…Воспоем Тамар-царицу, почитаемую свято!
Дивно сложенные гимны посвящал я ей когда-то.
Мне пером была тростинка, тушью — озеро агата.
Кто внимал моим твореньям, был сражен клинком булата.
…….
Описать ресницы, очи на лице агатобровом,
Перлы уст ее румяных под рубиновым покровом, —
Даже камень разбивают мягким молотом свинцовым.
Мне она дороже жизни, беспощадная тигрица.
Пусть, не названная мною, здесь она отобразится!
........
Суть любви всегда прекрасна, непостижна и верна,
Ни с каким любодеяньем не равняется она:
Блуд — одно, любовь — другое, разделяет их стена.
Человеку не пристало путать эти имена.
Шота Руставели
Это — строки из поэмы Руставели «Витязь в тигровой шкуре». Они как нельзя лучше отражают отношение Грузии и грузин к самой прославленной женщине в их истории. Национальное сознание присвоило любимой царице устойчивый эпитет — «солнцеликая». Солнце — это значит так много, почти все, но все же оно — всего лишь символ. Так и историческому образу Тамары недостает конкретности, живых подробностей, какими переполнены жизнеописания и много более древних деятелей (например, ее собственного прадеда Давида Строителя). Только полунамеки хронистов и поэтов позволяют нам порой догадываться, как драматически с юных лет до самой смерти складывалась ее судьба.
Михаил Лермонтов
ТАМАРА
В глубокой теснине Дарьяла,
Где роется Терек во мгле,
Старинная башня стояла,
Чернея на черной скале.
В той башне высокой и тесной
Царица Тамара жила:
Прекрасна, как ангел небесный,
Как демон, коварна и зла…