2006 год. Весна.


      Ребенок учится. Проблем практически нет. Родительское собрание сегодня - скорее проформа. Ничего особенного о моем чаде мне не скажут . Но постепенно страсти накаляются. Классный руководитель, а затем и учительница по математике с печалью в голосе и полной обреченностью, расписываясь в собственном педагогическом бессилии, вопрошают родительниц: “Не знаем, что с ним делать?” Он - это маленький маргинал, неадекватное поведение, хамство по отношению к учителям, хулиганство по отношению к одноклассникам. Мама юного “героя” сидит рядом с нами. Если бы такое говорили о моем отпрыске, я сгорела бы от стыда, а она ничего. Слабые попытки как-то его оправдать, получается неуклюже…

      Домой шла, как в трансе. Если учителя не могут справиться с 12-ним мальчишкой, о чем можно еще говорить? Классная для полноты картины обрисовала наши перспективы - так как за нами нет “параллели” (последний год эксперимента 4 за 3), то и всех двоечников нам придется тащить за собой, кроме того, и все второгодники будут “оседать” в нашем классе. Шок! Первая мысль - перевести ребенка в другую школу! Однако мальчик встал в “позу”: “Никуда не пойду!” Объяснил все просто - друзья. Пришлось стиснуть зубы…


      2008 год.

      Ну вот и девятый класс! Опять весна, последние каникулы, скоро экзамены… Ребенок в один прекрасный день приходит домой и заявляет, что хочет уйти из школы. И опять шок! Что? Как? Почему?

      Потом мальчик пришел с синяком на скуле. Подрался. И были разборки с классной, телефонные звонки, письмо директору… На безобразное поведение юного спортсмена восточных единоборств школа опять умыла руки. В одном можно было быть уверенной, армянские папа и мама очень сильно испугались. Наверное, было чего…

      До конца учебного года мальчишки игнорировали друг друга… А я бешено искала школу, желательно с гуманитарным профилем. Хорошо, что к этим годам обзавелась связями, а люди знали и меня, и Тошку. Ребенку было крепко накрепко наказано, не говорить о перемене школы никому. Все экзамены были сданы на “отлично”. На выпускном директриса что-то говорила Тошке о будущем в стенах “родной и незабвенной”. Это было в субботу, а в понедельник ребенок пришел в школу за документами. Выражение лица классного руководителя, узнавшего о нашем исходе, сын даже затруднился передать. Почти все его одноклассники, которые хорошо учились, забрали документы и перевелись кто куда. В классе, по словам Галины Васильевны, осталось “одно болото”…



P.S.

      Весна 2010 года.

      Проходя мимо нашей старой школы, спросила:

      - Ты не жалеешь, что тогда перешел в 87-ю?
      - Нет, тут не было бы таких возможностей, и она не сделала бы эти два года такими интересными, насыщенными событиями! Да и на five-o’clock к генконсулу Великобритании меня вряд ли пригласили бы…

dixi