ФРАНКО КОРЕЛЛИ - "ПРИНЦ ТЕНОРОВ"!!!
28-12-2012 17:24
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
Это цитата сообщения Tamara_Potashnikov Оригинальное сообщение
ФРАНКО КОРЕЛЛИ - "ПРИНЦ ТЕНОРОВ"!!!
[показать]
Герберт Караян, говоря о Франко Корелли, однажды выразился так: "Этот голос возвышается над всем; голос грома, молнии, огня и крови".
Часть 1 (1921-1954)
Написать биографию этого легендарного тенора задача непростая. Имя Франко Корелли всегда было окружено ореолом из всевозможных мифов, далеко не всегда соответствовавших действительности. Он и сам во многом этому способствовал, ревниво оберегая свою жизнь от праздного любопытства.
Возьмем для начала хотя бы то, с чего начинаются все биографии - дату рождения. По более или менее официальной версии Корелли родился 8 апреля 1921 года в Анконе. Впрочем город никогда ни у кого не вызывал сомнений, но в качестве дня рождения неоднократно называют 23 августа 1923.
Его настоящее имя - Дарио.
Предполагалось, что он пойдет по стопам отца, морского инженера, работавшего в порту Анконы. Сначала так оно и было, но друзья упорно настаивали на том, чтобы он серьезно занялся пением. В конце концов Корелли сдался и в 23 года поступил в Консерваторию Пезаро. В течение трех месяцев он учился у сопрано Риты Павони и вскоре обнаружил, что у него пропали верхние ноты. Обескураженный, он бросил занятия. Тогда ему пришла в голову мысль, что он баритон, а не тенор и в этом причина его неудач. Он собрал записи своих великих предшественников Карузо, Джильи и Лаури-Вольпи и начал учиться сам, периодически прибегая к советам своих бывших одноклассников. Однако здесь он тоже не достиг большого успеха. Через несколько месяцев, не принесших ему ничего кроме разочарования, его друг Карло Скаравелли рассказал ему о новой технике пения, которая состояла главным образом в том, чтобы при пении гортань оставалась в как можно более низком положении. Скаравелли учился у Артуро Мелокки, "разрушителя голосов", самым известным учеником которого был Марио дель Монако. Философию Мелокки можно выразить одной фразой: "Лучше блистать недолго и ярко, чем долго и тускло". В таком виде эту идею и воспринял дель Монако. Сам Корелли никогда не был учеником Мелокки, он учился со слов Скаравелли и лишь два раза встречался с Мелокки. Он изучил все имевшиеся на тот момент записи дель Монако, начав с простой имитации его пения. Вскоре он понял, что новая техника в его случае действительно очень эффективна и имеет свои преимущества. В то же время в ней была своя доля риска, поскольку используемая неосторожно или бездумно, она подвергала голосовые связки чрезмерному напряжению. В конце концов Корелли смог приспособить ее для себя, заставляя, как он сам говорит, свою гортань "плавать". Именно это позволило ему сделать звучание своего голоса менее одноцветным, чем у дель Монако и петь мецца воче и свои легендарные диминуэндо на высоких нотах.
Уже гораздо позже, в конце 50-х, Корелли брал уроки у Джакомо Лаури-Вольпи. Они вместе разучивали "Трубадура", "Пуритан", "Богему", "Тоску" и "Полиевкта" для сезона 1958-59 в Ла Скала. Целью этих занятий было улучшить контроль над дыханием и сделать пение в верхнем регистре более уверенным.В 1951 Корелли впервые выступил перед публикой на вокальном конкурсе на фестивале "Флорентийский музыкальный май" и неожиданно для себя самого получил первое место. После этого он отправился на конкурс в Сполето и снова выиграл. Наградой в конкурсе был оперный дебют. Корелли никак не мог определиться с оперой и в конце концов положился на помощь дирижера Оттавио Зиини. 26 августа 1951 состоялась премьера "Кармен" с Франко Корелли и Лючией Даниэле в главных партиях. За спекталем последовала целая лавина восторженных рецензий, восхвалявших диапазон и мощь голоса Корелли.Им сразу же заинтересовались многие театры, однако никто еще не спешил приглашать тенора, появившегося буквально ниоткуда и о котором прежде никто ничего не слышал. Его успех был слишком неожиданным. Прошло несколько месяцев, прежде чем удалось убедить дирекцию Римской оперы пойти на некоторый риск и пригласить его. В январе 1952 года Корелли пел в Риме в "Джульетте и Ромео" Зандонаи. Критика была в восторге. Через 4 месяца он вернулся в Рим, чтобы спеть в единственном представлении "Адрианы Лекуврер" с Марией Канилья и Тито Гобби. Его очередной успех убедил наконец Римскую оперу, что его стоит пригласить на постояной основе. Во время летнего сезона театра Корелли снова пел в "Кармен" на сцене Терм Каракаллы. В то время "Кармен" была едва ли не единственной оперой в его репертуаре и в 1952 он пел ее в Триесте с Джульеттой Симионато, затем в августе в Сан Ремо и в октябре в Турине, снова с Джульеттой Симионато.
К тому времени в Римской опере Корелли уже имел статус звезды и 14 декабря он пел в "Борисе Годунове" с Борисов Христовым.
После дебюта в Палермо в "Кармен" 20 февраля 1953, Корелли вернулся в Рим для участия в мировой премьере оперы Гуэррини "Энея". Сама опера была принята более чем прохладно и выдержала всего два представления. Правда, сами исполнители (среди них были Антониетта Стелла и Борис Христов) получили прекрасные рецензии.
9 апреля 1953 Корелли впервые поет с Марией Каллас. Это была "Норма" в Римской опере с Федорой Барбьери - Адальжизой и Джулио Нери - Оровезо. Этот спектакль имел грандиозный успех как у публики, так и у критиков.
Вскоре после этого, 26 мая, Корелли принял учатие в итальянской премьере "Войны и Мира" Прокофьева, где он пел партию Пьера Безухова. Его, Розанну Картери, Этторе Бастьянини, Фернандо Корену и многих других вызывали на сцену бессчетное множество раз.
2 июля Корелли дебютировал в "Паяцах" в Термах Каракаллы, вместе с Кларой Петреллой и Альдо Протти. Все оставшееся лето он пел в Кармен" в Больцано, Энне и Неаполе, а в сентябре вернулся в Сполето, чтобы снова выступить в "Паяцах". В Равенне он дебютировал в роли дона Хозе, а затем там же впервые исполнил партию Радамеса вместе с Катериной Манчини, Еленой Николаи, Альдо Протти и Джулио Нери.
В ноябре последовал дебют в Триесте, в Театро Верди. Это была "Норма" и снова с Марией Каллас.Один из четырех спектаклей "Нормы", вернее только 3/4 оперы, появляются периодически на компакт-дисках. Конечно, качество звука оставляет желать лучшего, но это самая ранная существующая запись голоса Корелли. Кроме того, в студийной записи "Нормы", которую Каллас и Корелли сделали в 1960, голос Каллас уже не в лучшей форме.1953 год для Корелли закончился дебютом в Неаполитанском Сан Карло в ставшей для него уже традиционной "Кармен" с Джульеттой Симионато.
Часть 2 (1954-1958)
1954 года начался для Франко двумя постановками "Нормы" - в Модене и Парме. В последней его партнерами были Катерина Манчини, Елена Николаи и Гульельмо Феррара. Затем он пел в Риме в "Ромуле" Аллегры. В марте он вернулся в Римскую оперу, на этот раз это был "Дон Карлос" с участием Манчини, Николаи, Тито Гобби, Бориса Христова и Джулио Нери. Четыре представления имели огромный успех и у зрителей, и у критиков. Его сезон в Римской опере продолжился четырьмя спектаклями "Ифигении в Авлиде" Глюка с Марчеллой Поббе и Христовым. Тогда он поразил всех той невероятной легкостью, с которой он переходил от одного оперного стиля к другому. Отчасти именно это вокальной гибкостью объясняется его участие в итальянской премьере оперы Спонтини "Агнесса фон Гогенштауфен" с Люциллой Удовик и Ансельмо Кольцани.Летом 1954 он пел в "Тоске" и "Кармен", а особенный успех ждал его в августе в роли Хозе в Термах Каракаллы.В сентябре он записал для Итальянского телевидения оперу "Паяцы". Это был его первый фильм-опера. Вместе с ним пел Тито Гобби, для которого это были уже вторые "Паяцы" на большом экране, и Мафальда Микелуцци.
Затем, появившись в "Кармен" в Болонье и Ровиго, Корелли на месяц прекратил выступления, чтобы подготовиться к своему дебюту в Ла Скала. Сезон 1954-55 открывался малоизвестной оперой Спонтини "Весталка". Мария Каллас, которой в те годы принадлежало последнее слово в выборе певцов для своих спектаклей в Ла Скала, не скрывала своей радости, узнав что Франко присоединится к ней на открытии сезона. Вместе с ними пели Эбе Стиньяни и Никола Росси-Лемени, дирижировал Антонино Вотто, а поставил оперу Лукино Висконти. 7 декабря 1954 вошел в историю как один из величайших триумфов Ла Скала. Пять спектаклей вызвали истерический восторг публики. Это было первое совместное выступление двух легендарных певцов в Милане. Затем их сотрудничество продолжится в "Федоре", "Пирате" и "Полиевкте".26 января 1955 Корелли впервые выступает в "Девушке с Запада" Пуччини в венецианском Ла Фениче. Минни пела Элизабетта Барбато а Рэнса - ДжанДжакомо Гуэльфи. 29 апреля Франко дебютировал в Театре Сан Карло в Лиссабоне в "Кармен" с Джульеттой Симионато, Марчеллой Поббе и Ансельмо Кольцани. По возвращении в Италию он выступил в "Норме" в равеннском театре Алигьери с Манчини и Стиньяни, а затем снова в "Норме" в Садах Боболи, на этот раз с участием Аниты Черкуэтти, которая впервые пела эту партию.Летом 1955 Корелли дебютировал на Арена ди Верона в "Кармен" с Симионато, а затем выступил там же в "Аиде" с Антониеттой Стелла, Адрианой Ладзарини и Альдо Протти. В августе он снова пел в "Аиде" в Мессине с Черкуэтти, а в августе в Турине в "Тоске" с Канильей и Гуельфи (позже их голоса зазвучат в одноименном фильме по опере Пуччини). После "Аиды" в Катании и Неаполе, "Девушки с Запада" в Триесте, Корелли принял участие в новой постановке генделевского "Юлия Цезаря", исполнив партию Секста. Рецензии на его выступление были превосходными, а его выдающаяся внешность стала причиной нескончаемых дискуссий в итальянской прессе.В том же 1955 появилась первая экранизация "Тоски" с участием Корелли. Так же как и "Паяцы", она была осуществлена Итальянским телевидением в Милане.Год спустя появилась новая экранизация, на этот раз цветная, но за исключением самого Корелли, в ней играли обычные актеры. Роль Тоски исполнила Франка Дюваль (голос Марии Канилья), а Скарпиа - Альфо Поли (голос ДжанДжакомо Гуэльфи). Фильм вышел и в американский прокат, так Корелли стал извествен в Америке за 4 года до своего дебюта за океаном.В феврале 1956 Франко вернулся в Венецию с "Кармен", как всегда с Джульеттой Симионато в заглавной партии, юной Ренатой Скотто и ДжанДжакомо Гуельфи. Позже он выступил там же в "Аиде" с Анитой Черкуэтти. 4 апреля Корелли появился в Ла Скала в хорошо известной по многочисленным изданиям на компакт-дисках "Девушке с запада" вместе с Тито Гобби и Джильолой Фраццони.
В том же апреле вместе с Марией Каллас Корелли принял участие в легендарной постановке "Федоры" Джордано в Ла Скала.В течение многих лет бродят упорные слухи, что существует запись этого спектакля, и что обладатель ее - не кто иной как наш герой. Правда это или нет, сказать трудно, но если более чем за сорок лет запись не объявилась, будем считать что ее, к сожалению, не существует. Впрочем, кто знает...В августе трио Корелли-Фраццони-Гобби, уже завоевавшее в Италии немалую славу, выступило в "Тоске" в Вероне. Затем, после спектаклей "Тоски" в Адрии и "Аиды" в Триесте, Франко сделал небольшой перерыв перед возвращением в Ла Скала для второй в его карьере постановки "Юлия Цезаря". Спектакль, ставший сенсацией, состоялся 10 декабря 1956. Состав исполнителей был великолепен - Симионато, Вирджиния Дзеани, Росси-Лемени и Джанандреа Гавадзени в качестве дирижера. Имя Корелли снова оказалось на первых полосах газет, а причиной для обсуждения в который раз стало не только его пение, но и его внешность.Но речь шла не только о его очередном выдающемся успехе. В те годы в голосе Джузеппе ди Стефано появились первые признаки упадка, а Марио дель Монако ограничил свой репертуар ролью Отелло и редкими постановками "Эрнани". Не было сомнений что певец, которого долгое время называли "il terzer uomo" (то есть "третий человек", "третий тенор", имея в виду, что Ди Стефано и Дель Монако прославились намного раньше), стал ведущим лирико-драматическим тенором Италии и вскоре станет самым знаменитым итальянским певцом, поющим за границей.
Из этого я делаю вывод, что в 50-е годы тоже были свои три тенора (правда, вместе они не пели и даже представить себе такого не могли), а ситуация с Корелли напоминает мне немного историю с появлением Каррераса. Впрочем, от дальнейших сравнений я удержусь.1957 год начался для Корелли постановками "Паяцев" в Ла Скала и "Аиды" в Риме, с Черкуэтти, Симионато, Гуэльфи и Нери, затем последовали "Девушка с Запада" (с Марией Канилья) и "Андре Шенье" в неаполитанском Сан Карло. Партию Шенье Корелли затем спел в Палермо и Лиссабоне (с Гобби и Фраццони). В будущем она станет одной из самых его любимых.В апреле 1957 Корелли поет в "Дон Карлосе" в Палермо с Черкуэтти. Маленькую партию пажа Тебальдо в том спектакле исполняла Лоретта ди Лелио, ставшая впоследствии его женой. Правда,по непроверенным сведениям они познакомились еще в 1953 году, а поженились в 1957. Так или иначе, имя Лоретты с этого момента оказывается прочно связанным со всей оперной карьерой Франко. Позже мы увидим почему.Лоретта ди Лелио - дочь знаменитого итальянского баса Умберто ди Лелио, специализировавшегося сначала на комических партиях, а затем перешедшего на вердиевские роли. Она получила классическое музыкальное образование и начиная со своего дебюта в 1941 выступала во второстепенных партиях - Флоре в "Травиате", Инес в "Трубадуре" и т.д. В 40-е и 50-е годы в Италии снималось множество фильмов опер, и по крайней мере в двух из них можно увидеть Лоретту (а в молодости она была очень красива)- "Лючия ди Ламмермур" и "Любовный напиток".В мае Корелли снова отправляется в Лиссабон, на этот раз опера для него совершенно неожиданная - "Хованщина". Он поет в ней вместе с Борисом Христовым и затем едет в Мадрид, выступить в более привычной для него "Тоске". Его выступления за границей продолжаются, уже не ограничиваясь Иберийским полуостровом. Уже 15 мая он выступает в Венской опере в партии Радамеса со Стеллой, Симионато, Протти и Заккария. Затем Франко возвращается в Лиссабон, на этот раз ради "Симона Бокканегры" с Тито Гобби, Марчеллой Поббе и Христовым.Наконец, 27 июня 1957 он дебютирует в Лондонском Ковент Гарден. Это была "Тоска" с Зинкой Милановой и ДжанДжакомо Гуэльфи. Считается что это дебют не был для Корелли слишком удачным.Поскольку существует запись этого спектакля на компакт-дисках, можно судить, о том насколько справедливо подобное утверждение. Скажу лишь, что Корелли поет Каварадосси ничуть не хуже, чем в других постановках, его голос звучит как всегда великолепно, и что могло не понравится лондонцам, осталось для меня загадкой. Впрочем, если судить по реакции публики, прием ему был оказан самый теплый, и неблагосклонными оказались скорее критики. Но если и есть кого в этом винить, так это Зинку Миланову, чья Тоска, показалась мне самой неубедительной из всех, что я слышала. Так или иначе, с тех пор Корелли появлялся в Лондоне нечасто.Впрочем, вскоре он был вознагражден грандиозным успехом "Нормы" в Вероне, который он разделил с Анитой Черкуэтти, Джульеттой Симионато и Джулио Нери. Затем Корелли принял участие в 5 спектаклях "Кармен". Все лето 1957 он пел в Термах Каракаллы в "Кармен", "Андре Шенье", "Тоске" и "Аиде", а осенью снова отправился на гастроли в Испанию. В конце года, после выступлений в Ливорно и Бергамо, Корелли приехал в Рим на открытие сезона 1958 года. Тут его ждали два события, в свое время наделавших много шума, и до сих пор вызывающих всевозможные домыслы и предположения.
Часть 3 (1958-1960)
Как я уже заметила ранее, 1958 год начался для Франко не лучшим образом. 2 января Римская Опера открывала сезон "Нормой" с Марией Каллас, Мириам Пираццини и Джулио Нери под управлением Габриэле Сантини. Корелли пел партию Поллиона. Каллас была не в лучшей форме, и кое-то из зрителей достаточно громко выражал свое неудовольствие. По окончании первого действия Каллас объявила, что не в состоянии продолжать, и несмотря на все уговоры и угрозы дирекции, покинула театр. И без того неприятная ситуация усугублялась присутствием в зале президента Италии Джованни Гронки. Большинство итальянцев, особенно пресса, расценили поведение Каллас как оскорбление президента и в его лице всей нации. Певицу немедленно известили о том, что театр более не нуждается в ее услугах. Через 2 дня спектакли возобновились с участием Аниты Черкуэтти, которую публика принимала с огромным энтуазизмом.
Сохранились живые записи обоих спектаклей - злосчастного открытия сезона (естественно, только первое действие) и второго спектакля с участием Черкуэтти. Истории эта закончилась примирением Каллас с Римской Оперой и немалую роль в этом сыграл тот факт, что многие ее коллеги, в том числе Корелли и Симионато, были на ее стороне.Всего 3 недели спустя в Римской Опере шли репетиции "Дон Карлоса" и на одной из них Борис Христов, исполнявший партию короля Филиппа, выхватив шпагу, набросился на Корелли. Для всех присутствоваших было очевидно, что ситуация вышла за рамки сценического действия, и никто не взялся бы предсказать, чем бы она закончилась, если бы не вмешательство Тито Гобби, который буквально бросился между ними. В тот же день Христов объявил, что не будет участвовать в этой постановке, несмотря на все уговоры дирижера Габриэле Сантини. Его заменил Марио Петри, к величайшему неудовольствию дирекции, уже распродавшей билеты на все спектакли. Тем не менее, спектакль, в котором участвовали Антониетта Стелла, Катерина Манчини и Джулио Нери, имел огромный успех.
Интересно послушать, что об этой истории думает один из ее непосредственных участников, а именно Тито Гобби: "У меня до сих пор перед глазами Борис в роли Филиппа, скрестивший шпагу с молодым, красивым Корелли, который исполнял партию Карлоса. Я вижу яростные взгляды, которыми они обмениваются, и тут я, Родриго, быстро выхожу вперед, чтобы предотвратить серьезный скандал. Вспоминая эту бурную сцену я спрашиваю себя, что же это было? Исходила ли какая-то особая магия от сценического действия, которая так влияла на них, или, может быть, личные недобрые чувства делали столь реалистичной их схватку?" Сам Корелли предлагает более прозаическое объяснение: "В этой сцене Христов должен был спеть высокое ре и, естественно, он не хотел, чтобы в это время кто-то стоял перед ним на авансцене. Именно там находился я, в 8 метрах от него. Я заменял в этом спектакле Марио Филлипески и стоял там же, где должен был быть он. "Молодой человек, уйдите отсюда", - бросил мне Христов и замахнулся на меня шпагой. Я схватил ее за лезвие и порезал руку. А через неделю мы обменялись дружеским рукопожатием к радости директора театра и фоторепортера, который нас снимал"В феврале Корелли выступал в "Девушке с Запада" с Магдой Оливеро и их дуэт был признан уникальныи и непревзойденным в истории этой оперы. Затем последовали спектакли "Нормы" с Черкуэтти и Симионато, которые имели настолько ошеломляющий успех, что в зале каждый раз гасили свет, вынуждая публику в конце концов покинуть театр. В те годы Лоретта Корелли продолжала петь небольшие партии, в этой "Норме" она выступала в роли Клотильды.
Весной 1958 Франко пел в Неаполе, в "Тоске" с Тебальди и "Силе судьбы" с Тебальди, Бастьянини и Христовым (видеозапись этого спектакля хорошо известна. Это был дебют Корелли в партии дона Альваро).
19 мая состоялась премьера "Пирата" Беллини в Ла Скала. Партию Имоджене пела Мария Каллас, и это были ее последние выступления перед тем как она покинула театр более чем на два года. Отголоски римского скандала все еще давали о себе знать, поскольку директор Ла Скала Антонио Гирингелли уже объявил певице, что театр в ней больше не нуждается. Разумеется, публике все это было известно. Каллас по-своему отомстила Гирингелли: в конце последнего, пятого спектакля, в сцене, где Имоджене видит виселицу, на которой умрет ее возлюбленный, она произнесла фразу своей героини: "Palco funesto...", указав жестом, полным презрения, на директорскую ложу. "Palco" (виселица) означает на итальянском также "ложа" или "балкон". Публика, разумеется, все поняла и аплодисменты переросли в стихийную демонстрацию. Тем не менее, бывшая королева Ла Скала вернулась в театр только через два с половиной года, и что характерно, с теми же партнерами - Франко Корелли и Этторе Бастьянини.
Летом 1958 Корелли отправился на гастроли в Висбаден, Штутгарт и Мюнхен с "Тоской", а затем вернулся в Термы Каракаллы петь в "Паяцах" и "Аиде". В Вероне он впервые выступал с Леонтин Прайс в "Аиде". Всю осень он пел в разных итальянских городах и в конце года вернулся в Ла Скала, где его ждала "Турандот" с Биргит Нильссон. Сразу за этим спектаклем последовала нашумевшая итальянская премьера "Геракла" Генделя с Элизабет Шварцкопф, Джульеттой Симионато, Этторе Бастьянини и Джеромом Хайнсом.В том же 1958 Итальянское телевидение осуществило четвертую экранизацию оперы с участием Корелли, это была "Турандот" с Люциллой Удовик в заглавной партии.
1959 оказался для Франко чрезвычайно насыщенным. "Турандот" в Парме, "Кармен" в Палермо, "Турандот" и "Трубадур" в Лиссабоне и т.д. Он также принял участие в двух новых постановках Ла Скала, "Эрнани" (с Маргеритой Роберти, Этторе Бастьянини и Никола Росси-Лемени) и "Кармен" (с Джульеттой Симионато). Некоторые спектакли 1959 были записаны на пленку, в том числе "Тоска" с Тебадьди и Кольцани в Ливорно и "Адриенна Лекуврер" Чилеа в Неаполе. В последней принимали участие Магда Оливеро, Джульетта Симионато и Этторе Бастьянини. Как известно, сам композитор считал Магду Оливеро идеальной Адриенной, похоже, такого же мнения придерживалась и публика. Впрочем, остальные участники спектакля имели успех не меньший.Череда триумфов продолжилась в 1960 году - три новых постановки в Ла Скала ("Андре Шенье", "Турандот" и "Кармен"), "Трубадур" в Неаполе, дебют в Монте Карло в "Турандот", "Сила судьбы" в Венеции. Кроме того, Корелли записал в студии два оперы: "Норму" с Марией Каллас и Кристой Людвиг и "Паяцев" с Люсине Амара и Тито Гобби.
Год 1960 закончился для Франко одним из его величайших триумфов - "Полиэвктом" Доницетти. Полузабытая опера была выбрана для открытия сезона Ла Скала 1960-61. Вокруг этого события возник невероятный ажиотаж задолго до премьеры, поскольку в театр возвращалась Мария Каллас. Возвращение примадонны было обставлено с невероятной роскошью, зал был украшен 15000 живых фиалок. Публика устроила овацию певице уже в фойе. Тем не менее истинным героем вечера стал Франко Корелли.
"Полиэвкт" это "опера тенора" и успех Корелли вполне закономерен, но может показаться странным, что Каллас, ревнивая к чужому успеху, решила на этот раз оказаться в тени. На самом деле тогда уже ни для кого не было секретом, что ее голос находился в состоянии упадка и именно этим отчасти объяснялся выбор оперы - партия Паолины не предполагает таких вокальных трудностей как Норма или Лючия. Перед спектаклем она нервничала как никогда и полностью положилась на своих партнеров, Корелли и Бастьянини. Несмотря на грандиозный успех, критики писали, что только в последнем действии они снова услышали великую Каллас.После долгожданной и успешной премьеры спало сопровождавшее многочисленные репетиции нервное напряжение и Корелли смог полностью посвятить себя подготовке к событию не менее для него важному - дебюту в Метрополитен-Опера.
Часть 4 (1961-1965)
27 января 1961 года Метрополитен-опера отмечал 60-летие со дня смерти Джузеппе Верди новой постановкой "Трубадура". Это был совместный дебют Леонтин Прайс и Франко Корелли. Успех был беспрецедентный даже для такого театра как Мет, и уже на следующий день ему были посвящены передовицы большинства нью-йоркских газет. Но оказалось, что речь во всех статьях идет исключительно о Леонтин Прайс, которая была первой чернокожей певицей в Мет (вообще-то первой была Мариан Андерсон, но она пела только партию Ульрики в "Бале-Маскараде", которая по либретто негритянка). Корелли был обескуражен тем, что о нем практически забыли. "Я не могу описать ту смесь лести и угроз, которую мне пришлось использовать по отношению к Франко Корелли после его дебюта в театре, случайно совпавшего с дебютом в этом спектакле Леонтин Прайс, побудившим прессу все внимание сосредоточить на ней и практически не уделить никакого внимания Корелли", - пишет директор Метрополитен-опера Рудольф Бинг в своих мемуарах, - "Я не хочу снова петь с этой сопрано", - заявил он на следующий день в моем кабинете... Но все же пел, и оставался в театре более десяти лет, и давал один великолепный спектакль за другим...".От себя добавлю, что Корелли не только остался в Мет на тринадцать лет, но и продолжал как ни в чем ни бывало петь с Леонтин Прайс. Более того, оба они всегда отзывались друг о друге не иначе как с восхищением. Кстати, сохранилась одна из записей этой постановки "Трубадура".Вслед за дебютом Корелли снова появился в Метрополитен 4 марта 1961 в новой постаноке "Турандот" с Биргит Нильссон и Анной Моффо, под управлением Леопольда Стоковского. Эта опера не ставилась в Мет более тридцати лет, то есть со времен Марии Йеритцы и Джакомо Лаури-Вольпи.Последняя опера Пуччини в течение многих лет не была столь же популярной, как "Тоска" или "Богема". Только в шестидесятые годы она наконец заняла подобающее ей место в репертуаре театров всего мира. Отчасти это своего рода воскрешение объясняется огромным успехом нью-йорских постановок "Турандот". Дуэт Нильссон - Турандот и Корелли - Калаф пользовался поистине голливудской славой, а публика брала штурмом кассы "Метрополитен".Первый сезон Корелли в Мет закончился двумя спектаклями "Дон Карлоса", а затем он принял участие в весенних гастролях театра по всей стране. Везде, в Кливленде, Атланте, Сент-Луисе, Чикаго, Миннеаполисе, Детройте, публика аплодировала стоя. Америка была влюблена в свою новую звезду. И эта любовь стала взаимной - на последущие двадцать лет Америка и Нью-Йорк стали для Франко Корелли второй родиной. До 1974 года он занимал в Мет место, сопоставимое лишь с тем, которое в свое время принадлежало в этом театре Энрико Карузо. Репертуар Мет составлялся на весь сезон только после того, как Корелли уточнял даты своих выступлений.В 1961 Корелли выступал и в Италии, в "Андре Шенье" в Венеции и в "Кармен" на Арена ди Верона. Затем последовал "Трубадур" в Берлине (эта запись была выпущена недавно на СD), и дебют в барселонском "Лисео" в партии Каварадосси.7 декабря 1961 Франко в четвертый раз открывал сезон Ла Скала. На этот раз это была "Битва при Леньяно" (поставленная в честь 100-летия объединения Италии). Запись этого спектакля, в котором принимали участие Антониетта Стелла и Этторе Бастьянини, также периодически переиздается на CD.В начале 1962 Корелли дебютирует в Ницце в "Тоске", и в этой же опере открывает сезон в Метрополитен. В пяти представлениях пели пять примадонн - Маргерита Роберти, Биргит Нильссон, Зинка Миланова, Личия Альбанезе и Леонтин Прайс. Затем он выступил в "Аиде" (сохранилась запись от 03.03.62), "Турандот", и "Кармен с Мэрилин Хорн и Ансельмо Кольцани.В мае Корелли вернулся в Ла Скала и после нескольких выступлений в "Турандот" принял участие в легендарной постановке "Гугенотов" Мейербера. Считается, что для этой оперы нужны семь певцов экстра-класса, отчасти поэтому в настоящее время она почти что предана забвению. Но в том спектакле, помимо Корелли, участвовали Джоан Сазерленд, Джульетта Симионато, Николай Гяуров, Фьоренца Коссотто, Джорджо Тоцци и Владимиро Ганцаролли. Все восемь спектаклей имели неописуемый успех, одну только Сазерленд вызывали на сцену в течение получаса (несмотря на то, что она пела маленькую партию Маргариты Наваррской), а знаменитый дует Валентины и Рауля из четвертого действия вызвал в зале настоящий приступ безумия. Легенда гласит, что женщины в партере бросали Франко не цветы, а собственные драгоценности.Вслед за этим триумфом следует другой - дебют в Зальцбурге в "Трубадуре" с Леонтин Прайс, Джульеттой Симионато и Этторе Бастьянини под управлением Герберта фон Караяна. Эта постановка вошла в историю как одна из самых совершенных. Как не вспомнить известные слова Верди о том, как нужно петь "Трубадура" - "вам просто нужны четыре лучших певца в мире".После выступлений в Вене в "Тоске" с Леонтин Прайс в заглавной партии, 15 октября 1962 он снова открывает сезон в Метрополитен, в этот раз в "Андре Шенье" с Эйлин Фаррелл и Робертом Мерриллом. В этом же сезоне Корелли выступал также в "Аиде" и "Эрнани".Затем, 7 декабря 1962 Корелли в пятый раз открыл сезон Ла Скала с Антониеттой Стеллой, Этторе Бастьянини и Фьоренцой Коссотто в "Трубадуре" и вернулся в Метрополитен, чтобы принять участие в весенних гастролях театра. Осень 1963 он провел в Вене, где пел Туридду, Манрико, дон Карлоса и Хозе, и в декабре снова открывал сезон в Ла Скала, на этот раз в "Сельской чести " с Джульеттой Симионато. Затем Корелли выступил в миланской постановке "Девушки с Запада" с Джильолой Фраццони и той же зимой вернулся в Метрополитен. Этот сезон оказался для него не слишком удачным. Все началось с одного из представлений "Трубадура" - он явно испытывал проблемы с голосом и из-за этого перестал следить за темпами и откровенно пропускал целые фрагменты перед высокими нотами, особенно это было заметно в стретте. Из зала довольно громко свистели, но эти проявления недовольства быстро утонули в громоподобных овациях. Затем, 7 марта, во время радиотрансляции "Дон Карлоса" с Леони Ризанек, Ирен Далис и Джордждо Тоцци произошел почти анекдотический случай. После сцены аутодафе во втором действии Ризанек спела фразу "Здесь Карлос! О небо!", но Карлос не появился. Дирижер Курт Адлер пытался сохранять спокойствие, в то время как все остальные старательно делали вид, что ничего особенного не происходит. Прошло уже достаточно времени и публика почувствовала, что происходит что-то странное. В конце концов Корелли все же появился на сцене без каких бы то ни было объяснений, и спектакль продолжился. Как оказалось, он просто выяснял отношения с женой и игнорировал все попытки вызвать его на сцену. Конечно, такое случалось вовсе не каждый день, но к сожалению этот случай положил начало мифу о звезде капризной и непредсказуемой.Его постоянные ссоры с женой за кулисами вошли в историю. Очевидцы свидетельствуют, что отголоски этих баталий были слышны даже на сцене. Все начиналось в тот момент, когда Корелли уходил за кулисы, и все, что он не так спел или не так сыграл, подвергалось беспощадной критике. Справедливости ради надо сказать, что при всей своей придирчивости, Лоретта всегда защищала его от нападок со стороны прессы и критиков, особенно тогда, когда дела шли не слишком хорошо.После весенних гастролей с Метрополитен Франко выступал в Париже в "Тоске", а затем там же в весьма противоречивой постановке "Нормы" с Марией Каллас и Фьоренцой Коссотто. Было очевидно, что карьера Каллас приближается к концу, и хотя ее интерпретация Нормы стала еще глубже и проникновенней, голос подводил ее, чем откровенно воспользовалась Коссотто, превратив спектакль в своеобразную дуэль. Корелли завершил свой сезон в Париже "Дон Карлосом", а в октябре, после студийной записи "Трубадура", пел Манрико и Хозе в Чикаго и Джонсона в Филадельфии, с Дороти Кирстен и Ансельмо Кольцани.7 декабря 1964 Франко открыл свой последний сезон в Ла Скала, на тот раз в "Турандот" с Биргит Нильссон и Галиной Вишневской (Запись этого спектакля едва ли не лучшая в истории "Турандот, а о самой премьере рассказывает в своей биографии Галина Вишневская").В 1965 на сцену Метрополитен вернулся Этторе Бастьянини, который не выступал в театре более пяти лет. Это были последние выступления легендарного баритона, и лишь гораздо позже стало известно, что у Бастьянини был рак горла. Он умер в 1967 году в Сиене, своем родном городе, и Корелли оказался единственным из его друзей и коллег, кто навещал его и помогал ему до самого последнего дня.Корелли и Бастьянини выступали вместе начиная с середины 50-х, то есть более 10 лет. Это был своего рода идеальный дуэт, потому что их голоса и манера пения удивительным образом сочетались. Сохранилось достаточно много записей их совместных выступлений, назову только несколько: "Андре Шенье", "Полиэвкт", "Битва при Леньяно", 3 "Трубадура" и видеозапись "Сибы судьбы".19 марта 1965 в Метрополитен опера вернулась также и Мария Каллас (впрочем, она мало выступала там в течение своей карьеры из-за разногласий с директором, Рудольфом Бингом). Публика встретила ее овацией, которая казалось, никогда не кончится. На самом деле это было скорее не возвращение в театр, а прощание с ним, поскольку в том же году Каллас покинула сцену. Ее последней ролью была Тоска (в Париже, Лондоне и Нью-Йорке). В нью-йоркской "Тоске" ее партнерами были Франко Корелли и Тито Гобби. Спектакль вошел в историю Мет как одна из самых волнующих ее страниц, несмотря на то, что и Каллас и Гобби были не в лучшей вокальной форме. Это было последнее совместное выступление Каллас и Корелли.
Часть 5 (1965-2003)
Начиная с 1965 Корелли постоянно жил в Нью-Йорке, и в последующие годы он редко выступал где-либо за пределами Соединенных Штатов. Осенью этого года он выступил в "Турандот" в Филадельфии, и в "Богеме" в Чикагской лирической опере. В Метрополитен он появился вместе с Дороти Кирстен и Ансельмо Кольцани в "Девушке с Запада", которая стала очередным триумфом. Правда, на одном из следующих представлений, Корелли покинул театр уже после первого акта. Дело в том, что Элинор Стибер, исполнявшая партию Минни, была настолько неподготовлена к роли, что читала собственный текст со шпаргалок, приклеенных к реквизиту, и все время вступала невпопад. Спектакль превратился в сплошное недоразумение, и Корелли, которого эта ситуация в конце концов вывела из себя, сказался больным и ушел. Его заменил Гаэтано Бардини.
16 апреля 1965 года было дано последнее представление в старом здании Метрополитен Опера, на котором Корелли и Тебадьди спели дуэт из второго действия "Манон Леско". В октябре театр переехал в новое здание в Линкольн-центре, и первым спектаклем, который спел там Корелли, стала "Джоконда" с Ренатой Тебальди, Миньон Данн, Чезаре Сьепи и Корнеллом МакНилом. Эта постановка имела грандиозный успех, а билеты невозможно было найти ни на один из девяти спектаклей.
Зимой 1967 Корелли несколько раз выступал в Европе: во Флоренции он спел дона Альваро, в Парме - Каварадосси, а в Лиссабоне- Андре Шенье. Однако такие выступления становились все более редкими.
19 сентября 1967 в Метрополитен состоялась премьера "Ромео и Джульетты" Гуно, оперы, которая не шла в театре несколько десятилетий. Партию Джульетты исполняла Мирелла Френи. Несмотря на то что, что билеты были сметены из касс в одно мгновение, а сама постановка имела грандиозный успех у публики, отзывы критиков были вовсе не столь благожелательными. Признавая, что в Метрополитен Ромео и Джульетта еще никогда не выглядели так правдоподобно, большинство критиков отмечали, что дикция и французское произношение Корелли оставляют желать лучшего, а Френи пела все колоратуры весьма приблизительно. Впрочем, это не помешало Франко спеть затем партию Ромео в Сиэтле и Филадельфии, а также записать оперу целиком вместе с Миреллой Френи.Партию Ромео Корелли очень часто пел в последние годы своей карьеры, более того, если не считать Родольфо из "Богемы", она стала чуть ли не единственной, которую он исполнял в то время.Что же касается проблем с французским языком, то они были у Франко всегда. Когда в 1970 году Корелли записывал свою вторую "Кармен", звукозаписывающая компания даже наняла преподавателя французского, чтобы исправить его произношение, но и это не помогло. Сам Корелли в одном из своих интервью говорит, что петь по-французски для него всегда было труднее не только с фонетической, но и вокальной точки зрения.В ноябре 1967 Корелли исполнил Реквием Верди в Лос-Анджелесе и в конце года выступал в Парме в "Силе судьбы".В феврале 1968 года он пел в Метрополитен в "Тоске", сначала с Режин Криспен, а затем с Леони Ризанек и Ренатой Тебадьди. В то время Корелли стал чаще давать концерты, один из них - с молодой Монтсеррат Кабалье в зале Нью-Йоркской Филармонии, который был опубликован на CD.
16 сентября 1968 "Адриенна Лекуврер" открывала новый сезон "Метрополитен". Главные партии пели Рената Тебадьди и Франко Корелли. В конце спектакля директор Мет Рудольф Бинг подошел к Тебадьди и попросил ее зайти в гримерную Корелли, шепнув ей на ухо: "С вами хочет встретиться старый друг". "Старым другом" оказалась Мария Каллас, которая наконец помирилась со своей соперницей.
28 сентября Франко отменил свое выступление в "Адриенне" за 40 минут до начала спектакля, объяснив это простудой. Слегка ошарашенный Рудольф Бинг (который, впрочем, уже привык к подобным вещам) немедленно нашел ему замену в лице Пласидо Доминго, который должен был дебютировать в Мет 4 днями позже, в "Турандот" с Биргит Нильсон. Комичность ситуации заключалась в том, что звонок Бинга застал Доминго в том момент, когда он уже выходил из дома, чтобы успеть в Мет на последнее представление "Адриенны" с Корелли. В результате спектакль начался с двадцатиминутным опозданием. Сначала в зале стояло настороженние молчание, но затем публика, обиженная на Корелли, сменила гнев на милость, и представление закончилось полным триумфом. На следующий день одна из Нью-Йорских газет вышла с огромным заголовком: "У нас есть тенор!". Как утверждает сам Доминго, его первой мыслью тогда было то, что Корелли нарочно подстроил всю эту историю, чтобы испортить дебют в Мет своему более молодому сопернику. Было ли так на самом деле, мы, вероятно, никогда не узнаем.В общей сложности, Доминго заменял Корелли семь раз, то есть больше чем какой бы то ни было другой тенор. Кроме того, когда Франко покинул Метрополитен навсегда в 1974, Доминго получил "в наследство" две роли, который Корелли постоянно пел в Мет - Каварадосси и Ромео.Говоря о заменах, стоит вспомнить также и о том, что однажды в Мет произошла обратная история - 10 января 1971 Корелли заменял Доминго в "Эрнани". Это был тот самый редкий случай, когда недовольство публики мгновенно сменилось единодушным восторгом.В 1969 Корелли стал выступать значительно реже чем раньше. Только 4 апреля он появился в Мет в "Богеме", а 19 - в "Адриенне Лекуврер" с Тебальди. Затем последовали традиционные весенние гастроли с театром, и после нью-йорских представленией "Богемы" и "Тоски", Франко устроил себе шестимесячный отпуск.
1970 год оказался куда более насыщенным. Корелли исполнил весь своей традиционный репертуар в Мет, а также выступал в Париже в "Тоске", в Мачерате - "Турандот", в Вероне - "Кармен" и в Вене - "Дон Карлос". Последний спектакль с участием Гундулы Яновиц, Николая Гяурова и Ширли Веррет был записан, сохранился также видеофрагмент финального дуэта Карлоса и Елизаветы.
В декабре 1970 Корелли выступал в Белграде в "Кармен" и "Богеме", а затем начал новый сезон в Мет. "Эрнани" и "Андре Шенье" прошли нормально, но "Лючия ди Ламмермур" стала почти провалом, от которого Франко спасла лишь благожелательность американской публики. Партия Эдгара, которую он спел бы без проблем десять лет назад, теперь превратилась в неодолимое препятствие. Корелли с трудом допел первый спектакль, сражаясь с высокой тесситурой, и все же рискнул спеть и во втором. Но на этот раз его хватило только до конца первого действия, после чего он решил, что продолжать просто не имеет смысла. После "Лючии" стало совершенно очевидно, что проблемы с голосом, которые дали о себе знать еще в 1969, носят отнюдь не временный характер. Голос, до сих никогда не подводивший Корелли, стал резче и глуше в среднем регистре и казался усталым, хотя верхние ноты были по-прежнему блестящими. Это был сокрушительный удар по самолюбию тенора, который к тому же всю жизнь страдал от комплекса неполноценности. Поэтому в те годы для него стало обычной практикой говорить, что он собирается покинуть сцену. Однако на самом деле это произошло только через несколько лет.
Одним из последствий этой возросшей неуверенности в себе стала печальная история с премьерой "Вертера" на открытии сезона Мет в 1971. Еще до премьеры вокруг нее было поднято много шума, поскольку "Вертер" не ставился в Мет в течение многих лет, а кроме того исполнитель заглавной партии вызывал у критиков большие сомнения. Все это видимо и сыграло свою роль, когда Корелли отменил свое участие в премьере всего за день до нее. Найти замену для Вертера вовсе не так просто, как, скажем, для Каварадосси или Манрико, но Бинг все же нашел какого-то безвестного тенора. На следующем спектакле Корелли все же решился выйти на сцену. "Вертер" стал его последним великим триумфом, по крайней мере среди публики, хотя не все критики разделяли эти восторги. Одни писали, что наконец-то увидели на сцене Вертера из плоти и крови, таким, каким его изобразил Гете, а другие - что Корелли с его веристской манерой пения не имел права даже приближаться к этой опере, которая должна остаться уделом лирических теноров. Единство во мнениях не достигнуто до сих пор.Добавлю от себя, что запись одного из спектаклей, сделанная в 1972 году, оставляет двойственое впечатление. Наверное, музыку Массне нужно петь не так, а чувство стиля никогда не было сильной стороной Франко. Его голос в 1972 был уже довольно бледной тенью былого великолепия. Но в этом спектакле есть моменты, и их не так уже мало, где его пение потрясает до глубины души, причем такого не услышишь в более ранних записях. Впрочем, подчас уменьшившиеся вокальные возможности способствуют большему вниманию к деталям и более глубокому проникновению в образ, прекрасным примером чего являются записи Марии Каллас, сделанные в начале 60-х годов.Осенью 1971 Корелли выступал в Токио и Сеуле с серией концертов. Японцы, всегда относившиеся с трудно объяснимым благоговением к итальянским оперным певцам и такому чуждому им западному культурному феномену как опера, принимали его с восторгом, переходящим в безумие. Но благодаря им сохранились видеозаписи двух "живых" концертов Франко в Токио (второй с Ренатой Тебальди).
В конце 1971 Корелли выступал в Парме в "Норме" с Кристиной Дойтеком. В январе 1972 он вернулся в Мет, спел в "Силе судьбы" и оставался в театре до июля. Летом он пел в Вероне в "Эрнани" и "Аиде". После двух выступлений в Лиссабоне и концерта в Лондоне, Корелли выступал только в Америке. Исключением стали концерт в Вене в конце 1973 года, вместе с Ренатой Тебальди, и турне по Дальнему Востоку, также с Тебадьди.Последней новой ролью Франко стал Макдуф в "Макбете" Верди. После этого не было больше ни новых ролей, ни новых городов. Его выступления становились все более редкими, а рецензии критиков все более неблагожелательными. В 1975 Корелли пел только две партии - Ромео и Родольфо, и не выступал больше в Метрополитен. Он сделал исключение только для летних спектаклей "Турандот" и "Кармен" на Арена ди Верона. После этого он не выступал почти год, возможно, надеясь обрести прежнюю вокальную форму.10 августа 1976 Корелли последний раз выступил в оперном спектакле, это была "Богема" с Адрианой Малипонте в Торре дель Лаго.Видимо, тогда Корелли не мог предположить, что этот спектакль окажется и в самом деле последним. Сначала он предполагал устроить себе отпуск на три месяца, но они прошли, а он по-пержнему считал, что не готов вернуться на сцену. За это время возникали самые невероятные слухи, самым распространенным из них был тот, что Корелли планирует выступить в партии Отелло. Видимо, это была не такая уж и неправда, что подтверждают интервью. Тем не менее, прошло почти пять лет прежде чем Франко снова появился перед публикой. В июне 1980 он выступил с концертом в Нью-Арке, а в 1981 в Нью-Джерси и еще нескольких городах, в том числе в Стокгольме (там провожали со сцены Биргит Нильссон). Несмотря на пятилетний перерыв, его голос не восстановился. Корелли вовремя это понял и решил, несмотря на уговоры поклонников и недобросовестных импресарио, что здесь он должен остановиться.
В течение некоторого времени Корелли продолжал жить в Нью-Йорке, а затем вернулся вместе с Лореттой в Анкону, свой Последние годы жизни Франко провел в Милане. Покинув сцену, Корелли начал заниматься преподавательской деятельностью (также как и Лоретта), и его самым знаменитым на сегодняшний день учеником является Андреа Бочелли. Франко Корелли умер 29 октября 2003 года и похоронен на Монументальном Кладбище в Милане.
Конец
При подготовке биографии Франко Корелли были использованы материалы с сайта http://www.homecoll.ru/
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Это цитата сообщения Tamara_Potashnikov Оригинальное сообщение
ФРАНКО КОРЕЛЛИ - "ПРИНЦ ТЕНОРОВ"!!!
[показать]Герберт Караян, говоря о Франко Корелли, однажды выразился так: "Этот голос возвышается над всем; голос грома, молнии, огня и крови".
Написать биографию этого легендарного тенора задача непростая. Имя Франко Корелли всегда было окружено ореолом из всевозможных мифов, далеко не всегда соответствовавших действительности. Он и сам во многом этому способствовал, ревниво оберегая свою жизнь от праздного любопытства.
Возьмем для начала хотя бы то, с чего начинаются все биографии - дату рождения. По более или менее официальной версии Корелли родился 8 апреля 1921 года в Анконе. Впрочем город никогда ни у кого не вызывал сомнений, но в качестве дня рождения неоднократно называют 23 августа 1923.
Его настоящее имя - Дарио.
Предполагалось, что он пойдет по стопам отца, морского инженера, работавшего в порту Анконы. Сначала так оно и было, но друзья упорно настаивали на том, чтобы он серьезно занялся пением. В конце концов Корелли сдался и в 23 года поступил в Консерваторию Пезаро. В течение трех месяцев он учился у сопрано Риты Павони и вскоре обнаружил, что у него пропали верхние ноты. Обескураженный, он бросил занятия. Тогда ему пришла в голову мысль, что он баритон, а не тенор и в этом причина его неудач. Он собрал записи своих великих предшественников Карузо, Джильи и Лаури-Вольпи и начал учиться сам, периодически прибегая к советам своих бывших одноклассников. Однако здесь он тоже не достиг большого успеха. Через несколько месяцев, не принесших ему ничего кроме разочарования, его друг Карло Скаравелли рассказал ему о новой технике пения, которая состояла главным образом в том, чтобы при пении гортань оставалась в как можно более низком положении. Скаравелли учился у Артуро Мелокки, "разрушителя голосов", самым известным учеником которого был Марио дель Монако. Философию Мелокки можно выразить одной фразой: "Лучше блистать недолго и ярко, чем долго и тускло". В таком виде эту идею и воспринял дель Монако. Сам Корелли никогда не был учеником Мелокки, он учился со слов Скаравелли и лишь два раза встречался с Мелокки. Он изучил все имевшиеся на тот момент записи дель Монако, начав с простой имитации его пения. Вскоре он понял, что новая техника в его случае действительно очень эффективна и имеет свои преимущества. В то же время в ней была своя доля риска, поскольку используемая неосторожно или бездумно, она подвергала голосовые связки чрезмерному напряжению. В конце концов Корелли смог приспособить ее для себя, заставляя, как он сам говорит, свою гортань "плавать". Именно это позволило ему сделать звучание своего голоса менее одноцветным, чем у дель Монако и петь мецца воче и свои легендарные диминуэндо на высоких нотах.
Уже гораздо позже, в конце 50-х, Корелли брал уроки у Джакомо Лаури-Вольпи. Они вместе разучивали "Трубадура", "Пуритан", "Богему", "Тоску" и "Полиевкта" для сезона 1958-59 в Ла Скала. Целью этих занятий было улучшить контроль над дыханием и сделать пение в верхнем регистре более уверенным.В 1951 Корелли впервые выступил перед публикой на вокальном конкурсе на фестивале "Флорентийский музыкальный май" и неожиданно для себя самого получил первое место. После этого он отправился на конкурс в Сполето и снова выиграл. Наградой в конкурсе был оперный дебют. Корелли никак не мог определиться с оперой и в конце концов положился на помощь дирижера Оттавио Зиини. 26 августа 1951 состоялась премьера "Кармен" с Франко Корелли и Лючией Даниэле в главных партиях. За спекталем последовала целая лавина восторженных рецензий, восхвалявших диапазон и мощь голоса Корелли.Им сразу же заинтересовались многие театры, однако никто еще не спешил приглашать тенора, появившегося буквально ниоткуда и о котором прежде никто ничего не слышал. Его успех был слишком неожиданным. Прошло несколько месяцев, прежде чем удалось убедить дирекцию Римской оперы пойти на некоторый риск и пригласить его. В январе 1952 года Корелли пел в Риме в "Джульетте и Ромео" Зандонаи. Критика была в восторге. Через 4 месяца он вернулся в Рим, чтобы спеть в единственном представлении "Адрианы Лекуврер" с Марией Канилья и Тито Гобби. Его очередной успех убедил наконец Римскую оперу, что его стоит пригласить на постояной основе. Во время летнего сезона театра Корелли снова пел в "Кармен" на сцене Терм Каракаллы. В то время "Кармен" была едва ли не единственной оперой в его репертуаре и в 1952 он пел ее в Триесте с Джульеттой Симионато, затем в августе в Сан Ремо и в октябре в Турине, снова с Джульеттой Симионато.
К тому времени в Римской опере Корелли уже имел статус звезды и 14 декабря он пел в "Борисе Годунове" с Борисов Христовым.
После дебюта в Палермо в "Кармен" 20 февраля 1953, Корелли вернулся в Рим для участия в мировой премьере оперы Гуэррини "Энея". Сама опера была принята более чем прохладно и выдержала всего два представления. Правда, сами исполнители (среди них были Антониетта Стелла и Борис Христов) получили прекрасные рецензии.
9 апреля 1953 Корелли впервые поет с Марией Каллас. Это была "Норма" в Римской опере с Федорой Барбьери - Адальжизой и Джулио Нери - Оровезо. Этот спектакль имел грандиозный успех как у публики, так и у критиков.
Вскоре после этого, 26 мая, Корелли принял учатие в итальянской премьере "Войны и Мира" Прокофьева, где он пел партию Пьера Безухова. Его, Розанну Картери, Этторе Бастьянини, Фернандо Корену и многих других вызывали на сцену бессчетное множество раз.
2 июля Корелли дебютировал в "Паяцах" в Термах Каракаллы, вместе с Кларой Петреллой и Альдо Протти. Все оставшееся лето он пел в Кармен" в Больцано, Энне и Неаполе, а в сентябре вернулся в Сполето, чтобы снова выступить в "Паяцах". В Равенне он дебютировал в роли дона Хозе, а затем там же впервые исполнил партию Радамеса вместе с Катериной Манчини, Еленой Николаи, Альдо Протти и Джулио Нери.
В ноябре последовал дебют в Триесте, в Театро Верди. Это была "Норма" и снова с Марией Каллас.Один из четырех спектаклей "Нормы", вернее только 3/4 оперы, появляются периодически на компакт-дисках. Конечно, качество звука оставляет желать лучшего, но это самая ранная существующая запись голоса Корелли. Кроме того, в студийной записи "Нормы", которую Каллас и Корелли сделали в 1960, голос Каллас уже не в лучшей форме.1953 год для Корелли закончился дебютом в Неаполитанском Сан Карло в ставшей для него уже традиционной "Кармен" с Джульеттой Симионато.
1954 года начался для Франко двумя постановками "Нормы" - в Модене и Парме. В последней его партнерами были Катерина Манчини, Елена Николаи и Гульельмо Феррара. Затем он пел в Риме в "Ромуле" Аллегры. В марте он вернулся в Римскую оперу, на этот раз это был "Дон Карлос" с участием Манчини, Николаи, Тито Гобби, Бориса Христова и Джулио Нери. Четыре представления имели огромный успех и у зрителей, и у критиков. Его сезон в Римской опере продолжился четырьмя спектаклями "Ифигении в Авлиде" Глюка с Марчеллой Поббе и Христовым. Тогда он поразил всех той невероятной легкостью, с которой он переходил от одного оперного стиля к другому. Отчасти именно это вокальной гибкостью объясняется его участие в итальянской премьере оперы Спонтини "Агнесса фон Гогенштауфен" с Люциллой Удовик и Ансельмо Кольцани.Летом 1954 он пел в "Тоске" и "Кармен", а особенный успех ждал его в августе в роли Хозе в Термах Каракаллы.В сентябре он записал для Итальянского телевидения оперу "Паяцы". Это был его первый фильм-опера. Вместе с ним пел Тито Гобби, для которого это были уже вторые "Паяцы" на большом экране, и Мафальда Микелуцци.
Затем, появившись в "Кармен" в Болонье и Ровиго, Корелли на месяц прекратил выступления, чтобы подготовиться к своему дебюту в Ла Скала. Сезон 1954-55 открывался малоизвестной оперой Спонтини "Весталка". Мария Каллас, которой в те годы принадлежало последнее слово в выборе певцов для своих спектаклей в Ла Скала, не скрывала своей радости, узнав что Франко присоединится к ней на открытии сезона. Вместе с ними пели Эбе Стиньяни и Никола Росси-Лемени, дирижировал Антонино Вотто, а поставил оперу Лукино Висконти. 7 декабря 1954 вошел в историю как один из величайших триумфов Ла Скала. Пять спектаклей вызвали истерический восторг публики. Это было первое совместное выступление двух легендарных певцов в Милане. Затем их сотрудничество продолжится в "Федоре", "Пирате" и "Полиевкте".26 января 1955 Корелли впервые выступает в "Девушке с Запада" Пуччини в венецианском Ла Фениче. Минни пела Элизабетта Барбато а Рэнса - ДжанДжакомо Гуэльфи. 29 апреля Франко дебютировал в Театре Сан Карло в Лиссабоне в "Кармен" с Джульеттой Симионато, Марчеллой Поббе и Ансельмо Кольцани. По возвращении в Италию он выступил в "Норме" в равеннском театре Алигьери с Манчини и Стиньяни, а затем снова в "Норме" в Садах Боболи, на этот раз с участием Аниты Черкуэтти, которая впервые пела эту партию.Летом 1955 Корелли дебютировал на Арена ди Верона в "Кармен" с Симионато, а затем выступил там же в "Аиде" с Антониеттой Стелла, Адрианой Ладзарини и Альдо Протти. В августе он снова пел в "Аиде" в Мессине с Черкуэтти, а в августе в Турине в "Тоске" с Канильей и Гуельфи (позже их голоса зазвучат в одноименном фильме по опере Пуччини). После "Аиды" в Катании и Неаполе, "Девушки с Запада" в Триесте, Корелли принял участие в новой постановке генделевского "Юлия Цезаря", исполнив партию Секста. Рецензии на его выступление были превосходными, а его выдающаяся внешность стала причиной нескончаемых дискуссий в итальянской прессе.В том же 1955 появилась первая экранизация "Тоски" с участием Корелли. Так же как и "Паяцы", она была осуществлена Итальянским телевидением в Милане.Год спустя появилась новая экранизация, на этот раз цветная, но за исключением самого Корелли, в ней играли обычные актеры. Роль Тоски исполнила Франка Дюваль (голос Марии Канилья), а Скарпиа - Альфо Поли (голос ДжанДжакомо Гуэльфи). Фильм вышел и в американский прокат, так Корелли стал извествен в Америке за 4 года до своего дебюта за океаном.В феврале 1956 Франко вернулся в Венецию с "Кармен", как всегда с Джульеттой Симионато в заглавной партии, юной Ренатой Скотто и ДжанДжакомо Гуельфи. Позже он выступил там же в "Аиде" с Анитой Черкуэтти. 4 апреля Корелли появился в Ла Скала в хорошо известной по многочисленным изданиям на компакт-дисках "Девушке с запада" вместе с Тито Гобби и Джильолой Фраццони.
В том же апреле вместе с Марией Каллас Корелли принял участие в легендарной постановке "Федоры" Джордано в Ла Скала.В течение многих лет бродят упорные слухи, что существует запись этого спектакля, и что обладатель ее - не кто иной как наш герой. Правда это или нет, сказать трудно, но если более чем за сорок лет запись не объявилась, будем считать что ее, к сожалению, не существует. Впрочем, кто знает...В августе трио Корелли-Фраццони-Гобби, уже завоевавшее в Италии немалую славу, выступило в "Тоске" в Вероне. Затем, после спектаклей "Тоски" в Адрии и "Аиды" в Триесте, Франко сделал небольшой перерыв перед возвращением в Ла Скала для второй в его карьере постановки "Юлия Цезаря". Спектакль, ставший сенсацией, состоялся 10 декабря 1956. Состав исполнителей был великолепен - Симионато, Вирджиния Дзеани, Росси-Лемени и Джанандреа Гавадзени в качестве дирижера. Имя Корелли снова оказалось на первых полосах газет, а причиной для обсуждения в который раз стало не только его пение, но и его внешность.Но речь шла не только о его очередном выдающемся успехе. В те годы в голосе Джузеппе ди Стефано появились первые признаки упадка, а Марио дель Монако ограничил свой репертуар ролью Отелло и редкими постановками "Эрнани". Не было сомнений что певец, которого долгое время называли "il terzer uomo" (то есть "третий человек", "третий тенор", имея в виду, что Ди Стефано и Дель Монако прославились намного раньше), стал ведущим лирико-драматическим тенором Италии и вскоре станет самым знаменитым итальянским певцом, поющим за границей.
Из этого я делаю вывод, что в 50-е годы тоже были свои три тенора (правда, вместе они не пели и даже представить себе такого не могли), а ситуация с Корелли напоминает мне немного историю с появлением Каррераса. Впрочем, от дальнейших сравнений я удержусь.1957 год начался для Корелли постановками "Паяцев" в Ла Скала и "Аиды" в Риме, с Черкуэтти, Симионато, Гуэльфи и Нери, затем последовали "Девушка с Запада" (с Марией Канилья) и "Андре Шенье" в неаполитанском Сан Карло. Партию Шенье Корелли затем спел в Палермо и Лиссабоне (с Гобби и Фраццони). В будущем она станет одной из самых его любимых.В апреле 1957 Корелли поет в "Дон Карлосе" в Палермо с Черкуэтти. Маленькую партию пажа Тебальдо в том спектакле исполняла Лоретта ди Лелио, ставшая впоследствии его женой. Правда,по непроверенным сведениям они познакомились еще в 1953 году, а поженились в 1957. Так или иначе, имя Лоретты с этого момента оказывается прочно связанным со всей оперной карьерой Франко. Позже мы увидим почему.Лоретта ди Лелио - дочь знаменитого итальянского баса Умберто ди Лелио, специализировавшегося сначала на комических партиях, а затем перешедшего на вердиевские роли. Она получила классическое музыкальное образование и начиная со своего дебюта в 1941 выступала во второстепенных партиях - Флоре в "Травиате", Инес в "Трубадуре" и т.д. В 40-е и 50-е годы в Италии снималось множество фильмов опер, и по крайней мере в двух из них можно увидеть Лоретту (а в молодости она была очень красива)- "Лючия ди Ламмермур" и "Любовный напиток".В мае Корелли снова отправляется в Лиссабон, на этот раз опера для него совершенно неожиданная - "Хованщина". Он поет в ней вместе с Борисом Христовым и затем едет в Мадрид, выступить в более привычной для него "Тоске". Его выступления за границей продолжаются, уже не ограничиваясь Иберийским полуостровом. Уже 15 мая он выступает в Венской опере в партии Радамеса со Стеллой, Симионато, Протти и Заккария. Затем Франко возвращается в Лиссабон, на этот раз ради "Симона Бокканегры" с Тито Гобби, Марчеллой Поббе и Христовым.Наконец, 27 июня 1957 он дебютирует в Лондонском Ковент Гарден. Это была "Тоска" с Зинкой Милановой и ДжанДжакомо Гуэльфи. Считается что это дебют не был для Корелли слишком удачным.Поскольку существует запись этого спектакля на компакт-дисках, можно судить, о том насколько справедливо подобное утверждение. Скажу лишь, что Корелли поет Каварадосси ничуть не хуже, чем в других постановках, его голос звучит как всегда великолепно, и что могло не понравится лондонцам, осталось для меня загадкой. Впрочем, если судить по реакции публики, прием ему был оказан самый теплый, и неблагосклонными оказались скорее критики. Но если и есть кого в этом винить, так это Зинку Миланову, чья Тоска, показалась мне самой неубедительной из всех, что я слышала. Так или иначе, с тех пор Корелли появлялся в Лондоне нечасто.Впрочем, вскоре он был вознагражден грандиозным успехом "Нормы" в Вероне, который он разделил с Анитой Черкуэтти, Джульеттой Симионато и Джулио Нери. Затем Корелли принял участие в 5 спектаклях "Кармен". Все лето 1957 он пел в Термах Каракаллы в "Кармен", "Андре Шенье", "Тоске" и "Аиде", а осенью снова отправился на гастроли в Испанию. В конце года, после выступлений в Ливорно и Бергамо, Корелли приехал в Рим на открытие сезона 1958 года. Тут его ждали два события, в свое время наделавших много шума, и до сих пор вызывающих всевозможные домыслы и предположения.
Как я уже заметила ранее, 1958 год начался для Франко не лучшим образом. 2 января Римская Опера открывала сезон "Нормой" с Марией Каллас, Мириам Пираццини и Джулио Нери под управлением Габриэле Сантини. Корелли пел партию Поллиона. Каллас была не в лучшей форме, и кое-то из зрителей достаточно громко выражал свое неудовольствие. По окончании первого действия Каллас объявила, что не в состоянии продолжать, и несмотря на все уговоры и угрозы дирекции, покинула театр. И без того неприятная ситуация усугублялась присутствием в зале президента Италии Джованни Гронки. Большинство итальянцев, особенно пресса, расценили поведение Каллас как оскорбление президента и в его лице всей нации. Певицу немедленно известили о том, что театр более не нуждается в ее услугах. Через 2 дня спектакли возобновились с участием Аниты Черкуэтти, которую публика принимала с огромным энтуазизмом.
Сохранились живые записи обоих спектаклей - злосчастного открытия сезона (естественно, только первое действие) и второго спектакля с участием Черкуэтти. Истории эта закончилась примирением Каллас с Римской Оперой и немалую роль в этом сыграл тот факт, что многие ее коллеги, в том числе Корелли и Симионато, были на ее стороне.Всего 3 недели спустя в Римской Опере шли репетиции "Дон Карлоса" и на одной из них Борис Христов, исполнявший партию короля Филиппа, выхватив шпагу, набросился на Корелли. Для всех присутствоваших было очевидно, что ситуация вышла за рамки сценического действия, и никто не взялся бы предсказать, чем бы она закончилась, если бы не вмешательство Тито Гобби, который буквально бросился между ними. В тот же день Христов объявил, что не будет участвовать в этой постановке, несмотря на все уговоры дирижера Габриэле Сантини. Его заменил Марио Петри, к величайшему неудовольствию дирекции, уже распродавшей билеты на все спектакли. Тем не менее, спектакль, в котором участвовали Антониетта Стелла, Катерина Манчини и Джулио Нери, имел огромный успех.
Интересно послушать, что об этой истории думает один из ее непосредственных участников, а именно Тито Гобби: "У меня до сих пор перед глазами Борис в роли Филиппа, скрестивший шпагу с молодым, красивым Корелли, который исполнял партию Карлоса. Я вижу яростные взгляды, которыми они обмениваются, и тут я, Родриго, быстро выхожу вперед, чтобы предотвратить серьезный скандал. Вспоминая эту бурную сцену я спрашиваю себя, что же это было? Исходила ли какая-то особая магия от сценического действия, которая так влияла на них, или, может быть, личные недобрые чувства делали столь реалистичной их схватку?" Сам Корелли предлагает более прозаическое объяснение: "В этой сцене Христов должен был спеть высокое ре и, естественно, он не хотел, чтобы в это время кто-то стоял перед ним на авансцене. Именно там находился я, в 8 метрах от него. Я заменял в этом спектакле Марио Филлипески и стоял там же, где должен был быть он. "Молодой человек, уйдите отсюда", - бросил мне Христов и замахнулся на меня шпагой. Я схватил ее за лезвие и порезал руку. А через неделю мы обменялись дружеским рукопожатием к радости директора театра и фоторепортера, который нас снимал"В феврале Корелли выступал в "Девушке с Запада" с Магдой Оливеро и их дуэт был признан уникальныи и непревзойденным в истории этой оперы. Затем последовали спектакли "Нормы" с Черкуэтти и Симионато, которые имели настолько ошеломляющий успех, что в зале каждый раз гасили свет, вынуждая публику в конце концов покинуть театр. В те годы Лоретта Корелли продолжала петь небольшие партии, в этой "Норме" она выступала в роли Клотильды.
Весной 1958 Франко пел в Неаполе, в "Тоске" с Тебальди и "Силе судьбы" с Тебальди, Бастьянини и Христовым (видеозапись этого спектакля хорошо известна. Это был дебют Корелли в партии дона Альваро).
19 мая состоялась премьера "Пирата" Беллини в Ла Скала. Партию Имоджене пела Мария Каллас, и это были ее последние выступления перед тем как она покинула театр более чем на два года. Отголоски римского скандала все еще давали о себе знать, поскольку директор Ла Скала Антонио Гирингелли уже объявил певице, что театр в ней больше не нуждается. Разумеется, публике все это было известно. Каллас по-своему отомстила Гирингелли: в конце последнего, пятого спектакля, в сцене, где Имоджене видит виселицу, на которой умрет ее возлюбленный, она произнесла фразу своей героини: "Palco funesto...", указав жестом, полным презрения, на директорскую ложу. "Palco" (виселица) означает на итальянском также "ложа" или "балкон". Публика, разумеется, все поняла и аплодисменты переросли в стихийную демонстрацию. Тем не менее, бывшая королева Ла Скала вернулась в театр только через два с половиной года, и что характерно, с теми же партнерами - Франко Корелли и Этторе Бастьянини.
Летом 1958 Корелли отправился на гастроли в Висбаден, Штутгарт и Мюнхен с "Тоской", а затем вернулся в Термы Каракаллы петь в "Паяцах" и "Аиде". В Вероне он впервые выступал с Леонтин Прайс в "Аиде". Всю осень он пел в разных итальянских городах и в конце года вернулся в Ла Скала, где его ждала "Турандот" с Биргит Нильссон. Сразу за этим спектаклем последовала нашумевшая итальянская премьера "Геракла" Генделя с Элизабет Шварцкопф, Джульеттой Симионато, Этторе Бастьянини и Джеромом Хайнсом.В том же 1958 Итальянское телевидение осуществило четвертую экранизацию оперы с участием Корелли, это была "Турандот" с Люциллой Удовик в заглавной партии.
1959 оказался для Франко чрезвычайно насыщенным. "Турандот" в Парме, "Кармен" в Палермо, "Турандот" и "Трубадур" в Лиссабоне и т.д. Он также принял участие в двух новых постановках Ла Скала, "Эрнани" (с Маргеритой Роберти, Этторе Бастьянини и Никола Росси-Лемени) и "Кармен" (с Джульеттой Симионато). Некоторые спектакли 1959 были записаны на пленку, в том числе "Тоска" с Тебадьди и Кольцани в Ливорно и "Адриенна Лекуврер" Чилеа в Неаполе. В последней принимали участие Магда Оливеро, Джульетта Симионато и Этторе Бастьянини. Как известно, сам композитор считал Магду Оливеро идеальной Адриенной, похоже, такого же мнения придерживалась и публика. Впрочем, остальные участники спектакля имели успех не меньший.Череда триумфов продолжилась в 1960 году - три новых постановки в Ла Скала ("Андре Шенье", "Турандот" и "Кармен"), "Трубадур" в Неаполе, дебют в Монте Карло в "Турандот", "Сила судьбы" в Венеции. Кроме того, Корелли записал в студии два оперы: "Норму" с Марией Каллас и Кристой Людвиг и "Паяцев" с Люсине Амара и Тито Гобби.
Год 1960 закончился для Франко одним из его величайших триумфов - "Полиэвктом" Доницетти. Полузабытая опера была выбрана для открытия сезона Ла Скала 1960-61. Вокруг этого события возник невероятный ажиотаж задолго до премьеры, поскольку в театр возвращалась Мария Каллас. Возвращение примадонны было обставлено с невероятной роскошью, зал был украшен 15000 живых фиалок. Публика устроила овацию певице уже в фойе. Тем не менее истинным героем вечера стал Франко Корелли.
"Полиэвкт" это "опера тенора" и успех Корелли вполне закономерен, но может показаться странным, что Каллас, ревнивая к чужому успеху, решила на этот раз оказаться в тени. На самом деле тогда уже ни для кого не было секретом, что ее голос находился в состоянии упадка и именно этим отчасти объяснялся выбор оперы - партия Паолины не предполагает таких вокальных трудностей как Норма или Лючия. Перед спектаклем она нервничала как никогда и полностью положилась на своих партнеров, Корелли и Бастьянини. Несмотря на грандиозный успех, критики писали, что только в последнем действии они снова услышали великую Каллас.После долгожданной и успешной премьеры спало сопровождавшее многочисленные репетиции нервное напряжение и Корелли смог полностью посвятить себя подготовке к событию не менее для него важному - дебюту в Метрополитен-Опера.
27 января 1961 года Метрополитен-опера отмечал 60-летие со дня смерти Джузеппе Верди новой постановкой "Трубадура". Это был совместный дебют Леонтин Прайс и Франко Корелли. Успех был беспрецедентный даже для такого театра как Мет, и уже на следующий день ему были посвящены передовицы большинства нью-йоркских газет. Но оказалось, что речь во всех статьях идет исключительно о Леонтин Прайс, которая была первой чернокожей певицей в Мет (вообще-то первой была Мариан Андерсон, но она пела только партию Ульрики в "Бале-Маскараде", которая по либретто негритянка). Корелли был обескуражен тем, что о нем практически забыли. "Я не могу описать ту смесь лести и угроз, которую мне пришлось использовать по отношению к Франко Корелли после его дебюта в театре, случайно совпавшего с дебютом в этом спектакле Леонтин Прайс, побудившим прессу все внимание сосредоточить на ней и практически не уделить никакого внимания Корелли", - пишет директор Метрополитен-опера Рудольф Бинг в своих мемуарах, - "Я не хочу снова петь с этой сопрано", - заявил он на следующий день в моем кабинете... Но все же пел, и оставался в театре более десяти лет, и давал один великолепный спектакль за другим...".От себя добавлю, что Корелли не только остался в Мет на тринадцать лет, но и продолжал как ни в чем ни бывало петь с Леонтин Прайс. Более того, оба они всегда отзывались друг о друге не иначе как с восхищением. Кстати, сохранилась одна из записей этой постановки "Трубадура".Вслед за дебютом Корелли снова появился в Метрополитен 4 марта 1961 в новой постаноке "Турандот" с Биргит Нильссон и Анной Моффо, под управлением Леопольда Стоковского. Эта опера не ставилась в Мет более тридцати лет, то есть со времен Марии Йеритцы и Джакомо Лаури-Вольпи.Последняя опера Пуччини в течение многих лет не была столь же популярной, как "Тоска" или "Богема". Только в шестидесятые годы она наконец заняла подобающее ей место в репертуаре театров всего мира. Отчасти это своего рода воскрешение объясняется огромным успехом нью-йорских постановок "Турандот". Дуэт Нильссон - Турандот и Корелли - Калаф пользовался поистине голливудской славой, а публика брала штурмом кассы "Метрополитен".Первый сезон Корелли в Мет закончился двумя спектаклями "Дон Карлоса", а затем он принял участие в весенних гастролях театра по всей стране. Везде, в Кливленде, Атланте, Сент-Луисе, Чикаго, Миннеаполисе, Детройте, публика аплодировала стоя. Америка была влюблена в свою новую звезду. И эта любовь стала взаимной - на последущие двадцать лет Америка и Нью-Йорк стали для Франко Корелли второй родиной. До 1974 года он занимал в Мет место, сопоставимое лишь с тем, которое в свое время принадлежало в этом театре Энрико Карузо. Репертуар Мет составлялся на весь сезон только после того, как Корелли уточнял даты своих выступлений.В 1961 Корелли выступал и в Италии, в "Андре Шенье" в Венеции и в "Кармен" на Арена ди Верона. Затем последовал "Трубадур" в Берлине (эта запись была выпущена недавно на СD), и дебют в барселонском "Лисео" в партии Каварадосси.7 декабря 1961 Франко в четвертый раз открывал сезон Ла Скала. На этот раз это была "Битва при Леньяно" (поставленная в честь 100-летия объединения Италии). Запись этого спектакля, в котором принимали участие Антониетта Стелла и Этторе Бастьянини, также периодически переиздается на CD.В начале 1962 Корелли дебютирует в Ницце в "Тоске", и в этой же опере открывает сезон в Метрополитен. В пяти представлениях пели пять примадонн - Маргерита Роберти, Биргит Нильссон, Зинка Миланова, Личия Альбанезе и Леонтин Прайс. Затем он выступил в "Аиде" (сохранилась запись от 03.03.62), "Турандот", и "Кармен с Мэрилин Хорн и Ансельмо Кольцани.В мае Корелли вернулся в Ла Скала и после нескольких выступлений в "Турандот" принял участие в легендарной постановке "Гугенотов" Мейербера. Считается, что для этой оперы нужны семь певцов экстра-класса, отчасти поэтому в настоящее время она почти что предана забвению. Но в том спектакле, помимо Корелли, участвовали Джоан Сазерленд, Джульетта Симионато, Николай Гяуров, Фьоренца Коссотто, Джорджо Тоцци и Владимиро Ганцаролли. Все восемь спектаклей имели неописуемый успех, одну только Сазерленд вызывали на сцену в течение получаса (несмотря на то, что она пела маленькую партию Маргариты Наваррской), а знаменитый дует Валентины и Рауля из четвертого действия вызвал в зале настоящий приступ безумия. Легенда гласит, что женщины в партере бросали Франко не цветы, а собственные драгоценности.Вслед за этим триумфом следует другой - дебют в Зальцбурге в "Трубадуре" с Леонтин Прайс, Джульеттой Симионато и Этторе Бастьянини под управлением Герберта фон Караяна. Эта постановка вошла в историю как одна из самых совершенных. Как не вспомнить известные слова Верди о том, как нужно петь "Трубадура" - "вам просто нужны четыре лучших певца в мире".После выступлений в Вене в "Тоске" с Леонтин Прайс в заглавной партии, 15 октября 1962 он снова открывает сезон в Метрополитен, в этот раз в "Андре Шенье" с Эйлин Фаррелл и Робертом Мерриллом. В этом же сезоне Корелли выступал также в "Аиде" и "Эрнани".Затем, 7 декабря 1962 Корелли в пятый раз открыл сезон Ла Скала с Антониеттой Стеллой, Этторе Бастьянини и Фьоренцой Коссотто в "Трубадуре" и вернулся в Метрополитен, чтобы принять участие в весенних гастролях театра. Осень 1963 он провел в Вене, где пел Туридду, Манрико, дон Карлоса и Хозе, и в декабре снова открывал сезон в Ла Скала, на этот раз в "Сельской чести " с Джульеттой Симионато. Затем Корелли выступил в миланской постановке "Девушки с Запада" с Джильолой Фраццони и той же зимой вернулся в Метрополитен. Этот сезон оказался для него не слишком удачным. Все началось с одного из представлений "Трубадура" - он явно испытывал проблемы с голосом и из-за этого перестал следить за темпами и откровенно пропускал целые фрагменты перед высокими нотами, особенно это было заметно в стретте. Из зала довольно громко свистели, но эти проявления недовольства быстро утонули в громоподобных овациях. Затем, 7 марта, во время радиотрансляции "Дон Карлоса" с Леони Ризанек, Ирен Далис и Джордждо Тоцци произошел почти анекдотический случай. После сцены аутодафе во втором действии Ризанек спела фразу "Здесь Карлос! О небо!", но Карлос не появился. Дирижер Курт Адлер пытался сохранять спокойствие, в то время как все остальные старательно делали вид, что ничего особенного не происходит. Прошло уже достаточно времени и публика почувствовала, что происходит что-то странное. В конце концов Корелли все же появился на сцене без каких бы то ни было объяснений, и спектакль продолжился. Как оказалось, он просто выяснял отношения с женой и игнорировал все попытки вызвать его на сцену. Конечно, такое случалось вовсе не каждый день, но к сожалению этот случай положил начало мифу о звезде капризной и непредсказуемой.Его постоянные ссоры с женой за кулисами вошли в историю. Очевидцы свидетельствуют, что отголоски этих баталий были слышны даже на сцене. Все начиналось в тот момент, когда Корелли уходил за кулисы, и все, что он не так спел или не так сыграл, подвергалось беспощадной критике. Справедливости ради надо сказать, что при всей своей придирчивости, Лоретта всегда защищала его от нападок со стороны прессы и критиков, особенно тогда, когда дела шли не слишком хорошо.После весенних гастролей с Метрополитен Франко выступал в Париже в "Тоске", а затем там же в весьма противоречивой постановке "Нормы" с Марией Каллас и Фьоренцой Коссотто. Было очевидно, что карьера Каллас приближается к концу, и хотя ее интерпретация Нормы стала еще глубже и проникновенней, голос подводил ее, чем откровенно воспользовалась Коссотто, превратив спектакль в своеобразную дуэль. Корелли завершил свой сезон в Париже "Дон Карлосом", а в октябре, после студийной записи "Трубадура", пел Манрико и Хозе в Чикаго и Джонсона в Филадельфии, с Дороти Кирстен и Ансельмо Кольцани.7 декабря 1964 Франко открыл свой последний сезон в Ла Скала, на тот раз в "Турандот" с Биргит Нильссон и Галиной Вишневской (Запись этого спектакля едва ли не лучшая в истории "Турандот, а о самой премьере рассказывает в своей биографии Галина Вишневская").В 1965 на сцену Метрополитен вернулся Этторе Бастьянини, который не выступал в театре более пяти лет. Это были последние выступления легендарного баритона, и лишь гораздо позже стало известно, что у Бастьянини был рак горла. Он умер в 1967 году в Сиене, своем родном городе, и Корелли оказался единственным из его друзей и коллег, кто навещал его и помогал ему до самого последнего дня.Корелли и Бастьянини выступали вместе начиная с середины 50-х, то есть более 10 лет. Это был своего рода идеальный дуэт, потому что их голоса и манера пения удивительным образом сочетались. Сохранилось достаточно много записей их совместных выступлений, назову только несколько: "Андре Шенье", "Полиэвкт", "Битва при Леньяно", 3 "Трубадура" и видеозапись "Сибы судьбы".19 марта 1965 в Метрополитен опера вернулась также и Мария Каллас (впрочем, она мало выступала там в течение своей карьеры из-за разногласий с директором, Рудольфом Бингом). Публика встретила ее овацией, которая казалось, никогда не кончится. На самом деле это было скорее не возвращение в театр, а прощание с ним, поскольку в том же году Каллас покинула сцену. Ее последней ролью была Тоска (в Париже, Лондоне и Нью-Йорке). В нью-йоркской "Тоске" ее партнерами были Франко Корелли и Тито Гобби. Спектакль вошел в историю Мет как одна из самых волнующих ее страниц, несмотря на то, что и Каллас и Гобби были не в лучшей вокальной форме. Это было последнее совместное выступление Каллас и Корелли.
Начиная с 1965 Корелли постоянно жил в Нью-Йорке, и в последующие годы он редко выступал где-либо за пределами Соединенных Штатов. Осенью этого года он выступил в "Турандот" в Филадельфии, и в "Богеме" в Чикагской лирической опере. В Метрополитен он появился вместе с Дороти Кирстен и Ансельмо Кольцани в "Девушке с Запада", которая стала очередным триумфом. Правда, на одном из следующих представлений, Корелли покинул театр уже после первого акта. Дело в том, что Элинор Стибер, исполнявшая партию Минни, была настолько неподготовлена к роли, что читала собственный текст со шпаргалок, приклеенных к реквизиту, и все время вступала невпопад. Спектакль превратился в сплошное недоразумение, и Корелли, которого эта ситуация в конце концов вывела из себя, сказался больным и ушел. Его заменил Гаэтано Бардини.
16 апреля 1965 года было дано последнее представление в старом здании Метрополитен Опера, на котором Корелли и Тебадьди спели дуэт из второго действия "Манон Леско". В октябре театр переехал в новое здание в Линкольн-центре, и первым спектаклем, который спел там Корелли, стала "Джоконда" с Ренатой Тебальди, Миньон Данн, Чезаре Сьепи и Корнеллом МакНилом. Эта постановка имела грандиозный успех, а билеты невозможно было найти ни на один из девяти спектаклей.
Зимой 1967 Корелли несколько раз выступал в Европе: во Флоренции он спел дона Альваро, в Парме - Каварадосси, а в Лиссабоне- Андре Шенье. Однако такие выступления становились все более редкими.
19 сентября 1967 в Метрополитен состоялась премьера "Ромео и Джульетты" Гуно, оперы, которая не шла в театре несколько десятилетий. Партию Джульетты исполняла Мирелла Френи. Несмотря на то что, что билеты были сметены из касс в одно мгновение, а сама постановка имела грандиозный успех у публики, отзывы критиков были вовсе не столь благожелательными. Признавая, что в Метрополитен Ромео и Джульетта еще никогда не выглядели так правдоподобно, большинство критиков отмечали, что дикция и французское произношение Корелли оставляют желать лучшего, а Френи пела все колоратуры весьма приблизительно. Впрочем, это не помешало Франко спеть затем партию Ромео в Сиэтле и Филадельфии, а также записать оперу целиком вместе с Миреллой Френи.Партию Ромео Корелли очень часто пел в последние годы своей карьеры, более того, если не считать Родольфо из "Богемы", она стала чуть ли не единственной, которую он исполнял в то время.Что же касается проблем с французским языком, то они были у Франко всегда. Когда в 1970 году Корелли записывал свою вторую "Кармен", звукозаписывающая компания даже наняла преподавателя французского, чтобы исправить его произношение, но и это не помогло. Сам Корелли в одном из своих интервью говорит, что петь по-французски для него всегда было труднее не только с фонетической, но и вокальной точки зрения.В ноябре 1967 Корелли исполнил Реквием Верди в Лос-Анджелесе и в конце года выступал в Парме в "Силе судьбы".В феврале 1968 года он пел в Метрополитен в "Тоске", сначала с Режин Криспен, а затем с Леони Ризанек и Ренатой Тебадьди. В то время Корелли стал чаще давать концерты, один из них - с молодой Монтсеррат Кабалье в зале Нью-Йоркской Филармонии, который был опубликован на CD.
16 сентября 1968 "Адриенна Лекуврер" открывала новый сезон "Метрополитен". Главные партии пели Рената Тебадьди и Франко Корелли. В конце спектакля директор Мет Рудольф Бинг подошел к Тебадьди и попросил ее зайти в гримерную Корелли, шепнув ей на ухо: "С вами хочет встретиться старый друг". "Старым другом" оказалась Мария Каллас, которая наконец помирилась со своей соперницей.
28 сентября Франко отменил свое выступление в "Адриенне" за 40 минут до начала спектакля, объяснив это простудой. Слегка ошарашенный Рудольф Бинг (который, впрочем, уже привык к подобным вещам) немедленно нашел ему замену в лице Пласидо Доминго, который должен был дебютировать в Мет 4 днями позже, в "Турандот" с Биргит Нильсон. Комичность ситуации заключалась в том, что звонок Бинга застал Доминго в том момент, когда он уже выходил из дома, чтобы успеть в Мет на последнее представление "Адриенны" с Корелли. В результате спектакль начался с двадцатиминутным опозданием. Сначала в зале стояло настороженние молчание, но затем публика, обиженная на Корелли, сменила гнев на милость, и представление закончилось полным триумфом. На следующий день одна из Нью-Йорских газет вышла с огромным заголовком: "У нас есть тенор!". Как утверждает сам Доминго, его первой мыслью тогда было то, что Корелли нарочно подстроил всю эту историю, чтобы испортить дебют в Мет своему более молодому сопернику. Было ли так на самом деле, мы, вероятно, никогда не узнаем.В общей сложности, Доминго заменял Корелли семь раз, то есть больше чем какой бы то ни было другой тенор. Кроме того, когда Франко покинул Метрополитен навсегда в 1974, Доминго получил "в наследство" две роли, который Корелли постоянно пел в Мет - Каварадосси и Ромео.Говоря о заменах, стоит вспомнить также и о том, что однажды в Мет произошла обратная история - 10 января 1971 Корелли заменял Доминго в "Эрнани". Это был тот самый редкий случай, когда недовольство публики мгновенно сменилось единодушным восторгом.В 1969 Корелли стал выступать значительно реже чем раньше. Только 4 апреля он появился в Мет в "Богеме", а 19 - в "Адриенне Лекуврер" с Тебальди. Затем последовали традиционные весенние гастроли с театром, и после нью-йорских представленией "Богемы" и "Тоски", Франко устроил себе шестимесячный отпуск.
1970 год оказался куда более насыщенным. Корелли исполнил весь своей традиционный репертуар в Мет, а также выступал в Париже в "Тоске", в Мачерате - "Турандот", в Вероне - "Кармен" и в Вене - "Дон Карлос". Последний спектакль с участием Гундулы Яновиц, Николая Гяурова и Ширли Веррет был записан, сохранился также видеофрагмент финального дуэта Карлоса и Елизаветы.
В декабре 1970 Корелли выступал в Белграде в "Кармен" и "Богеме", а затем начал новый сезон в Мет. "Эрнани" и "Андре Шенье" прошли нормально, но "Лючия ди Ламмермур" стала почти провалом, от которого Франко спасла лишь благожелательность американской публики. Партия Эдгара, которую он спел бы без проблем десять лет назад, теперь превратилась в неодолимое препятствие. Корелли с трудом допел первый спектакль, сражаясь с высокой тесситурой, и все же рискнул спеть и во втором. Но на этот раз его хватило только до конца первого действия, после чего он решил, что продолжать просто не имеет смысла. После "Лючии" стало совершенно очевидно, что проблемы с голосом, которые дали о себе знать еще в 1969, носят отнюдь не временный характер. Голос, до сих никогда не подводивший Корелли, стал резче и глуше в среднем регистре и казался усталым, хотя верхние ноты были по-прежнему блестящими. Это был сокрушительный удар по самолюбию тенора, который к тому же всю жизнь страдал от комплекса неполноценности. Поэтому в те годы для него стало обычной практикой говорить, что он собирается покинуть сцену. Однако на самом деле это произошло только через несколько лет.
Одним из последствий этой возросшей неуверенности в себе стала печальная история с премьерой "Вертера" на открытии сезона Мет в 1971. Еще до премьеры вокруг нее было поднято много шума, поскольку "Вертер" не ставился в Мет в течение многих лет, а кроме того исполнитель заглавной партии вызывал у критиков большие сомнения. Все это видимо и сыграло свою роль, когда Корелли отменил свое участие в премьере всего за день до нее. Найти замену для Вертера вовсе не так просто, как, скажем, для Каварадосси или Манрико, но Бинг все же нашел какого-то безвестного тенора. На следующем спектакле Корелли все же решился выйти на сцену. "Вертер" стал его последним великим триумфом, по крайней мере среди публики, хотя не все критики разделяли эти восторги. Одни писали, что наконец-то увидели на сцене Вертера из плоти и крови, таким, каким его изобразил Гете, а другие - что Корелли с его веристской манерой пения не имел права даже приближаться к этой опере, которая должна остаться уделом лирических теноров. Единство во мнениях не достигнуто до сих пор.Добавлю от себя, что запись одного из спектаклей, сделанная в 1972 году, оставляет двойственое впечатление. Наверное, музыку Массне нужно петь не так, а чувство стиля никогда не было сильной стороной Франко. Его голос в 1972 был уже довольно бледной тенью былого великолепия. Но в этом спектакле есть моменты, и их не так уже мало, где его пение потрясает до глубины души, причем такого не услышишь в более ранних записях. Впрочем, подчас уменьшившиеся вокальные возможности способствуют большему вниманию к деталям и более глубокому проникновению в образ, прекрасным примером чего являются записи Марии Каллас, сделанные в начале 60-х годов.Осенью 1971 Корелли выступал в Токио и Сеуле с серией концертов. Японцы, всегда относившиеся с трудно объяснимым благоговением к итальянским оперным певцам и такому чуждому им западному культурному феномену как опера, принимали его с восторгом, переходящим в безумие. Но благодаря им сохранились видеозаписи двух "живых" концертов Франко в Токио (второй с Ренатой Тебальди).
В конце 1971 Корелли выступал в Парме в "Норме" с Кристиной Дойтеком. В январе 1972 он вернулся в Мет, спел в "Силе судьбы" и оставался в театре до июля. Летом он пел в Вероне в "Эрнани" и "Аиде". После двух выступлений в Лиссабоне и концерта в Лондоне, Корелли выступал только в Америке. Исключением стали концерт в Вене в конце 1973 года, вместе с Ренатой Тебальди, и турне по Дальнему Востоку, также с Тебадьди.Последней новой ролью Франко стал Макдуф в "Макбете" Верди. После этого не было больше ни новых ролей, ни новых городов. Его выступления становились все более редкими, а рецензии критиков все более неблагожелательными. В 1975 Корелли пел только две партии - Ромео и Родольфо, и не выступал больше в Метрополитен. Он сделал исключение только для летних спектаклей "Турандот" и "Кармен" на Арена ди Верона. После этого он не выступал почти год, возможно, надеясь обрести прежнюю вокальную форму.10 августа 1976 Корелли последний раз выступил в оперном спектакле, это была "Богема" с Адрианой Малипонте в Торре дель Лаго.Видимо, тогда Корелли не мог предположить, что этот спектакль окажется и в самом деле последним. Сначала он предполагал устроить себе отпуск на три месяца, но они прошли, а он по-пержнему считал, что не готов вернуться на сцену. За это время возникали самые невероятные слухи, самым распространенным из них был тот, что Корелли планирует выступить в партии Отелло. Видимо, это была не такая уж и неправда, что подтверждают интервью. Тем не менее, прошло почти пять лет прежде чем Франко снова появился перед публикой. В июне 1980 он выступил с концертом в Нью-Арке, а в 1981 в Нью-Джерси и еще нескольких городах, в том числе в Стокгольме (там провожали со сцены Биргит Нильссон). Несмотря на пятилетний перерыв, его голос не восстановился. Корелли вовремя это понял и решил, несмотря на уговоры поклонников и недобросовестных импресарио, что здесь он должен остановиться.
В течение некоторого времени Корелли продолжал жить в Нью-Йорке, а затем вернулся вместе с Лореттой в Анкону, свой Последние годы жизни Франко провел в Милане. Покинув сцену, Корелли начал заниматься преподавательской деятельностью (также как и Лоретта), и его самым знаменитым на сегодняшний день учеником является Андреа Бочелли. Франко Корелли умер 29 октября 2003 года и похоронен на Монументальном Кладбище в Милане.
Конец
При подготовке биографии Франко Корелли были использованы материалы с сайта http://www.homecoll.ru/
Серия сообщений "ПЕВЦЫ":
Часть 1 - ПЕСНИ МОЕГО МУЖА - ПРОШУ ОЦЕНИТЬ!!!!
Часть 2 - БОРИС ХРИСТОВ - УНИКАЛЬНЕЙШИЙ БОЛГАРСКИЙ БАС
...
Часть 5 - ДЛЯ ВАС ПОЕТ ФРЕНК СИНАТРА, ДРУЗЬЯ!!!!
Часть 6 - Памяти Франко Корелли (1921-2003)
Часть 7 - ФРАНКО КОРЕЛЛИ - "ПРИНЦ ТЕНОРОВ"!!!
Часть 8 - ТИТО ГОББИ - "ГОЛОС - ВЕЛИЧАЙШАЯ СИЛА"...
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник ФРАНКО КОРЕЛЛИ - "ПРИНЦ ТЕНОРОВ"!!! | Лидия_1410 - Дневник Лидия_1410 |
Лента друзей Лидия_1410
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»