Сначала "задержался на работе", затем "отправляют в командировку", потом ещё в одну, пока не столкнулись нос к носу в торговом центре в то время, когда он должен быть совсем в другом городе. 

Он был с длинноногой красоткой , она с подругой. Это-то обстоятельство всё и осложнило. Она бы ни с кем не стала это обсуждать, потому что стыдно, когда с тобой вот так. Переживала бы молча, плакала в свою подушку. Но подруге-то чего молчать? На второй день после той встречи уже все всё знали: и друзья и родные.  

Теперь за ней пристально наблюдали со всех сторон: вот сейчас начнёт жаловаться, переживать, приходить на работу с покрасневшими от слёз глазами и распухшим носом, подурнеет, расскажет, что ходит к лучшему психологу. 

Но всё было совсем по-другому. Она просыпалась рано-рано и ехала в бассейн. Кролем час отплавает, чашечка кофе с тёплым бубликом в крошечном уютном кафе и на работу: сама собой довольна, заряд позитива на весь день и для здоровья хорошо. Пришло время полюбить себя, говорила она любопытствующим коллегам, время вспомнить всё, о чём мечтала, чего хотела, от чего пришлось отказаться и подрезать крылья в угоду мужу. Жизнь только начинается. Сейчас я похожа на вылупляющегося из яйца цыплёнка, думала она, просто не слышен звук треснувшей скорлупы.

Может встретимся вечером, в кафе посидим, обсудим ситуацию, приглашали подруги. 

Вечером я занята, отвечала она и спешила к одной старушке, что согласилась корректировать её игру на фортепиано. Занятия музыкой были заброшены три года назад: он просил тишины и покоя и инструмент стоял в комнате, исполняя роль столика. А на днях, в электричке метро, заглянула в газету мужчины-соседа, наткнулась на объявление: уроки игры на фортепиано. Записала телефон, позвонила, оказалось, учительница музыки на пенсии, чтобы скрасить одиночество, даёт уроки игры на фортепиано за небольшие деньги. Старушка представилась Александрой Ивановной, оказалась аккуратной, любознательной и весёлой. Они быстро сдружились, аккомпанируя себе на старинном инструменте, пели дуэтом романсы, пекли пирог, варили какао с долькой шоколада и долго болтали в маленькой уютной кухонке обо всём на свете. Выяснилось, что старушка никогда не была за границей, но мечтает побывать во Франции и заглянуть в знаменитое кафе des Deux Moulins, чтобы отведать не менее знаменитый дессерт - крем-брюле с хрустящей корочкой.  

Иногда, по пути домой, она заходила в "Книги", чтобы пополнить свою библиотеку очередным томиком обожаемой Фэнни Флэгг или Оуэнс. Для А.И. она покупала Дж.Колган или Д.Харрис. Старушка как-то поделилась с ней, что "Шоколадная лавка в Париже" - её любимая книга, прочтённая уже несколько раз с неугасаемым удовольствием. 

Звонили родители, спрашивали, как настроение. Всё хорошо, говорила она, вот, готовлю на ужин цветную капусту в сухарях, это очень вкусно. Завтра идём в театр с моей учительницей музыки. Она чудесная, эта старушка, очень добрая, позитивная. Обещает попросить дать мне мастер-класс по фортепиано своего бывшего ученика, когда он вернётся из Германии, где сейчас гастролирует. 

Приезжала сестра, старалась незаметно выявить у неё симптомы депрессии, не находила: в квартире чистота и порядок, ни пылинки, новые обои в спальне, в зале появился красивый торшер в тон темно-зелёным шторам и удобное кресло, на плите кастрюлька с грибным супом, на столе вазочка с ещё тёплым печеньем. Тебе не скучно, спросила сестра, может лучше попугая завести или хомячка, чем ходить к какой-то старухе на пианине тренькать. Хорошо, что не на балалайке. Вот скажи, зачем тебе это надо? 

Люблю, ответила она, когда звуки складываются в красивую музыку. И она не старуха, а прекрасная, неунывающая, женщина. А занимаюсь я на фортепиано, а не на "пианине". Хочешь, тебе сыграю? 

... Лето прошло, наступила осень. За это время она развелась, похорошела, сделала другую стрижку, полюбила свою новую жизнь...

 В тот пятничный вечер она, как всегда, приехала на занятие. Старушка светилась от счастья: он приехал и я вас сейчас познакомлю. С чашкой чая в руках в прихожую вышел мужчина: симпатичный, с красивой, гордой осанкой. В доме пахло выпечкой, сладкой ванилью, уже был готов яблочный пирог. 

Гость много и интересно рассказывал о гастролях, с юмором вспоминал время студенчества. Всем троим было уютно, тепло, вкусно, интересно и легко. 

А потом он играл Шопена... 

Через год он предложил ей руку и сердце, стать хозяйкой загородного дома с бассейном. В одной из комнат дома стояло только фортепиано, зато там было огромное французское окно с видом на озеро. Вечером здесь разжигали камин, он играл для неё Шуберта, а уходящее солнце окрашивало небо то в розовый, то в пурпурный, то в апельсиновый цвет. Озеро в это время переливалось золотистым и зелёным, а когда всходила луна, серебрилось и сверкало, словно чешуя огромной рыбы. 

На гастроли во Францию он улетал уже с женой, а место у иллюминатора любезно согласилась занять А.И. 

Старушка не переставала счастливо улыбаться и восторженно прижимать к груди ладошки. Они побывали в нескольких городах этой страны и, конечно, в Париже: в кафе des Deux Moulins они ели крем-брюле, прикоснулись к знаменитой Триумфальной арке, восхитились королевским дворцом - Лувром... 

А.И. прожила ещё два года. 

На фортепиано, в доме у озера, стоит её фотография в рамке. Клавиш инструмента касаются крошечные пальчики маленькой девочки, что сидит на коленях у отца. Сашенька, говорит мужчина, вот эта клавиша называется "соль", а эта "ми"... 

За окном зима. Озеро замёрзло и укрыто искрящимися на солнце сугробами. С неба тихо падают пушистые хлопья... 

Автор: Gansefedern