Есть люди, рядом с которыми наука будто подходит к границе неизвестного и на мгновение останавливается. Наталья Бехтерева была именно таким человеком.
Академик, нейрофизиолог, исследователь человеческого мозга, она посвятила десятилетия тому, чтобы понять, откуда рождаются наши мысли, решения, ощущения и внезапные озарения.
Но со временем в ее жизни появились вопросы, на которые научных формулировок оказалось недостаточно.
Бехтерева рассказывала о вещих снах, предчувствиях и переживаниях, связанных с умершими.
Для одних это стало доказательством существования чего-то за пределами привычной реальности, для других осталось загадкой, которую пока невозможно объяснить. Сама она не торопилась выбирать между верой и наукой. И, пожалуй, именно это в ее историях особенно интересно.
Первый вещий сон
В 1937 году Наталье было тринадцать лет. Однажды ночью ей приснился отец. Она увидела его в конце коридора, но выглядел он совсем иначе: вместо привычной одежды на нем были какие-то лохмотья. Затем все вокруг пришло в движение: комната словно закружилась, предметы начали падать, а пространство залил ослепительный свет.
Вскоре сон оказался страшно связан с реальностью. Отца арестовали во время сталинских репрессий, и больше она его не увидела.
Можно представить, какое впечатление такой сон производит на ребенка. Некоторые события мы забываем через несколько дней, а некоторые остаются внутри на всю жизнь, словно незаживающий вопрос.
Для Бехтеревой это стало первым опытом, заставившим задуматься: действительно ли человеческий мозг способен замечать то, что сознание пока не умеет объяснить?
Сон о смерти ее матери
Спустя много лет произошло нечто похожее.
В 1975 году мать Бехтеревой находилась на лечении. Из писем казалось, что состояние улучшается: она гуляла, радовалась природе, писала о хорошем самочувствии. Ничего не предвещало беды.
Но однажды Наталье приснились похороны матери. Сон был настолько подробным, что после пробуждения она решила ехать к ней. Однако муж отговорил ее: письма были хорошими, причин для тревоги вроде бы не существовало.
Через десять дней пришла телеграмма о смерти матери.
Такие совпадения особенно трудно забыть. Потому что когда человек сталкивается с ними лично, вопрос уже звучит не как философская беседа за чашкой чая: «А существуют ли вещие сны?» Он становится гораздо болезненнее: «Что именно я увидела тогда?»
Пророческая сила снов
При этом Бехтерева не сводила вещие сны исключительно к мистике. Она предполагала, что мозг способен собирать огромное количество незаметных для сознания сигналов, а затем выдавать их в виде образа или внезапного ощущения.
И здесь ее мысль удивительно близка к тому, что известно о человеческой интуиции. Мы можем не замечать тревожного выражения лица, изменения голоса, едва уловимой детали в поведении человека, но мозг все равно регистрирует эту информацию. А потом появляется странное чувство: «Что-то должно произойти».
Бехтерева говорила:
«Обычно вещий сон подготовлен многими факторами, тем, что человек не выводит в сознание, но что в нем живет. Для меня вещий сон сродни научному открытию. Человека вдруг озаряет! Да, вдруг, но есть первопричина. Процесс идет, внутри что-то варится, а потом вырывается наружу. Например, Менделееву его Периодическая таблица приснилась. Вещий сон? Вероятно. Но ведь таблицу увидел человек, который занимался химией, шел к открытию, думал о нем».
Возможно, именно поэтому самые удивительные озарения порой приходят тогда, когда мы перестаем их ждать.
Сон об умершем муже и о встрече с ним наяву
После смерти мужа, Ивана Ильича, в 1990 году Бехтереева тяжело переживала утрату. Она разговаривала с его портретом, словно он по-прежнему находился рядом.
Однажды ей приснился муж с пачкой машинописных листов. На ее вопрос он ответил, что это книга, которую он не успел опубликовать. Проснувшись, Наталья стала искать рукопись и действительно обнаружила ее среди вещей мужа, хотя раньше не знала о ее существовании.
Но самое загадочное произошло дальше.
Во сне она спросила его, где он теперь. Ответ был коротким:
«Придет время, сама все узнаешь».
Позже Бехтереева рассказывала о случае, который сама воспринимала как встречу с умершим мужем. Однажды рядом с ней находилась секретарша, когда обе женщины почувствовали чье-то присутствие. Посмотрев в окно, они увидели Ивана Ильича.
Это был тот момент, после которого привычная картина мира уже не могла остаться прежней.
Будущее, которое уже предначертано
Бехтереева не утверждала, что разгадала тайну времени. Скорее, она оставляла дверь открытой.
А вдруг будущее существует не только как набор вероятностей? А вдруг наше сознание иногда способно прикоснуться к тому, что еще не произошло?
Эта мысль кажется почти невозможной, но именно невозможные вопросы часто двигают науку вперед.
Еще философ Сенека говорил: «Не потому мы не осмеливаемся, что трудно, а потому трудно, что не осмеливаемся».
При этом Бехтереева не отказывалась от научного подхода. Напротив, она считала, что когда-нибудь многие загадочные явления могут получить объяснение.
Наука и тайна
Наверное, главное наследие таких историй не в том, чтобы заставить человека поверить в мистику. И даже не в том, чтобы убедить скептика изменить свое мнение.
Они напоминают о другом: человеческий мозг до сих пор остается одной из величайших загадок природы.
Мы умеем исследовать клетки, видеть активность мозга, измерять электрические импульсы, но по-прежнему не можем до конца объяснить, откуда возникает сознание, почему один сон забывается через минуту, а другой остается в памяти на десятилетия.
И, возможно, человеку не всегда нужно немедленно находить ответ.
Иногда достаточно признать: мы знаем гораздо меньше, чем привыкли думать.
А Наталья Бехтерева, человек науки, проживший жизнь среди фактов и доказательств, словно оставила нам именно это ощущение тихого удивления перед неизвестным.
«Будущее дано нам заранее, оно уже существует. Просто мы еще не умеем его видеть».