Это цитата сообщения
Падунский Оригинальное сообщениеОктябрьское. Часть третья
[показать]
XVIII
Воскресным утром людей на улицах нет. Редкий встречный – весло на плече – удивляется: а для чего фотографироваешь?
- Для истории, - умничаю.
- Тогда ладно, - соглашается рыбак. И, вдогонку, - а сам откуда будешь? Приезжий?
- Да какой я приезжий, - шуткую, - из Хантов, тутошний.
- То-то я гляжу: на москаля не похож. - лыбится он и, развернувшись, идёт своей дорогой. Некогда, дескать, мне с тобой лясы точить. Работать надо. Да и ты, мил-человек, иди себе, фотографируй, штоле.
[показать]
01
[показать]
02
[показать]
03
XIX
Обь – большая река, однако. Один путешествующий писал как-то, что ширина её в этих местах достигает 80 вёрст. Ну, это он загнул, конечно. На мой непросвещённый, река чутка поуже. Впрочем, может статься, извозчик вёз его длинной дорогой. У них, у таксистов, такое бывает.
[показать]
04
[показать]
05
[показать]
06
[показать]
07
XX
«Река Обь протекает чрезвычайное пространство, и устье её до сих пор неизвестно, - писал Самуэль Коллинс, служивший лекарем при дворе царя Алексея Михайловича. - Там множество рыбы белуги, которая принадлежит к роду китов, но гораздо вкуснее. Из неё, так же как из осетров, делают в Астрахани икру, которую кладут на кучу соли и после некоторого брожения сдавливают и закупоривают. Здесь есть много икры и несдавленной, она чрезвычайно вкусна, но скоро портится».
Я бы съел китовой икры, пожалуй. Или кетовой. Жаль, не дают.
______________________________________
История России и Дома Романовых в мемуарах современников. XVII–XX вв. М., 1997. С. 210–211.
[показать]
08
[показать]
09
[показать]
10
[показать]
11
XXI
Нынешняя Троицкая церковь - уже третья по счёту. Первую построили в 1602 году, заменили на новую в 1656, уже в Троицком мужском монастыре. А в 1758 появилась сегодняшняя, каменная пятиглавая да с колокольней.
В 1918 году начались напасти. Монастырские владения национализировали, но новой власти это не пришло в пользу. В 1924 году закрыли монастырь, в 1930 году прекратили службы в церкви. За эти годы от монастыря мало что осталось: только кособокий кусок церкви. Нет притвора с колокольней, теплого храма и боковых приделов, - одни слёзы.
Много лет в остатках строения размещался РУС – районный узел связи. Кстати говоря, эти ребята, связисты, умудрились приватизировать здание церкви, когда началось акционирование предприятий. И пока власть им не построила новое здание, церковь не отдали.
Сегодня её реставрируют, но в час по чайной ложке. Похоже, новым культур-мультурным начальникам это не сильно надо.
[показать]
12
[показать]
13
XXII
После постройки церкви по соседству стали селиться крестьяне. Землю пахали, руду болотную ковали, рыбу ловили и коров доили.
Это в европах крестьяне жили рядом с замками разных феодалов, чтобы, значит, под защитой быть. В Сибири, как известно, замков не было, одни крепости и остроги.
Хотя вру. Про один такой замок встретил я упоминания у образованных путешественников – замок Грустина. Николас Витсен даже точно определил его координаты: правый берег Оби под 61,5 градусом.
Уже известный нам С. Герберштейн, блистая европейской эрудицией, даёт любопытную информацию про народы «грустинцы» и «серпоновцы». «Эти последние получили имя от крепости Серпонов в Лукоморье, лежащем на горах за рекой Обью. Рассказывают, что с людьми из Лукоморья происходят удивительные, невероятные и весьма похожие на басню вещи, именно: говорят, будто каждый год, и точно 27 ноября, в день, посвященный у русских святому Георгию, они умирают, а на следующую весну, чаще всего к 24 апреля, оживают наподобие лягушек снова. Народы, грустинцы и серпоновцы, ведут с ними необыкновенную и невиданную нигде более торговлю. Когда наступает время, установленное для их умирания или засыпания, они складывают товары на определенном месте; грустинцы и серпоновцы уносят их, оставив меж тем свои товары по справедливому обмену. Если те, снова возвратясь к жизни, увидят, что их товары унесены по слишком несправедливой цене, то требуют их назад. От этого между ними возникают частые раздоры и войны».
Я вот лично думаю, что грустинцы - это жители Сургута, – уж очень город на меня грустное впечатление производит. Особенно после Ханты-Мансийска)
[показать]
14
[показать]
15
[показать]
16
[показать]
17
[показать]
18
XXIII
С утра есть хочу – как из ружья.
Зашёл в буфет-не буфет, кафе-не кафе, позавтракать. Мужчина за первым столиком, поедавший лапшу, оказался барменом или как-это-теперь-называется-в-таких-заведениях. Не выслушав заказа, спервоначалу сделал погромче музыку – люди пришли, отдыхать будут. Сервис, чо. Всё включено.
[показать]
19
[показать]
20
[показать]
21
[показать]
22
[показать]
23
XXIV
«Алё-алё. Пронто-пронто.
Скучает сердце моё о ком-то.
И хочет любви. От неё нету понту.
Алё-алё. Пронто-пронто», - поёт Вера Брежнева, генеральная секретарша нашей эстрады.
Мужской голос добавляет интиму:
«Ты сказала бы мне скузи,
Я в джакузи,
Или ничего не слышно,
Или я на пузе».
Под утренний растворимый кофе самое оно)
[показать]
24
[показать]
25
[показать]
26
[показать]
27
[показать]
28
XXV
К стаканчику кофе «3 в одном» неожиданно полагались домашние печёные пироги с курой и картошкой. Ну, такие, знаете, из слоёного теста. Без этих дурацких мыслей о диете, со сливочным маслом внутри. Жирно, вредно и вкусно.
Однажды мне попался французский рецепт такого пирога. Мама дорогая, чего там только не было! И коренья разные, и травы не наши, не луговые. И жарили его, и пекли, и томили, и разной чудесой смазыват изволили. Тьфу да разотри)
Ну здесь-то попроще. Наше. Родное.
[показать]
29
[показать]
30
[показать]
31
[показать]
32
XXVI
Конопатая курица неслась по траве, кричала ошпарено о лешем, и показывала руками – каков он. Майские робкие цветы выпутывались из прошлогодней жухлой травы. Река дохнула студёно, как за сердце схватила мохнатой лапой.
Ни одной живой душе было не понять тоски такой, беды заобыклой.
[показать]
33
[показать]
34
[показать]
35
[показать]
36
XXVII
Навстречу, пошатываясь, шёл давешний дембель. Гуляет. Имеет право. У него вся жизнь впереди.
[показать]
37
[показать]
38
[показать]
39
[показать]
40
Октябрьское. Часть первая
Октябрьское. Часть вторая