Прочел интересный пост Отто фон Бисмарк - Ангеле Меркель (автор ХРОНОМЕТР), в которых Бисмарк дает наставленя нынешнему канцлеру Германии Ангеле Меркель об отношениях с Россией.
Бисмарк хорошо знал Россию, он был послом Германии в России при короле Вильгельме I, он явился вдохновителем создания II рейха, в результате король Вильгельм II получил титул императора Германии и короля Пруссии (это был последний германский император), император Вильгельм II находился под его сильным влиянием. Так чт Бисмарк знал, о чем писал и говорил.

И в этой связи уместно вспомнить один небольшой эпизод из истории российско-германских отношений.

[350x]Во время своего визита в Россию в 1897 году Вильгельм II (германский император и король Пруссии) посетил 85-й Выборгский полк в Петербурге. После отдачи церемониальных почестей, во время смотра, он подошёл к полковому трубачу и спросил, за что полку пожалованы серебряные трубы.
- За взятие Берлина, Ваше Императорское Величество! - рявкнул трубач.
- Ну, этого больше не повторится, - немного смущённо сказал Вильгельм.
- Не могу знать, как прикажет нам наше Императорское Величество! - так же громко ответил трубач.
Вильгельм II молча пошёл дальше...

Взятие Берлина весной 1945-го навсегда вошло в историю нашей армии, но мало кто помнит, что Берлин русские брали не только в 45-м.

Первый раз Берлин (тогда еще столица Пруссии) был взят войсками генерала-фельдмаршала Петра Семеновича Салтыкова в кампанию 1760 года, во времена Семилетней войны (1756-1763). Непосредственно в Берлинской экспедиции принимали участие 20 000 русских, под начальством графа Чернышёва, и 15 000 австрийцев, под начальством Ласси и Брентано. Им противостоял берлинский гарнизон численностью порядка 12 тысяч человек, плюс пришедший ему на помощь корпус принца Вюртембергского - еще 14 тысяч штыков.
Не рассчитывая на своих подопечных, комендант Берлина, генерал Роков, решил было сразу "сделать ноги" и, если бы не воинственные прусские военачальники, баталии бы не случилось вовсе.
Наши попытались было переправиться через Шпрее, но пруссаки заставили их хлебнуть водицы, не вышло с ходу захватить плацдарм для штурма. Но уже вскоре упорство атакующих было вознаграждено: триста русских гренадеров - прославленных мастеров штыкового боя - ворвались в Гальские и Котбусские ворота. Но, не получив вовремя подкрепления, они потеряли 92 человека убитыми и вынуждены были отступить от берлинской стены.
Трудно сказать, сколько бы еще продолжалась битва, но даже самые воинственные из прусского генералитета решили не рисковать и под покровом ночи эвакуироваться из столицы. Они выбрали из русских генералов менее прочих рвавшегося в бой Тотлебена (урожденного немца, долго прожившего в Берлине) и сдались ему. Не посоветовавшись ни с кем, Тотлебен капитуляцию принял, пруссаков через свои позиции пропустил. Интересно, что с русской стороны сию не безоговорочную, а вполне приемлемую для немцев капитуляцию принимали Тотлебен, Бринк и Бахман. С немецкой - переговоры вели Вигнер с Бахманом - однофамильцем нашего.
Можно представить, что почувствовал Чернышев, узнав, что пруссаки капитулировали, и лишили его доблестной виктории! Он бросился в погоню за неспешно и культурно отступающими неприятельскими колоннами и стал крошить их стройные ряды в капусту.