В романсе М. Глинки имеются некоторые изменения в тексте по сравнению со стихотворением Баратынского. Так, вместо «слепой тоски» (у Баратынского) - «немой тоски» (у Глинки). Кроме того, композитор более подчеркнул именно сентиментальный характер стихотворения, хотя в оригинале, если его декламировать в соответствии с авторской пунктуацией, больше пафоса: из трех восклицательных знаков стихотворения М. Глинка оставил – из Баратынских - только один – в строке «В его дремоте не тревожь!», правда, добавил один свой – в строке «Забудь бывалые мечты!».

За этими, казалось бы, мелкими различиями скрывается нечто более важное: Баратынский написал о перегоревшем чувстве, об обиде и остуде сердца. Его стихи полны холодом и ходом самонаблюдения. Романс Глинки взволнованной молящей интонацией ставит под сомнение непоправимость результата, на котором настаивает поэт.⁵

Глинка по-глинковски индивидуально запечатлевает почувствованные им повсеместно выразительные, многих людей волнующие интонации, связывает, скрепляет их, но, в сущности, не он их изобретатель. Мелодия, ритм, сопровождение в этом и подобным ему романсах глинкинские, но в основе их лежат интонации общезначимые. В этом романсе впервые проявилось непередаваемое словами глинкинское обаяние, так сказать, его почерк, его стилевое «я», запечатленное в обобщении общезначимого. И не случайно сам композитор почувствовал здесь свою удачу. «Простота, естественность, душевное целомудрие и сердечность элегического раздумья-высказывания становятся в русской лирике основой ее психологии; и отсюда, от глинкинского «Не искушай», тянутся нити и к «Онегину» Чайковского, и к чеховским пейзажам и жанрам, и к лучшему в Станиславском. Но Глинка сам отлично понимал различие в интонационном содержании «обобщений общезначимого» и эмоциональных формулировок типа «Не искушай, «Сомнения» от искусственной субъективной лирики, хотя бы и вполне лично искренней».⁶

Классически-стройная мелодия романса гармонично сливается с текстом; в ней есть та свобода и естественная грация, та благородная простота, которая со всей отчетливостью обнаруживает почерк Глинки. Впечатление стройности и чистоты стиля создается уже в выразительном вступлении фортепиано. Небольшая прелюдия к романсу с ее ниспадающими секвенциями сразу же вводит слушателя в поэтический строй стихотворения Баратынского. Эта скорбная интонация вздоха далее получает широкое развитие в вокальной партии.

Примечания

1 Глинка М. Записки. – Глинка М. Литературные произведения и переписка. Том 1. М. 1973. С. 229.

2 ГПБ, ф. 190, № 5, листы 1 – 2; № 10, листы 67 оборот – 68.

3 Кстати, не часто встречающееся слово.

4 Мы сохраняем оригинальную (авторскую) орфографию.

5 Эту верную, как нам кажется, мысль сформулировала Наталья Рубинштейн. - Рубинштейн Наталья «…она и музыка и слово». - University of Toronto - Academic Electronic Journal in Slavic Studies. См. http://www.utoronto.ca/tsq/07/rubinstein07.shtml

 6 Асафьев Б. (Игорь Глебов). Глинка. М. 1950. С. 22.