... кажется я хоронил своего отца...

викарий шамкал у гроба,

гордость боле не лила слёз,

кто-то понёс меня к могиле.

чтец не уставал читать,

плита не выдавала имени,

голос не слышен мой,

и вовсе никто не видит.

... а позже я бегал по дюнам и портам,

пытаясь найти передышку, сыра и хлеба...

но только панихиды...

наверное, проще было сойти с ума,

идя за своим эгоизмом.