 Иван Хивренко – тот самый художник, чьи четыре картины "апокалипсиса по-киевски" взрывают социальные сети. Фотографии из центра украинской столицы мало чем сегодня отличаются от этих картин – Киев скатывается в постапокалиптическую реальность бытия.
Журналист встретился с Иваном еще до кровавых событий Майдана, навсегда изменивших Украину и украинцев, и поинтересовался: - "Иван, как возникла идея?"
Иван Хивренко - "Мне позвонил человек, который видел мои прежние работы в Интернете, и предложил немножко пофантазировать. Вообще, изначально, речь шла об одной картине: выбрать какой-то мотив Киева и его видоизменить, мягко говоря. Фантасмагорически. Включить воображение. Я представил четыре эскиза... и было принято решение сделать серию.
Фотографии из центра Киева очень похожи на картины.
Всеобщего разрушения пока не произошло, но локальный апокалипсис – он есть уже сейчас."
"Майдан" Авторская техника
Иван Хивренко - "На картине "Майдан" символ нашей свободы наклонен. Идет подрыв каких-то фундаментальных вещей, фундамента государства."
"Владимир" Авторская техника
Журналист - "Очень символичен сюжет картины, рисующий Владимирскую горку. Памятник Владимиру как бы вырван из земли, готов обрушиться…"
Иван - "Символика, конечно, есть. В любую работу надо закладывать какой-то смысл, свое отношение к жизни. Оплоты православия не имеют уже прочного фундамента, к сожалению. И вообще, причины этого конфликта, если говорить о событиях, которые происходят в Киеве и во всей стране, то, на мой взгляд – я не хочу никому навязывать свою точку зрения – идет конфликт православия и католицизма. Это основная причина того, почему мы не будем жить так, как живут люди в Европе.
Разрушающийся Владимир – это разрушающиеся основы православия, можно и так это интерпретировать."
"Богдан" Авторская техника
"Днепр" Авторская техника
Журналист - "Почему именно эти мотивы выбраны для картин: Владимирская горка, пешеходный мост через Днепр, памятник Богдану Хмельницкому, Майдан? Почему не Печерская Лавра и не скульптура Родины-матери?"
Иван - "Всё это – мотивы моего детства, и вышло подсознательно. Я вообще родился в центре Киева, раньше моя улица Постышева называлась, сейчас – Малая Житомирская. Жил в старом доме царской постройки, рядом – дом, где жил художник Мурашко. На Владимирской горке я гулял в детстве, катался на санках, через пешеходный мост я ходил на Труханов остров – покупал бублики по 5 копеек и пепси-колу, разлитую в бутылки, и шел купаться на Матвеевский залив с дядей. Все четыре сюжета – ареал, в котором я обитал, и это отложилось у меня в памяти, в сознании как что-то теплое и близкое.
Разрушать все это, конечно же, не хотелось. Но, с другой стороны, разрушать было легко. Потому что этого уже нет. Мост остался, Днепр течет, но того Киева, в котором я родился и жил, нет. И того детства нет, и той страны, в которой я рос."
Иван - "И еще, касательно этих картин. Художник либо в союзе с Создателем, либо – в соперничестве. Либо он украшает мир, либо сигнализирует о чем-то, даже путем разрушения мира. Я надеюсь, что я в союзе с Создателем, который дал мне талант рисовать, и пытаюсь дать какой-то сигнал, предупреждение людям о том, что разрушение – это разрушение не только города, но и сознания людей, отношения друг к другу, к своей стране, к миру. Попрание этических, моральных, общечеловеческих, нравственных норм рано или поздно приведет к разрушению. Картины разрушенного Киева – апокалипсис неизбежен, если будет продолжаться разрушение нашего сознания.
Журналист - "Поэтому вы разрушили это до конца…"
Иван - "Просто разрушить – не интересно, надо еще и какой-то смысл вложить. Включил воображение и представил себе, как бы это все могло выглядеть при апокалиптическом раскладе."
https://starovina.livejournal.com/135586.html?ysclid=lctilxvdb361999350
https://leonard17.livejournal.com/2282137.html?view=comments
|
|
Иван Хивренко – тот самый художник, чьи четыре картины "апокалипсиса по-киевски" взрывают социальные сети. Фотографии из центра украинской столицы мало чем сегодня отличаются от этих картин – Киев скатывается в постапокалиптическую реальность бытия.
