Часто в суете повседневной жизни в стремлении успеть, достичь, заработать, обеспечить мы забываем порой о самом главном…

Проникновенно, с любовью сказал об этом митрополит Антоний Сурожский, отрывок из беседы которого я и публикую:

«…Подумайте над тем евангельским чтением, которое предшествует Великому посту: притча Христа об овцах и козлищах. Все вопросы, которые там ставятся, сводятся только к одному: когда ты был на земле, у тебя сердце было каменное или живое? Ты голодного накормил? Холодного согрел? Нагого одел? Заключенного в тюрьму, отверженного людьми посетил? Была ли в тебе жалость или в тебе жило только безразличие, надменность, самодовольство, как у богача, который пировал, тогда как у его порога с голоду умирал Лазарь?
[показать]
Это единственный вопрос, который ставится: было ли у тебя человеческое сердце или камень вместо него? Если у тебя была человеческая любовь, то она может расцвести в меру Божественной любви; но если человеческой любви нет, то с чем может соединиться любовь Божия?… И не надо убегать от этого суда над собой, говоря: «Я же люблю людей!..» Всех людей, когда они далеко, мы все любим. На самом деле мы любим очень немногих, но и тех не умеем любить без оглядки, без условий. Мы ссоримся, холодеем, отворачиваемся…

Апостол Павел нам говорит: «Друг друга тяготы носите, и так вы исполните закон Христов…» Тяготы – это не только невзгоды, это вся тяжесть другой личности, другого человека.Некоторое время нести тяготу чужого горя, не очень продолжительной болезни, короткой ссоры мы все умеем; но как страшно бывает видеть, что когда у человека горе неизбывное, болезнь не кончается, нужда не прекращается, то после короткого срока, в течение которого мы жалеем человека, окружаем его вниманием, носимся, возимся с ним, мы начинаем холодеть: неужели конца-края не будет его болезни, его нужде, его горю? Пора бы ему выздороветь! Пора бы ему встряхнуться, опомниться! Неужели всю жизнь мне с ним возиться?!

Не в том беда, что мы не многих любим, – мы не способны любить очень многих, наше сердце слишком узко. Но как мы плохо, нетерпеливо, неласково, неумно любим и тех, о которых говорим, что они нам дороги!Как нам надо задуматься над теми, кто нас окружает, и поставить себе вопрос какова моя любовь к ним? В радость или в тягость? Потому что бывает и так, что наша любовь может удушить человека, она для него не свобода, а рабство; человек стонет от того, что мы называем любовью, когда мы знаем лучше него, в чем его счастье, что ему нужно, где его радость, когда мы отнимаем у него всякую искорку свободы, творчества, потому, что сами хотим управлять его жизнью так, чтобы ему лучше было.

Не так к нам относится Господь. Пока наша жизнь длится, десятилетиями Он терпит, Он ждет, Он надеется; и Он активно все время, все время старается нам помочь.