Допиваю  свой  кофе  из  зёрен  немолотой  грусти.
Уходящему  лету  не  верю.  Всё  будет  не  так!
Беспощаднее  слов  твоих  –  ветер  и  соль,  та,  что  с  хрустом
осыпается  с  мокрых  ресниц.  А  внизу  живота
сладко  ноет  нежнейшее  из  молчаливых  безумий,
недосказанность  долгих  молитв  и  стихов,  то  есть  ты.
Полумысль  о  тебе  всё  сжигает  внутри,  как  Везувий  –
перекрёстки  Помпеи.  И  нет  вариантов  остыть
под  июльским  дождём.  И,  наверное,  я  заболею,
всесимптомно  –  тоской  по  тебе,  будет  внутренний  жар
расходиться  цветными  кругами  и  дрожью  в  коленях…
В  ожидании  редких  звонков  забываю  дышать,
продолжаю  наматывать  дни  на  запястья,  как  бусы,
измерять  мостовые  шагами,  стихами,  стиха…
Ожидание  –  та  же  любовь  и,  по  сути,  искусство,
(и  намного  реальнее,  чем  представлял  себе  Хармс).
А  ты  знаешь,  я  всё  же  больна,  но  мечтою  спуститься
жадным  трепетом  губ  по  любимому  склону  плеча.
Допиваю  свой  кофе,  а  гуща  намерена  сбыться,
неразборчиво  только,  –  то  солнце,  то  дождь  и  печаль