Преступление, совершенное в вольере с коалами в зоопарке, вероятно, поставило бы в тупик даже самых лучших детективов. Почему? Потому что у коал, сумчатых животных размером с куклу, которые лазают по деревьям с детенышами на спине, отпечатки пальцев почти такие же, как у людей. Даже при тщательном анализе под микроскопом сложно отличить причудливые завитки на пальцах коал от наших собственных.

  В криминалистике существует старое, почти непоколебимое правило, гласящее, что человеческий папиллярный узор уникален, и именно на этом допущении строились тысячи судебных обвинений по всему миру. Если на месте преступления находят чёткий отпечаток пальца с характерными петлями, завитками и разветвлениями линий, полиция начинает искать человека, ведь больше искать просто некого.

Однако биология иногда преподносит сюрпризы там, где их меньше всего ждут, заставляя экспертов-дактилоскопистов в недоумении рассматривать снимки электронных микроскопов. Представьте себе картину, когда на шероховатой поверхности обнаруживается след, идеально соответствующий всем антропологическим стандартам, но истинный виновник сидит высоко на дереве, лениво жуёт волокнистый лист и весит от силы килограммов двенадцать.

Эта история началась не в тишине лабораторий, а в густых лесах Австралии, где исследователи из Университета Аделаиды однажды решили внимательнее присмотреться к лапам местных сумчатых. Коалы, эти медлительные обитатели эвкалиптовых крон, долгое время воспринимались лишь как живые символы континента, милые и совершенно безобидные существа, проводящие в полусне большую часть своей жизни.

Профессор Мацей Хеннеберг, занимавшийся вопросами судебной антропологии, вместе с коллегами обнаружил, что кожа на подушечках пальцев коалы покрыта сложнейшим узором из микроскопических гребней и впадин. Когда эти узоры отсканировали и сравнили с человеческими, по экспертному сообществу прокатилась волна удивления, поскольку сходство оказалось не просто отдалённым, а практически абсолютным. Под увеличением линии на пальце коалы демонстрируют те же типы окончаний и разветвлений, которые криминалисты называют минуциями, и которые используются в суде для идентификации личности.

Самое поразительное заключается в том, что ближайшие родственники коал, такие как кенгуру или вомбаты, ничего подобного на своих лапах не имеют, их конечности лишены столь тонкого рельефа. Человек и коала устроены совершенно по-разному, строение наших организмов имеет колоссальные различия, но в итоге мы обладаем одним и тем же анатомическим решением.

Объяснение этой загадки кроется в сугубо утилитарной плоскости, в механике выживания среди высоких ветвей, где любая ошибка может стоить падения с двадцатиметровой высоты. Коале, выбирающей только определённые виды эвкалипта, необходимо не просто цепляться за кору, но и тонко чувствовать текстуру каждого листа, оценивать его пригодность в пищу и очищать веточки. Подушечки пальцев, лишённые шерсти и покрытые папиллярными линиями, работают как идеальный инструмент для усиления трения и улучшения тактильного восприятия, выполняя ту же задачу, что и руки человека.

Нашёлся даже исторический анекдот, гласящий, что австралийская полиция всерьёз опасалась путаницы на местах преступлений, ведь если коала случайно забредёт в загородный дом, её отпечатки свяжут с делом какого-нибудь местного грабителя. Конечно, реальная опасность подобных ошибок минимальна, ведь размеры лапы животного и специфика его передвижения оставляют иные следы, но сам факт заставляет переосмыслить критерии уникальности.

Наука в очередной раз подтверждает, что схожие жизненные задачи требуют одинаковых инструментов, будь то рука хирурга, настраивающего прибор, или лапа сумчатого, крепко сжимающая скользкий ствол дерева.

GEO