Там где, соленый кашель,
сковавший в холод твою
гортань ,
И кружка чая с мятой и
имбирем .
Не приходи ко мне со своим
уставом , монастырем,
Со своим старьем,
Там, где птицы спешат на юг,
Где нет денег и рифм, нет
колкостей и подруг.
Там, где он тишиной на ее
слова замыкает круг –
Это совсем не брань .
Осень – это просто такая грань.
Там, где воздух с его
парфюмом, ромом, пледом,
ямочками у рта,
Шармом небритых щек –
почти уже бородой .
Не гонись со своим четвергом
за моей средой ,
За уставшей, скомканной и
седой.
Там, где ты въезжаешь в
город, как падишах,
Там, где Брайан Адамс сипит в
ушах,
Где нет ни гроша – хоть
счастье и не в грошах .
Перепутаны карты, подделаны
паспорта.
Осень – это просто вокзальная
пустота .
Там пахнет корицей кофе, и
взмахи крыльев похожи с
утра на свист ,
И слова, в которых смысл и
кислород.
Не звони мне больше разбегом
своих быстрот ,
Размахом своих высот,
Маршрутом моих острот,
Где твой голос еще надменен и
шелковист .
Если мы бесчувственны,
нерадивы,
Если по осени срывы,
Осенью рецидивы,
Значит осень – рецидивист.
Там, где нет места ночному
холоду, снегу и февралю,
Где не свербит в каком-то
конкретном месте,
И нет смысла в лести.
Осень – это если на всех
фотографиях , вы не вместе,
Если воздух – почти к нулю.
Не люблю тебя вот уже целое
лето , детка.
Правда ведь,
Не люблю.
(с) Наталья Озерицкая