Их самолет из «Внуково» вылетал в начале третьего дня. Светлана с Игорем приехали заранее, как и полагалось, чтобы потолкаться около терминала, потому что билеты они зарегистрировали еще из дома через интернет, не спеша пройти все контрольные точки и досмотры и спокойно занять свои места в лайнере.

Перелёт в «Хитроу» длится около трех с половиной часов, и, если лететь туда, то прилетаешь всего через полчаса от того времени, когда вылетел, потому что разница во времени между Москвой и Лондоном тоже три часа. Это особенно радовало Игоря, не выспавшегося сегодня из-за длительного зависания в сетях.

Лондон принял их прохладным небом, затянутым ровным слоем невысокой облачности. Солнце едва угадывалось за пеленой, но и этот фантом светила радовал взгляд.

Выйдя из самолета, Игорь вдохнул воздух полной грудью, потом еще раз и понял, что Лондон имеет свой запах. Раньше он знал, что Питер пахнет не так, как Москва, а Казань отличается воздухом от Воронежа или от Таллинна, например, а теперь пытался определить для себя отличительные черты лондонского запаха. Игорь явственно различил запах моря, свежести и еще чего-то тонкого, непонятного, но очень приятного, что окрестил для себя запахом городского шампуня, с которым здесь, по-видимому, моют улицы.

Аэропорт «Хитроу» предстал перед Игорем огромным неправильной формы перевернутым блюдцем, лежащем на стеклянном вафельном пирожном. Через минуту подкатил небольшой двухдверный белый автобус, чтобы доставить пассажиров в здание аэропорта. Игоря интересовало удобно ли вести автобус, оборудованный правым рулем, но как только началось движение автобуса, он понял, что водитель прекрасно справляется, потому что с такой бешеной скоростью, не тормозя на крутых поворотах, можно гнать только на удобной и хорошо знакомой надежной машине.

Помещение поразило своим простором и относительной немноголюдностью, несмотря на разгар дня. Вероятно, большинство людей предпочитали утренние и ночные рейсы.

Вокруг всё сверкало: через безконечные прозрачные стекла крыши и стен проникал дневной свет, преломляясь и отражаясь во множестве других стекол, металлические поверхности бликовали хромированным блеском на фоне крашенных белым опорных колонн, взметнувшихся в самый верх, чтобы поддерживать ажурные металлические конструкции крыши.

Около терминалов там и тут виднелись группки туристов, судя по говору, из разных стран. Киоски предлагали чтиво и кое-что для перекуса, если турист вдруг проголодается, но ребята не стали пренебрегать «воздушным» обедом, который, тем более, входил в стоимость перелета, и были сейчас еще достаточно сытыми.

Приобретя парочку лондонских единых проездных под смешным названием «Удостоверение Устрицы» или «Ойстер», на которую просто зачислялись наличные или средства с карточки, а при прохождении терминала в транспорте автоматически должны списываться, молодые люди попали в метро прямо из помещения четвертого терминала, куда прилетел их самолет.

Лондонская Труба, Андерграунд, или метро, если говорить по-русски, представляет из себя… трубу. Красный кружок с поперечной надписью на синей полосе: «Underground» показывает, где расположен вход в трубу, и как бы намекает, что именно в трубу вы и попадаете. Если Светочка уже бывала в Лондоне и в здешнем метро уже каталась, то для Игоря было очень непривычно попасть в круглобокий туннель, обустроенный под станцию, где поезд делал остановку, чтобы в него влились новые частицы толпы и вылились старые, произведя, таким образом, что-то вроде смены внутреннего содержимого «огромного кольчатого червя».

Некоторые станции на взгляд москвича были совсем уж фееричными, ибо лондонцы их умудрились сделать прямо на повороте этой своей трубы, а поезд так и останавливался, загнув хвост себе за спину так, что из головного локомотива было невозможно увидеть последний вагон.

Но вот разнообразием отделки или художественностью оформления чистенькая и довольно уютная лондонская подземка не могла похвастаться. Выполняя свою миссию уже около ста пятидесяти лет, постоянно наращивая свою длину и усложняясь, загибаясь под разными углами и устремляясь в новые глубины, Лондонская Труба всегда выполняла сугубо утилитарную функцию по перевозу пассажиров. А спешащие по своим делам лондонцы с удовольствием погружались в свои мысли и мечты вместо разглядывания стен, выложенных простой каменной плиткой или выкрашенных неяркой краской.

Сам поезд, что носился по этой трубе, был тоже трубой, только разделенной на отсеки-вагоны, имеющие двери, верхний конец которых тоже загибался, согласно изгибу корпуса вагона. Попав во внутреннюю трубу большой Трубы, Игорь с удовольствием поставил чемодан вертикально и водрузил на него огромную дорожную сумку, которую нес на плече. Сесть ему не представилась возможность, потому что единственное пустое сидение заняла Светочка, мило поднявшая глазки на утомленного парня и похлопавшая своими длинными кукольными ресничками.

- Знаешь, Светик, а у нас метро лучше, - резюмировал свои впечатления мужчина.

- Да, мне тоже кажется, что у нас красивейшее метро в мире, но у них удобнее всё устроено, - Светочка обернулась к табло, где автоматически отмечался маршрут поезда. – Нам главное не проехать свою пересадку Экшн Таун в сторону Илин Бродвей, где мы пересядем уже до нашей станции.

Она всё это так легко запоминала и говорила, что Игорь почувствовал себя рядом со своей девушкой эдаким неандертальцем, попавшим внезапно в будущее лет так на триста вперёд.

- Свет, ты тут ориентируешься, вот ты и веди меня, мой командир, - фраза получилась бойкой и весёлой, и вслед за ней настроение Игоря плавно поползло вверх.

Гостиница «Куинс Парк», как оно логически вытекает из названия, расположилась на улице с родственным названием Куинсборо террас недалеко от станции подземки Куинсвей. Именно сюда и стремились попасть влюбленные путешественники.

Невысокое четырехэтажное здание с мансардой чем-то напомнило Игорю старые московские домики, каких много в центре старой Москвы. Оно имело красивый балкон по всему фасаду, пять балконов выступали вперед и опирались на круглые белые колонны. Под одним из таких балконов был вход внутрь, а на самом балконе крепились красивые флаги – английский и ЕЭС.

В номере на втором этаже почти всю комнату занимала огромная двуспальная кровать с изголовьем из панели светлого дерева, застеленная покрывалом в широкую полоску ярко-красного, белого и бежевого цветов. Над кроватью висела огромная фотография, на которой был изображен закат берегу океана. В углу стоял шкаф и комбинированное сооружение, включающее в себя некое подобие письменного стола и вешалки, как в прихожей. В санузле было всё, что нужно. Всё было чисто, уютно и аскетично – ничего лишнего, только всё, что необходимо.

Ввалившись в номер, Игорь уселся на кровать и откинулся на спину, заложив руки за голову. Было хорошо и приятно расслабиться после длительного перелета и утомительной долгой дороги в подземке. Светочка порхала по номеру, равномерно распределяя вещи по своим местам. Номер был снят на четыре дня, одежда должна была сохранить свой вид и форму в шкафу, а свой домашний трикотажный костюм Светочка аккуратно положила на стул рядом с кроватью со своей стороны.

Игорь вышел на балкон посмотреть на город и подышать воздухом, а Светочка, удовлетворенная проделанной работой, прилегла на кровать и незаметно для себя задремала. По-видимому, и ей нелегко досталась дорога.

Вернувшись в комнату, парень залюбовался на спящего белокурого ангела, которым представлялась ему его девушка. Он наклонился к ее лицу и уже потянулся губами к ее щеке, как вдруг она проснулась и, крепко обняв за шею, потянула его и опрокинула на себя. Игорь такому исходу событий только обрадовался и стал целовать всё, что попадалось ему на пути – губы, щеки, глаза, носик, руки, шею… Девушка млела от удовольствия, осознавая свою прелесть и привлекательность, наслаждаясь его желанием, которое уже явственно ощущалось через тесные джинсы. Впрочем, Игорь не стал теряться в сомнениях, а продолжил ласки.

Лондон за окном их номера был тих и задумчив, он не мешал свершаться таинству любовной игры, позволяя ей завершиться и одарить влюбленных своей томной негой. Лондон был терпелив, он ждал их на прогулку, готовый рассказать о себе много интересных историй.