Замечая за некоторыми
знакомыми признаки
хронической хандры, подумал,
а нет ли ее у меня? И, конечно,
подумал о причинах такой
хандры. Ведь одни ей
подвержены, а другие нет. В
какой-то момент
размышлений на эту тему до
меня дошло, что речь идет о
нескольких различных
причинах, но все они связаны
с "исчерпыванием желаний",
почти сразу возникла
классификация, а посмотрев на
нее, я понял, что это не что
иное, как хорошо известный в
психологической литературе
кризис среднего возраста.
Данная статья не претендует
на выявление новых эффектов
или новую трактовку,
связанную с кризисом
среднего возраста, в общем,
при желании все это и даже
много больше, наверное,
можно нарыть в специальных
книжках. Однако мало кто из
тех, кого это касается, полезет
в эти книжки, статьи же из
псевдо-психологических
рубрик онлайновых журналов
больше запутывают, хотя изредка бывают исключения



.
Кроме того, я преследовал
несколько иную цель, чем
просто описание кризиса,
через который проходят все
или почти все люди
соответствующего возраста,
как это принято в
классической психологии.
Скорее я постарался показать
причины, которые могут
приводить к такому кризису
"раньше времени", когда его
конструктивное зерно еще не
созрело, и кризис не
способствует развитию, а
тормозит его. Показать
классификацию, в которой
легко ориентироваться, и
механизмы, которые, хотя и
являются идеализированными
моделями, зато просты и
наглядны. Все это вместе, как
мне кажется, может быть не
бесполезно, по крайней мере,
для тех, кто думает похожим
образом.
Я смог выделить 4 типа
кризисов среднего возраста.
Имеются ввиду именно
"преждевременные" кризисы
под тем углом зрения,
который я описал выше. Их
возрастная планка – 27-35 лет,
в отличие от классического
определения кризиса среднего
возраста в 40-50 (35-50) лет.
Ниже я еще вернусь к
классическому определению
кризиса среднего возраста, а
пока приведу то, которым
будем пользоваться сейчас.
"Преждевременный" кризис
среднего возраста – это
состояние
неудовлетворенности и
вакуума желаний, переход к
жизни на "поверхности" в силу
выбранной жизненной
стратегии "постановки
целей" (ревнителей строгих
определений приглашаю в
комментарии). Итак, 4 типа
кризисов.
Первый связан с тем, что
желания реализовались, а
удовлетворения не появилось,
и новых желаний нет. Все, как
у всех. Жена, квартира,
машина. Человек заранее
согласен на "чтобы все, как у
людей". Давайте назовем его
"Сам себе джин".
Второй связан с
нереализованностью желаний,
а чаще с нереализованными
амбициями, с тем, что мечты
были, а вот делать что-то для
их достижения категорически
не хотелось. Поэтому они так и
остались мечтами, а жизнь
пошла дальше, и конфликт
между "вожделенным" и
реализованным привел к
расколу и бесконечному
"самоиндульгированию". Вот
если бы мне дали…
Следовательно все плохие, а я
хороший, или все везучие, а я
нет и т.д. Назовем второй тип
"Крахом амбиций"
Третий тип возникает у людей
волевых, но несколько
ограниченных в желаниях,
такой тип любят описывать в
романах о бизнесменах.
Человек поставил цели,
большие, иногда грандиозные,
по крайней мере, для него.
Добился всего. И это все? Я для
этого отказывал себе во всем?
Я для этого 15 лет практически
не жил? Назовем этот тип
"Сердцем робота".
Четвертый тип прямо
противоположен первому, но
результат очень близок. Это
человек, который с юности
был против существующего
порядка, который хотел быть
не таким как все. Этот человек
всегда в оппозиции, будь то
оппозиция к власти или к
господствующей религии, это
вечный бунтарь.
Сопротивление – вот его
стихия. Однако зачастую такие
бунтари застывают в
ментальном возрасте 15-20
лет и в 30-35 лет по-прежнему
ограничиваются
планированием того, что они
будут делать потом. Т.е. это во
многом не реальные, а
виртуальные бунтари, им
больше нравится представлять
себя бунтарями, чем делать
что-то действительно
конструктивное. В какой-то
момент их догоняет то, что они
и 15 лет назад планировали,
что через 5 лет, а уж через 10
лет… Словом, они видят, что
все их планы так и остаются
планами и это приводит
сначала к серии депрессий с
неосознанными причинами, а
потом и к кризису. Такой тип
можно назвать "Виртуальный
бунтарь".
Давайте вернемся к названиям
кризисов и их механизмам.
"Сам себе джин". У джина есть
особенность – он может
выполнять желания, но не
может их придумывать.
Человек согласился быть «как
все», значит и желания у него
«как у всех», и пути их
достижения «как у всех». А "у
всех" – это усредненное
значение, из которого
выкинуто все самое
интересное, а каждый из нас
индивидуален. Человек теряет
себя, он становится частью
социальной машины, у него
все хорошо и он
поддерживает этот миф, так
как больше ничего не осталось
(я намеренно несколько
утрирую). Соответственно
зерно кризиса в противоречии
между собственной
индивидуальностью и
самоидентификацией. А росток
кризиса в отсутствии
значимых желаний, в их
формальности. В том, что "все
хорошо", а радости от этого
никакой, отсюда хандра и
некая беспросветность, «ну
сделаю еще это, а что мне с
того».
"Крах амбиций". Человек
может долго жить в
придуманном им мире, но
подавленное все равно
выйдет наружу, отрицаемое
проявится через механизм
проекции, и мы будем думать,
что это что-то не связанное с
нами, хотя это и будет
собственно наше подавленное
в чистом виде. Рано или
поздно произойдет
переоценка, но она может
произойти неосознанно и
тогда человек будет все время
считать себя незаслуженно
обойденным судьбой.
Разрушение амбиций будет
очень болезненным, в какой
бы сфере деятельности они не
лежали.
С "Сердцем робота", по-моему,
все и так понятно, а про
"Виртуального бунтаря" я
подробно написал выше.
И всем им присуще нечто
общее. Между
представлениями и
реальностью оказалась
пропасть, то, «как это будет»,
оказалось иллюзией, и когда
«оно стало», то вместо
дальнейшего движения
застопорило развитие.
Желания оказались
придуманными, а их
реализация оказалась чем-то
совсем не тем, чего хотелось.
Человек оказался в мире без
глубины, без красок, без
звуков. Его мир – это мир схем
и планов, обязанностей и
реализовавшихся желаний,
которые повернулись совсем
другой стороной. Этот человек
оказался выброшен в мир
поверхности, иссушенный и
бесплодный, как о нем говорит
Кен Уилбер.
Надо еще сказать о том, что
"преждевременный кризис
среднего возраста" – это не
просто кризис среднего
возраста, который наступил
раньше времени. Скорее речь
идет о жизненных стратегиях,
которые "гарантированно"
приводят к хандре, скуке и
унынию, как постоянному
фону "по жизни". Т.е. это
стратегии, которые являются
"боковыми ветвями" кризиса
среднего возраста и в то же
время являются им самим. В
конкретных случаях – эти
кризисы могут быть
самостоятельным явлением, а
могут быть составной частью
классического кризиса
среднего возраста, более того,
он может наступить и
безотносительно к этим
стратегиям.
Теперь надо вернутся к
классическому определению:
Понятие «кризис среднего
возраста» (или «кризис
середины жизни») появилось
в середине ХХ века. Дэниел
Левинсон определял его как
«состояние физиологического
и психологического дистресса,
переживаемое, когда объем
проблем, возникающих на
стадии перехода в среднюю
взрослость, угрожает
превысить возможности их
разрешения силами
социальной поддержки и
внутренних ресурсов
личности». Левинсоном были
предложены временные
рамки этого этапа – 40–45 лет,
однако другие психологи
предлагали более
расширенные границы – 35–50
лет. Согласно теории
возрастных кризисов, которой
занимались, в частности, Карл
Густав Юнг и Лев Выготский, в
первой половине жизни
человек вынужденно решает
задачи своей адаптации и
социализации. Но рано или
поздно приходит момент,
когда эти задачи уже решены,
сил и энергии еще много, а
умение самостоятельно
ставить перед собой вопросы
«ради чего я живу? все ли
делаю из того, что могу
сделать?» и находить на них
ответы – не выработано. Это
время отмечается
максимальным числом
разводов, резкой переменой
сферы деятельности,
всплеском невротизации,
обращений к врачу, растет
количество самоубийств.
Или вот определение с сайта
института трансперсональной
психологии:
Кризис середины жизни – от
33 до 42 лет, это возраст
новой идентичности. В этот
период человек осознает
расхождение желаемого и
действительности.
Перестраивается организм,
меняется темп жизни.
Позитивно то, что в сознании
человека происходит
формирование
общечеловеческих ценностей,
он чувствует себя мудрым и
культурным.
Я нашел и определения,
которые гласят, например, что
кризис среднего возраст
свойственен в основном
мужчинам, занимающим
ответственные посты, но это
уже просто фактическая
ошибка, хотя в
псевдопсихологических
заметках, именно это точка
зрения встречается чаще всего.
Если же переформулировать
то, как я понимаю
классическое определение
кризиса среднего возраста,
получится примерно
следующее.
Это кризис, через который
проходят практически все
люди, дожившие до возраста
40-50 лет. Он связан с
исчерпыванием одних
желаний и "не появлением"
других, с окончанием
социальной адаптации и
отсутствием новых
ориентиров, с перестройкой
человека на новые цели и
задачи, на новую
самоидентификацию. Со
сменой ролей, которые мы
играем.
Таким образом видно, что
предложенные четыре
механизма возникновения
кризиса очень хорошо
отвечают классическому
определению и никак ему не
противоречат (кстати, в
Интернете не нашел
расшифровки разных
механизмов, только общие
слова про смену возрастных
ролей).
В результате, мы приходим к
тому, что кризис среднего
возраста может играть в
жизни человека одну из трех
ролей (дальнейшее изложение
представляется мне основным
результатом этой работы).
Во-первых, это может быть
классический кризис среднего
возраста, вызванный одним из
описанных механизмов или,
например, избыточной
ответственностью, или
ощущением, что жизнь
уходит, или тем, что
называется "седина в бороду –
бес в ребро". В этом случае он
приходит между сорока и
пятьюдесятью годами и
служит инструментом
успешной или не очень
перестройки отношений с
миром, приводит к позиции
принятия прошедшего
жизненного этапа или
сопротивления ему. Развилкой
между активной, радостной и
содержательной зрелостью
или замкнутостью и
самобичеванием по поводу
неудавшейся жизни, как
вариант может произойти
отношение: "ну, да и ладно, и
так сойдет". Последний
вариант, кстати, достаточно
часто встречается в отличие от
первого.
Во-вторых, это может быть
ранний кризис (около 30-35
лет), который с одной стороны
приводит к тому, что человек
вполне может впасть в
состояние "хронической
хандры и апатии", держать
лицо и постепенно
выхолащивать из жизни все
по-настоящему ценное и
нетривиальное. И это понятно,
так как еще нет "новых
готовых ролей", которые
можно принять, как в первом,
классическом случае. А с
другой стороны, он может
воспринять это как сигнал к
изменению, может начать
ставить новые цели, пережить
некую трансформацию,
однако этот второй путь
требует неких усилий и некого
специфического внимания
плюс "везения" заметить этот
путь.
В-третьих, человек может
просечь эту фишку заранее, да
и весь образ его жизни, вся его
жизненная стратегия будет
такова, чтобы кризис среднего
возраста был поводом
открыть новые горизонты, а не
замкнуться в собственных
неудачах. Впрочем, это уже
совсем другая история.
И еще, в этой короткой
заметке нет никаких
рекомендаций, как выходить
из таких преждевременных
кризисов. И не будет! Все, что
можно сделать – это
подсветить проблему своим
вниманием, и тогда, человек
может этим воспользоваться и
сделать что-то сам, или не
воспользоваться, что бывает,
увы, гораздо чаще.
(с)