• Авторизация


Александр Алябьев, автор «Соловья» и герой войны 1812 года, провел 15 лет в ссылке по несправедливому приговору 18-09-2026 14:46 к комментариям - к полной версии - понравилось!

Это цитата сообщения Svetlana-k Оригинальное сообщение

Александр Алябьев, автор «Соловья» и герой войны 1812 года, провел 15 лет в ссылке по несправедливому приговору


Лев Толстой писал о своем отце: «Он любил музыку, певал, аккомпанируя себе на фортепьяно, романсы приятеля своего А…».

Под буквой «А» скрывается Александр Алябьев.

 


4397599_alyabev (700x466, 85Kb)

А. А. Алябьев. Литография Ф. Бартольди по рисунку Г. П. Гельмерсена. 1834

 

Юный чиновник 14-го класса

Александр Александрович Алябьев родился 15 августа 1787 в Тобольске, в дворянской семье. Его отец Александр Васильевич Алябьев был тамошним губернатором.

Некогда сибирская столица, центр колонизации Сибири Тобольск к этому времени был в основном известен своей тюрьмой.

 

4397599_persony_101_1 (580x700, 322Kb)

Алекандр Васильевич Алябьев – отец композитора, президент Берг-коллегии, губернатор, сенатор, главный директор Межевой канцелярии; действительный тайный советник

 

Впрочем, в девятилетнем возрасте мальчик стал столичным жителем – Александр Васильевич получает назначение в Санкт-Петербург, в Горное ведомство.

Уже тогда Алябьев-сын серьезно увлекался музыкой, его преподавателем был дирижер оркестра столичного Немецкого театра Иоганн Генрих Миллер. Впрочем, о карьере профессионального музыканта речь не шла. В семье это казалось несерьезным.

Домашние концерты ради развлечения всячески приветствовались – собственно благодаря им Алябьев-младший и стал в результате композитором. Но не более того.

Юноша направился по пути отца, и в 1801 году, несмотря на возраст, поступил на службу все в то же Горное ведомство, унтер-шихтмейстером. Чин незавидный, соответствует самому нижнему, 14-му классу табели о рангах.

В 1803 году Александр переводится уже в московское Горное ведомство, и в том же низшем чине.

А помимо службы, он активно пишет музыку. И в 1810 году выходит его первый сборник – вальсы и романсы. О карьере профессионального музыканта-сочинителя говорить пока что не приходится.


Отважный рубака

В 1812 году Александр Алябьев пошел добровольцем на фронт. Его командир – легендарный партизан Денис Давыдов.

Александр Александрович был ранен под Дрезденом, сражался под Лейпцигом, брал Париж. Был награжден орденами. Алябьев – герой.

Как сказано в его служебном формуляре, «будучи ж употреблен в самых опаснейших местах, везде отлично исправлял данные препоручения».

 

4397599_persony_102_1 (700x700, 336Kb)

Портрет Александра Алябьева в мундире Ахтырского гусарского полка.

 

Но и про сочинительство не забывал. В армии, например, Алябьев написал «Галоп князя Оболенского» для военного духового оркестра.

Ратная служба неожиданно понравилась. Александр Александрович не расстался с погонами и в мирное время, а со своим командиром – Денисом Давыдовым – он крепко сдружился.

Кстати, когда легендарного партизана временно отстранили от руководства «партии», то есть отряда, Алябьев не оставил своего товарища. Денис Васильевич писал:


«Пятьдесят человек рыдало, провожая меня. Алябьев поехал со мною, не имел команды и потому был свободен, но служба при партии представляла ему случай к отличию и награждению, езда со мною – одну душевную благодарность мою, он избрал последнее».

 

Александр Александрович умел дружить.

Кстати, фразу Чацкого из «Горя от ума» – «Служить бы рад, прислуживаться тошно» – приписывают именно Алябьеву. Вполне возможно – с Грибоедовым он был близко знаком.

 

Роковая  игра 

 

4397599_preferans_vasneczov (700x428, 78Kb)

«Преферанс». В.М. Васнецов, 1879. Государственная Третьяковская галерея, Москва

 

В отставку Алябьев выходит лишь в 1823 году – в чине подполковника, с правом ношения мундира и при полном обеспечении.

Живет то в Москве, то в столице. Сочиняет музыку. Бездельничает.

В январе 1825 года в Москве открывают Большой театр. И на торжественной церемонии звучит пролог «Торжество муз», написанный Алябьевым вместе с Алексеем Верстовским и Фридрихом Шольц.

А в марте того же 1825 года этой счастливой и безмятежной жизни наступил конец.

Александр Александрович в то время был в Москве – он снимал небольшой дом в Леонтьевском переулке. У него, по обыкновению, собрались гости.

Затеяли карточную игру, притом один из приглашенных, воронежский помещик Тимофей Времев довольно крупно проигрался. Начал скандалить и кричать, что все вокруг мошенники.

По тем временам обвинение в карточном шулерстве считалось очень серьезным. Честь композитора, как хозяина дома, была задета не на шутку.

Алябьев был просто обязан что-то предпринять. Он дал помещику пощечину – с тем, чтобы тот вызвал Александра Александровича на дуэль.

Но Тимофей Миронович, ясное дело, не хотел стреляться с бывалым офицером. Он быстро собрался и уехал.

На почтовой станции в Чертанове его разбил инсульт – или, как в то время говорили, апоплексический удар. И на следующий день помещик умер.

 

Фемида тоже может ошибаться  

Начинается сплошной абсурд. Алябьева обвиняют в убийстве Времева.

Особое рвение здесь проявил полицмейстер Ровинский. Человек небольшого ума, но большого усердия, он имел зуб на Алябьева – тот время от времени подшучивал над этим служакой.

Был очень громкий судебный процесс. Три года композитора держали в тюрьме.

 

4397599_portraet_des_komponisten_alexa (518x700, 61Kb)

Портрет композитора Александра Алябьева

 

Многочисленные ходатайства на имя императора Николая I не имели успеха. Слишком уж много у Алябьева было приятелей-декабристов. В первую очередь писатель Александр Бестужев-Марлинский. Это, разумеется, не нравилось царю.

Алексей Феофилактович Писемский описал это дело в романе «Масоны». Правда, там Алябьев фигурирует как Лябьев.

Кстати, именно в застенке Александр Александрович сочинил свой самый известный романс – «Соловей», на стихи Антона Дельвига:

 

Соловей мой, соловей,

Голосистый соловей!

Ты куда, куда летишь,

Где всю ночку пропоешь?  


Там же он написал и другой знаменитый романс – «Вечерний звон» на стихи Ивана Козлова:


Вечерний звон, вечерний звон!

Как много дум наводит он

О юных днях в краю родном,

Где я любил, где отчий дом…

 

4397599_portret (532x700, 161Kb)

Портрет Александра Александровича Алябьева

 

Вина подозреваемого не была доказана. Тем не менее его приговорили к ссылке в Сибирь – с лишением прав и дворянского звания.

И в 1828 году Александр Александрович направляется в родной Тобольск. Но, увы, без комфорта и не по собственной воле.

Он, впрочем, не унывал. Говорят, что, услышав приговор, – «По Высочайшему соизволению высылается в Сибирь и определяется жительством в город Тобольск» – Алябьев рассмеялся и ответил: «Наказали щуку, пустили в море. Да я там детство провел!»

 

И снова в Тобольске

 

4397599_persony_104 (700x401, 242Kb)

 

Тобольск. Фотография  до 1917 года.

 

 Не удивительно, что Александр Александрович освоился в Тобольске моментально. Многих он и правда помнил еще с детства. Помнили и его.

Иван Александрович Вельяминов, генерал-губернатор Западной Сибири, посетивший город вскоре после прибытия туда Алябьева, остался крайне недоволен. Он писал наказному атаману Сибирского казачьего войска Семену Богдановичу Броневскому:

 

«К крайнему прискорбию моему дошло до сведения моего, что находящиеся здесь в гор. Тобольске на жительстве лишенные чинов и дворянского достоинства Александр Алябьев и Николай Шатилов не только приглашаются некоторыми чиновниками на обеды и на званые вечера, но имеют вход во все публичные собрания, и даже по приглашению их на завтраки и обеды чиновники к ним съезжаются».

 

Шатилов – зять Алябьева, женатый на его сестре. Он тоже был в гостях у Александра Александровича в тот несчастливый день и получил свой срок как соучастник «преступления».

Запретить происходящее было не в силах господина Вельяминова. Хотя бы потому, что и Алябьев, и Шатилов были невиновны, и в Тобольске все это прекрасно понимали.

Нет, Александр Александрович не озлобился, духом не пал, не опустился. Больше того, бывший бездельник и жуир теперь почти что не сидит без дела.

 

4397599_slide8 (700x524, 68Kb)

 

Он устраивает симфонические и хоровые концерты. На первых лично дирижирует, а на вторых – аккомпанирует. Создает оркестр казачьей музыки, которым, разумеется, сам и руководит. Сибирское казачество ему за это очень благодарно.

И, конечно, сочиняет музыку. Его новые вещи публикуются в столичном сборнике «Северный певец».

 

4397599_m10 (466x700, 278Kb)

Памятник Александру Алябьеву в Тобольске

 

Гимназист Ершов

Кстати, в Тобольске Александр Александрович познакомился с занятным гимназистом по фамилии Ершов.

Как-то раз перед концертом он в шутку заявил Ершову, что тот ничего не смыслит в музыке.

Ершов, однако, возразил, что обладает абсолютным музыкальным слухом и может это доказать. Что при малейшей фальши оркестрантов он будет тыкать Алябьева в бок.

Так оно и получилось. Посреди концерта Алябьев встал и поклонился Ершову. А тот потом признался, что и правда музыку совсем не чувствует. Просто один из исполнителей, если кто вдруг сфальшивит, корчил страшную рожу. А Ершов за ним следил и при каждой такой роже пихал Алябьева.

Спустя некоторое время этот находчивый юноша прославится на всю страну как писатель Петр Павлович Ершов, автор сказки «Конек-Горбунок».

Алябьев же – по старой дружбе – напишет музыку к его «Песне о молодом кузнеце»:

 

Вдоль по улице широкой

Молодой кузнец идет;

Ох! идет кузнец, идет,

Песни с посвистом поет.

 

«Одно только чувство любви и уважения к его внутренним качествам»

В 1832 году в жизни Алябьева очередная перемена. Он теперь в Ставрополе, несет послушание регента Свято-Троицкого собора. Через год – Оренбург. А еще через год – Московская губерния, Коломна.

Там же он, наконец, женится – на своей давней знакомой, Екатерине Александровне, урожденной Римской-Корсаковой, а в первом браке Офросимовой.

 

4397599_persony_103 (502x700, 267Kb)

Екатерина Александровна Римская-Корсакова

 

Екатерина Александровна писала:

«Я вступила в супружество с Алябьевым уже во время его несчастья, не увлекаясь никакими житейскими выгодами, и одно только чувство любви и уважения к его внутренним качествам могло ободрить меня на такую решимость».

 

Алябьев посвятил Екатерине Александровне Офросимовой романс на стихи Александра Бистрома «Я вижу образ твой»:

 

Я вижу образ твой, когда зари дыханье

С природы дремлющей свевает мрак густой.

И льётся по полям цветов благоуханье,

Я вижу образ твой, я вижу образ твой.

 

Я вижу образ твой, лишь солнце, царь вселенной,

Торжественно на свод восходит голубой,

И в каждой капле вод, лучами позлащённой,

Я вижу образ твой, я вижу образ твой.

 

Я вижу образ твой, когда слеза катится

Из голубых очей денницы золотой

И роза в ручеёк серебряный глядится,

Я вижу образ твой, я вижу образ твой.

 

Я вижу образ твой, когда день угасает,

И бледная луна плывёт в тени ночной

И в сладкое меня забвенье погружает,

Я вижу образ твой, я вижу образ твой.

 

Правда, в Москве Александру Алябьеву до сих пор жить нельзя – при том, что, напомним, вина не доказана, а дело фактически сфабриковано.

Александр Александрович все так же энергичен и трудолюбив.

Он не предается унынию, а приводит в порядок огромнейший материал – песни разных народов, которые он собрал за время своего вынужденного путешествия. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Если бы не этот оговор – Алябьев, вероятно, так и продолжал бы убивать время за картами.

 

Совсем другой Алябьев

Только в 1843 году 56-летнему композитору позволили переехать в Москву. Но без права «показываться в публике». И, разумеется, под надзором полиции.

Впрочем, публика ему теперь и не особенно нужна. В Москву возвратился совершенно другой человек, абсолютно непохожий на того едва ли не бретера, который жил в 1825 году в Леонтьевском.

 

4397599_Alexander_Alyabyev___by_Tropinin (500x659, 78Kb)

Александр Алябьев. Портрет работы Тропинина

 

Он теперь тихо коротает вечера в доме жены на Новинском бульваре, пишет музыку и общается только с немногими близкими ему людьми.

Например, с композитором Даргомыжским, с которым Александр Александрович неожиданно сдружился. Поздние дружбы – большая редкость.

 

Поэт Иван Аксаков пишет:

«Лета, болезни и несчастия остепенили его и сделали добрым и мягким. Это я видел из обращения его с людьми и вообще с бедным классом народа».

 

Музыковеды уверяют, что на творчество Алябьева наложена «печать дилетантизма» – в первую очередь из-за отсутствия серьезного музыкального образования. Но он писал не для музыковедов.

А его романсы – «Вечерний звон», «Зимнюю дорогу» («Сквозь волнистые туманы пробирается луна»), все того же «Соловья» – поют и в наши дни.

В возрасте 63 лет Алябьев ушел из жизни и был похоронен в родовой усыпальнице в Симоновом монастыре. Екатерина Александровна пережила своего супруга на три года.  

 

4397599_11 (694x700, 291Kb)

Памятник композитору А.А. Алябьеву (фрагмент), 2023. Бронза. Шаховская, Московская область.

 

 

вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Александр Алябьев, автор «Соловья» и герой войны 1812 года, провел 15 лет в ссылке по несправедливому приговору | Марина_Ушакова - Дневник Марина Ушакова | Лента друзей Марина_Ушакова / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»