детка моя, я сегодня закрыл за собою дверь,
свет раздражает мигрень, с окон кафель...
стены гангрируют, прячут в не[]мой интерьер
травмы скальпированных фотографий.

слышал, теперь ты в сплетении ног и рук,
стонешь, гоня голубей до порога Минели,
и ничего нет важнее нирваны потёртых губ,
смежных с постелями венецианских отелей.

так же и грусть... не равна ни тебе, ни мне,
кукла у ног мудреца, лишь блошинные танцы.
знаешь, пожалуй, я рад что ты лишь во сне,
можешь казаться моей, целовать, улыбаться...

нет ни одной фотографии наших дней,
сущное тоже не слишком уж правдоподобно...
тот, кто погиб уже несколько долгих лет,
всё ещё снится и дышит в убитой утробе.

с первых же дней мы с тобой невпопад вдвоём,
губы не те, или руки всё не туда. странно,
мы как то поздно с рождения все живём.
виски глотаю, и память калечу отравой.