РЕДОНДИЛЬЯ
против несправедливости мужчин в их суждениях
о женщинах ...

 

 

О, как вы к женщинам жестоки за их приверженность к грехам!.. Но неужель не ясно вам, откуда женские пороки?

 

 

Из женщин - символ суеты не ваше ль делает искусство?

Но, разбудив в них злые чувства, вы требуете доброты.

 

 

В ход средство пустите любое, и ваше рвенье победит, - но тут вы сделаете вид, что крепость вам сдалась без боя.

 

 

Вы собственных страстей своих пугаетесь, как свиста плети...

Вы сказки любите, как дети, как дети, вы боитесь их.

 

 

Нужна вам в женщине любимой (таков уж ваш мужской девиз)

смесь восхитительной Таис с Лукрецией непогрешимой.

 

 

Ваш нрав для вас - источник мук: как вам бывает неприятен на зеркале вид грязных пятен от ваших же нечистых рук!

 

 

И страсти и пренебреженья равно вы признаете власть:

презренье вам внушает страсть, а страсть внушает вам презренье.

 

 

Честь женщины вам не важна; вы мерите мужскою меркой: строга - зовете лицемеркой и ветреной - когда нежна.

 

 

И судите напропалую нас всех за всякую вину:

за бессердечие - одну, за легкомыслие - другую.

 

 

Но где же та, что вас пленит, затеяв с вами бой по праву, коль вам суровость не по нраву, а легкомыслие претит?

 

 

Меж вашей пылкостью и скукой лишь та уверенно пройдет, в ком нет любви, но есть расчет в союзе с Евиной наукой.

 

 

А тем, кто любит вас, увы, любовь всегда ломает крылья...

Над их душой свершив насилье, от них прощенья ждете вы.

 

 

Но кто достойней осужденья в бесплодно-горестной борьбе:

та, что доверилась мольбе, иль тот, кто расточал моленья?

 

 

И кто познает горший стыд (пусть даже оба виноваты): та, что грешит и ждет расплаты, иль тот, кто платит и грешит?

 

 

Вы не ищите оправданья своей вины в устах молвы: такими сделали нас вы - любите ж ваших рук созданье.