В одну из командировок в Грузию у меня была инспекционная миссия. Надо было оценить работу обсерваторий, гидрометеостанций. Пару дней провел в Тбилиси, побывал и в противоградовой службе, и с работой управления ознакомился, поработал и в Закавказском НИИ гидрометеорологии.
Дальше планировалось ехать машиной до Сухуми, проверять работу метеостанций. С утра следующего дня выезжаем в сторону Сухуми с заездами на метеостанции. Со мной едет начальник Грузинского управления. Самой высокогорной станцией, посещенной мною, была станция Шови в одноименном селе.
Расположено село на склонах Главного Кавказского хребта. Здесь целебные источники, курорт. В целом, серьезных недостатков в работе и Тбилисских организаций, и на метеостанциях я не выявил. Поэтому настроение у всех было приподнятым. Грузины, сопровождавшие меня, как всегда говорили все вместе, шумели, шутили, были веселы и довольны жизнью. Рассказывали много анекдотов о мегрелах – мы как раз проезжали по горной Сванетии. А посыпались эти анекдоты после того, как наш водитель-мегрел чуть не въехал под колесо впереди идущего Камаза. Я любовался пейзажами Сванетии. На каждой метеостанции, куда мы заезжали, первым делом хозяева бросались «барашка приготовить», приходилось с трудом их отговаривать: "мы сыты". Но в в хранилище вина не зайти было невозможно. В противном случае – обида, большая обида. Приходилось заходить. В горах вино зачастую хранилось в глиняных кувшинах, очень больших, но не закопанных в землю, а в сложенных из камней сараях. Обязательно стояли бочки с кранами. И нас угощали вином. Надо было попробовать 3-4 сорта вина. Обедали мы в придорожном кабачке. Он стоял над небольшой, но бурной речкой, так что попасть в него можно было с любого берега реки. Кроме нас посетителей не было. Готовили прямо при нас, без особых изысков, но вкусно приготовленное мясо, много зелени и овощей.
Заночевали мы в Зугдиди. Начальник управления сам родом отсюда, здесь у него свой дом, в нем живет его мать. Быстро приготовлен ужин. Стол накрыт по-грузински щедро и красиво. Я говорю «Люблю грузинскую кухню…» Кто-то удивляется – ведь о грузинской кухне у нас, русских представление обычно ограничено – шащлык, хачапури и еще несколько блюд. На столе перед каждым стоит 2-3 тарелки, несколько рюмок и лежит огромный хрустальный рог. Приносят купаты, по 5 шт. на тарелке. Я одну тарелочку подвинул к себе, отрезал кусочек купата, в рот взял, а закрыть рот не могу – все обожгло перцем! Как же их можно съесть 5 штук, думаю? Тихонько оглядываюсь вокруг и вижу, что гости берут с тарелки в свою по одной штучке и едят их вместе с мамалыгой, другими блюдами. Я тогда перекладываю надрезанный купат в свою тарелку, оставшиеся отодвигаю подальше.
Особый ритуал – питие. Масса тостов, и каждый раз – до дна - все как в «Кавказской пленнице».Под конец ужина вдруг наливают каждому полный хрустальный рог вина. Грузины начинают петь, потихоньку отпивают из рога. Кто-то встает, произносят тосты… Я слушаю, тоже прихлебываю вино. Но рог большой, очень большой, мне весь его не выпить, и поставить нельзя. Не помню, как вышел из положения. Мне рассказали, что рог надо выпить до дна. Но в былые времена за спиной почетных гостей всегда стоял молодой парень, который и допивал рог до дна, если гость не мог его осилить. Я оглянулся, у меня за спиной действительнго стоял молодой, крепкий парень. Он понял меня, взял из моих рук рог и молча медленно выпил его до дна, потом с поклоном положил его на стол передо мною.
Утром следующего дня отправились на экскурсию по городу, побывали в ботаническом саду, после обеда выехали в Сухуми.
В Сухуми приехали уже затемно. В аэропорту, откуда мне предстояло вылететь в Москву, в депутатской (по современному VIP) комнате был накрыт огромный стол. Это принимал начальник Сухумской гидрометеообсерватории Алеша Алания, мой давний знакомый и приятель. За столом было много местных «чинов», запомнился своей эмоциональностью помощник прокурора республики. Из-за стола встал с трудом. Алеша наказал стюардессам помочь мне выйти из самолета в Москве. Многие стали вручать мне коробки и коробочки с мандаринами – для передачи в Москве своим друзьям. В Москве стюардессы действительно помогли мне выбраться из самолета и погрузиться в автобус со всеми кробками-коробочками. Когда автобус подвез пассажиров к аэровокзалу, я нагнулся и стал нанизывать на пальцы все коробки, пальцев не хватало, чтоб забрать все передачи. А все пассажиры тем временем вышли аз автобуса, водитель видит, что салон пуст (а это был седельный прицеп), закрыл двери и покатил на стоянку служебного транспорта. Как я ни кричал, не барабанил по стеклам, он меня не услышал. И только став на стоянке, он вышел из кабины и пошел (о счастье!) вдоль пассажирского салона. Тут он уже меня услышал, спрашивает – а ты почему тут, почему не вышел у аэровокзала? Я что-то объяснял… Короче, он отвез меня к аэровокзалу. Вышел на площадь. Где-то здесь меня должна была встречать служебная машина. Сил искать ее не было, я плюхнулся в первую попавшуюся. До дома доехал благополучно. Жена встретила, обняла. «А что это у тебя в кармане?» Сунул руку – во внутреннем кармане пиджака лежал рог, отделанный чеканным металлом. Сунул руку во второй карман – и там рог. Потом выяснилось – это Алеша на память подарил…
С Алешей мы поддерживали добрые, дружеские отношения. Как-то попросил его устроить жену и дочь в пансионат. Он устроил и опекал. Свозил их на оз. Рицу.
С развалом Союза наши связи прервались. Алеша уехал с семьей то ли в Ставрополье, то ли в Краснодарию…
Той дорогой, что проехали мы от Тбилиси до Сухуми (Сухума – теперь) проехать уже нельзя: войны, границы, государства…
Озеро Рица/ фото pandrew61
