Наш рейс выполнял ИЛ-62, наш магистральный самолет тех времен. Он шел до Ханоя с посадкой в Ташкенте и Калькутте. В Калькутте мы должны были пересесть на Вьетнамские авиалинии, их обслуживали ТУ-134. Лететь до Хошимина. Там пересадка на рейс Хо Ши Мин- Пном-Пень (столица Кампучии).
Только самолет набрал высоту, вдруг раздались странные звуки. Оказалось, с нами летела группа кришнаитов. Они стали сновать по проходу в своих странных розовых одеяниях, позванивать в свои маленькие литавры, петь свои песнопения. Все это сперва тихо, но все громче. Но стюардессы их угомонили: будете шуметь, в Ташкенте останетесь. Дальше рейс прошел тихо и спокойно. Садились в Ташкенте, Бомбее, прибыли в Ханой. В Ханое нас никто не встретил: телеграмма из Москвы не пришла. Но представитель консульства был при прилете, он нас увидел, помог с оформлением виз и пр. Визы заполнять было просто. Надо было писать везде «нет»6 в графе фотоаппараты – «нет», хотя у меня на шее висит Зенит и все без проблем. Дело в том, что если напишешь «Зенит», таможенник будет разбираться с этим часа 2 – так нам пояснил консульский работник. Поехали в гостиницу на микроавтобусе, с нами же поехал тоже прилетевший и никем не встреченный монгол. Спрашивает (он говорил по-русски): «Вы куда». Мы ответили, он заохал, стал объяснять, что там антисанитария, руки надо водкой мыть. А мы ведь еще и без прививок… В гостинице нас, естественно никто не ждал, консульский работник долго уговаривал «мадам» - хозяйку гостиницы – разместить нас. В конечном итоге нам выделели два номера. В одном разместили переводчицу Леночку, в другом устроились мы втроем. Нам не повезло. В день прилета разбился вертолет посольства, погибли наши люди. Поэтому ни в посольстве, ни в консульстве не было ни одной машины, ни одного человека, чтоб организовать нам экскурсию по городу. Бродили самостоятельно. С Ханоем я познакомился позже, в следующий прилет.
Утром мы вылетели в Хо Ши Мин. Летели на Ту-134. Каждому выдали по бумажному вееру, поскольку духота и жара была страшная. В Хо Ши мине мы пересели опять на Ту-134, но уже Камбоджийских авиалиний, вылетели в Пном-Пень. Правда вылет задержали часа на два: в Пном-Пене шел сильный ливень, как нам удалось выяснить.
Подлетая к Пном-Пеню, в иллюминатор самолета была видна равнина, почти сплошь залитая водой. Куда же мы садиться будем? – мелькнула мысль.
В Пном-Пене нас встретили представители местной гидрометеослужбы. Таможенники, вьетнамские военные, между прочим, нас быстро отпустили. Наши декларации со сплошными «нет» их вполне устроили. Повезли нас к месту, где нам предстояло жить. Город сильно разрушен пол-потавцами.
Нас разместили на небольшой вилле. Оказывается одну из небольших улиц, отходившей от главной и застроенную такими небольшими (в 2 этажа) вилами отвели для размещения советских делегаций. В дальнем конце улицу перегородили баррикадой строительных обломков, ржавых авто, в начале улицы установили пропускной пункт: шлагбаум, военные с автоматами. Все вилы разные, очень красива колониальная французская архитектура. Очень красиво смотрятся вилы вечером, когда на улице темнеет, в зданиях горит свет. Окна первых этажей застеклены матовым стеклом, на фоне которого видны очень красивые ажурные решетки. Вдоль улиц много пальм. Кое-где растут фикусы – деревья высотой до 70 м. Банановые кусты, деревья папайи, хлебного дерева, ананасы… Да, красивым был Пном-Пень до пол-потовского правления…
Нам выделили две комнаты на втором этаже, они были оснащены старыми кондиционерами. На крыше размещался солярий – с большим каменным зонтом, с каменой же скамьей, подведена вода. Все в плачевном состоянии, но облиться из шланга, посидеть на скамье, позагорать в ноябре было приятно.
На первом этаже жил немец с женой – они приехали учительствовать. Немец дал нам первые уроки пребывания и поведения в городе, в стране. Следует сказать, что на севере еще шла война с пол-потовцами, вьетнамцы дожимали в джунглях их остатки. Поэтому выезд из города был разрешен (для русских) с ведома посла и только с охраной. Сам Пном-Пень только приходил в себя после изгнания пол-потовского режима.