В операции были также задействованы атомные подлодки, стратегические бомбардировщики, пилотам которых выдали карты целей на территории Израиля, истребительные соединения, получившие приказ прикрывать бомбардировщики и поддерживать арабские ВВС и т. д. В частности, авторы книги приводят показания летчика Юрия Настенко о том, что вечером 5 июня 1967 г. его часть, дислоцированная на Украине, была приведена в состояние полной боевой готовности, и у него не было сомнений, что ему предстоит участвовать в боевых действиях.
Изабелла Гинор и Гидон Ремез подчеркивают, что, вопреки распространенному мнению, даже при Ельцине, не говоря уже о нынешних глухих временах, основные официальные советские источники информации – архивы Политбюро, Генштаба и КГБ – были наглухо закрыты для историков. Тем не менее, исследователям удалось найти немало доказательств своей теории – кое-что в советских архивах, кое-что в архивах стран Варшавского пакта, кое-что в открытых источниках. Они сопоставили собранные ими данные с материалами из архивов Израиля, США и ряда других стран и не нашли ничего, что противоречило бы постепенно складывавшейся картине. Более того, их версия позволяла объяснить ряд загадочных намеков в известных источниках.
Но зачем Москве понадобилось пускаться на авантюру, чреватую прямым военным столкновением с Соединенными Штатами? Авторы книги нашли ответ на этот вопрос в меморандуме, который был включен (по счастливому недоразумению?) в опубликованный в 2003 г. под редакцией Виталия Наумкина сборник документов МИД СССР.
В меморандуме, датированном 23 февраля 1966 г., сообщается, что 13 декабря 1965 г. «один из лидеров израильской компартии товарищ Снэ поставил советского посла в Телль-Авиве в известность о своем разговоре с советником премьер-министра Израиля, Гариэлем [бывший глава легендарной израильской разведслужбы “Моссад” Исер Харель], в которой последний объявил о намерении Израиля создать свою собственную атомную бомбу».
К этому времени существование в Израиле ядерной программы не было тайной для советской разведки. А вот чего в Москве не знали, так это того, на какой стадии находились работы, которые велись в Димоне. Сообщение Хареля было истолковано советским руководством в том смысле, что ядерного оружия у Израиля пока нет, и поэтому еще есть возможность не допустить его появления у еврейского государства, но действовать надо без промедления.
Последовала бурная вспышка советской дипломатической активности с целью напугать Израиль и заставить его заморозить свою ядерную программу. Ничего не добившись, Москва переключилась на подготовку силового решения проблемы. Судя по всему, среди советского руководства не было полного единодушия в отношении того, что следует предпринять. Но известно, что особенно жесткую позицию заняли председатель КГБ Юрий Андропов и замминистра обороны Андрей Гречко. В 1966 г., выступая в Черновцах, маршал Гречко пообещал, что «полувековой юбилей Великой Октябрьской революции будет последним днем существования еврейского государства» и что «с империализмом и сионизмом будет покончено». Был разработан хитроумный план с целью спровоцировать Израиль на упреждающий удар.
«Советское руководство, – пишут авторы книги, – стремилось в максимальной степени снизить вероятность ответных действий со стороны Соединенных Штатов. Для этого необходимо было заставить Израиль первым нанести удар, что навлекло бы на него международное осуждение и вызвало бы недовольство США. Наконец, предлогом к войне должна была послужить израильская ядерная программа, из-за которой у Тель-Авива были серьезные разногласия с Вашингтоном, причем как раз в тот момент, когда перспектива появления у Израиля ядерного оружия тревожила Вашингтон почти в такой же степени, как и Москву».
Изабелла Гинор и Гидон Ремез откопали также так называемый «финский документ», из которого явствовало, что еще до начала Шестидневной войны Советский Союз заготовил ноту с поручением Финляндии представлять свои интересы в Израиле. Из этого неопровержимо следует, что советский план предусматривал разрыв дипломатических отношений с Израилем после того, как он будет спровоцирован на упреждающий удар по Египту.
Историк Майкл Орен пишет, что решающим фактором, вызвавшим войну, был «страх Израиля за свой реактор, а не страх Египта перед ним». Известно, что 17 и 26 мая 1967 г. два самолета совершили пролеты над ядерным комплексом в Димоне. Предполагалось, что это были египетские «МиГ-21». Но Изабелла Гинор и Гидон Ремез доказывают, что разведывательные полеты над израильским ядерным центром оба раза совершил в то время еще экспериментальный и сверхсекретный «МиГ-25», который официально пошел в серийное производство лишь в 1972 г. В то время на Западе не было аналога этой машине, которая получила в классификации НАТО обозначение Foxbat («Летучая мышь»).
Израильские летчики, знавшие «МиГ-21» как свои пять пальцев, сразу поняли, что имеют дело с совершенно другой машиной: самолет, летевший над Димоной, шел на такой высоте и с такой скоростью, что у поднявшихся на перехват истребителей не было никаких шансов его догнать. Пролеты вызвали панику среди командования Армии обороны Израиля, которое (как оказалось, с полным основанием) усмотрело в них признак грядущего нападения на драгоценный ядерный комплекс. Тогда-то и было окончательно решено нанести упреждающий удар по Египту.
Версия Гинор-Ремеза вызвала недоверие среди историков. Но израильская чета нашла подтверждение своей версии – упоминание в советской авиационной литературе о том, что «в конце 60-х гг.» «МиГ-25» проходил эксплуатационные испытания в ближневосточном регионе. А вскоре обнаружился и прямой свидетель – бывший советский летчик в генеральском звании, который засвидетельствовал, что в 1967 г. он совершил полтора десятка полетов в воздушном пространстве Израиля, в том числе два полета на «МиГ-25», настолько секретные, что визу на них дал лично министр обороны СССР. Уже когда книга была в наборе, авторы получили решающее доказательство своей правоты. На сайте российского министерства обороны появилась статья за подписью официального его представителя, где подтверждалось, что оба полета над израильским ядерным центром в мае 1967 г. были совершены «Летучей мышью».
Однако вернемся к основной теме. Насер с энтузиазмом поддержал затею советских друзей. 20 февраля 1966 г. в интервью группе иракских журналистов он объявил: «Если Израиль создаст атомную бомбу, единственной ответной мерой с нашей стороны должна быть превентивная война. Арабские государства должны будут безотлагательно принять ответные меры и полностью лишить Израиль возможности производить атомные бомбы».
В Средиземное море была направлена мощная советская эскадра в составе трех десятков кораблей, включая оснащенные ядерными ракетами подводные лодки: Египет был поставлен под защиту советского ядерного зонтика.
Опираясь на советские ядерные гарантии, Египет разработал план «Операции Фаджр (“Рассвет”)», которая должна была начаться на рассвете 27 мая 1967 г. Другой план, разработанный в ноябре 1966 г. совместно вторым лицом в египетском руководстве фельдмаршалом Абдель Хакимом Амером и маршалом Гречко, назывался «Покоритель» и был основан на советских стратегических концепциях.
Израильские войска захватили в Синае и на Голанских высотах трофейные документы (в том числе и на русском языке) с детальным описанием советско-египетского плана.
Советские генштабисты оценивали шансы израильских и арабских вооруженных сил как приблизительно равные. По их выкладкам ни та, ни другая сторона не должна была добиться решающего превосходства. Это позволило бы Советскому Союзу в нужный момент бросить на чашу весов малую толику своей военной мощи и без особых усилий переломить ход войны в пользу арабских союзников. При этом советская стратегическая авиация должна была разбомбить Димону. Советское руководство все точно рассчитало. В соответствии с планом Израиль удалось спровоцировать на упреждающий удар. Соединенные Штаты, как и предсказывали советские политологи, выразили недовольство по поводу «агрессивных действий» союзника, объявили нейтралитет и вывели свой Шестой флот из восточной части Средиземного моря.
Но планы планами, а действительность обязательно вносит свои коррективы. Известно, что генералы обычно представляют себе следующую войну как точную копию предыдущей. Вот и советские военачальники оказались в плену своих замшелых оперативных представлений, сложившихся во время Второй мировой войны. Они рассчитывали, что в Синае развернется нечто вроде сражения на Курской дуге – лобовое столкновение массированных пехотных и бронетанковых соединений, действующих на широком фронте.
Но Израиль смешал карты советских специалистов, отказавшись следовать их логике.
Советское руководство в течение пяти дней колебалось, не зная, что делать. Израильская авиация перепахала взлетно-посадочные полосы всех арабских аэродромов, приведя их в негодность, а без превосходства в воздухе пытаться реализовать первоначальный план было слишком рискованно. На шестой день войны, когда бригада «Голани» пошла на штурм Голанских высот, Москва все же решила действовать. Но речь уже не шла о разгроме Израиля: нужно было срочно спасать Сирию. Корабли средиземноморской эскадры получили приказ двигаться к местам высадки десантов, но к великому облегчению советских руководителей, военного вмешательства так и не понадобилось – Израиль согласился на прекращение огня.
По окончании войны Москва стала лихорадочно заметать следы. Огромное количество советской военной техники было уничтожено или оказалось в руках израильтян, которые, словно издеваясь над Москвой, устроили открытую распродажу советских трофеев – танков, грузовиков, артиллерийских орудий. Миллиардные дотации арабским друзьям были пущены на ветер, не принеся дивидендов. Особенно унизительным был провал советской разведки, которая столь неверно оценила обстановку на Ближнем Востоке и перспективы арабо-израильского конфликта. Советский престиж стремительно падал, особенно в арабских странах, которые возложили вину за свой провал на своих московских друзей и покровителей. ЦРУ докладывало президенту Джонсону, что «Советы не в состоянии скрыть свое замешательство».
В такой обстановке необходимо было по возможности затушевать факты причастности Советского Союза к столь позорной катастрофе. По своим собственным соображениям в том же были заинтересованы Соединенные Штаты и Израиль. Соответствующая документация во всех трех странах была засекречена, архивы закрыты, советские «советники», захваченные в плен на Голанских высотах, без лишнего шума отправлены домой.
Благодаря всем этим мерам в мировой историографии сложилось совершенно превратное представление о роли Советского Союза в истории Шестидневной войны, укладывающееся в благожелательную концепцию западных историков, согласно которой советское руководство, обжегшись на кубинском ракетном кризисе, решило строить свои отношения с Западом на принципах разрядки напряженности.
Изабелла Гинор и Гидон Ремез сорвали покров с этой уютной, но фальшивой версии, вскрыв опасное прекраснодушие ее авторов – западных историков и политологов, которые на протяжении десятков лет убаюкивали себя сладкими фантазиями о том, что-де советские руководители – трезвые и здравомыслящие люди, которые никогда не станут понапрасну рисковать и подвергать опасности дело мира. Книга израильских исследователей воочию показывает, как опасно предаваться подобным иллюзиям и как близко подошел мир к краю пропасти по милости преемников и верных последователей тирана-авантюриста Сталина, которого западные либералы умильно величали «дядюшкой Джо».
Но, несмотря на то, что мы отвели столько места этой главе, наш рассказ о Шестидневной войне был бы неполным, если бы мы не пригласили еще одного свидетеля – американского русскоязычного писателя Наума Сагаловского. Он рассказывает, что за несколько недель до начала войны израильское посольство в Вашингтоне информировало ЦРУ и Белый Дом о своих действиях по предупреждению арабского вторжения. Каждый аспект израильской стратегии был доведен до сведения США, включая и удар по Сирии. Под давлением США Израиль согласился не воевать с Иорданией и не посылать свои войска на западный берег Иордана. Не только израильская дипломатия, но и агент ЦРУ в Аммане передали королю Хусейну, что, если он не будет участвовать в войне с Израилем, он может сохранить за Иорданией Иудею, Самарию и восточную часть Иерусалима. Король Хусейн, как знает читатель, должен был участвовать в войне и помочь Египту и Сирии уничтожить Израиль. Обещав Соединенным Штатам, что Иордания не будет атаковать Израиль с востока, Хусейн направил иорданские войска под египетское командование в Сирию для нападения с севера. ЦРУ же поспешило сообщить Израилю, что угрозы ему со стороны Иордании не будет. Израильская разведка, однако, быстро узнала о сговоре ЦРУ с Хусейном. Но разведка обнаружила еще более поразительный факт – о сговоре ЦРУ с Египтом, все нити от которого вели выше – к Белому Дому.
АРАМКО и другие крупные нефтяные компании были озабочены тем, что американская помощь Израилю приведет в бешенство арабских нефтедобытчиков. Недостаточно было просто прекратить всякую помощь Израилю – необходимо было оказать секретную помощь арабам. Нефтяные компании обратились к президенту Джонсону с тем, чтобы он «бросил кость» арабам – самую малость, но так, чтобы никто в Штатах об этом не знал. Арабские же лидеры были бы за это благодарны американцам. Белый Дом утвердил план, по которому арабы должны были получить некоторые сведения об Армии обороны Израиля, чтобы, с одной стороны, не нарушить военный баланс, а с другой – дать понять арабам, что Америка на их стороне. Об этом плане знал ограниченный круг людей из Белого Дома, ЦРУ и Агентства национальной безопасности (NSA). К сожалению, «самая малость» вылилась в предательство большого масштаба.
4 июня 1967 г. агент ЦРУ в Египте сообщил президенту Насеру, что Америка готова предоставить ему секретную информацию об Израиле. Насер встретил это сообщение смехом. Его воздушный флот мог бы облететь весь Израиль и собрать нужную информацию без помощи американцев. В конце концов, скоро уже и самого Израиля не будет. Тем же вечером король Хусейн позвонил Насеру и передал ему полученное от ЦРУ сообщение о том, что Израиль атакует Египет на рассвете 5-го июня. Насер посмеялся и над этим сообщением. Он перестал смеяться тогда, когда утром 5-го июня Израиль уничтожил весь его воздушный флот, а затем уничтожил и воздушный флот Сирии. В течение сорока восьми часов Израиль отбросил египетские войска на юг Синайского полуострова, захватил Газу и западный берег Иордана и впервые за 2000 лет возвратил себе восточный Иерусалим.
Король Хусейн был вне себя: ЦРУ обещало ему, что Израиль с ним воевать не будет! Он, очевидно, забыл, что его войска были посланы под египетское командование в Сирии для военных действий с севера. Египетские генералы были в растерянности, им срочно нужна была помощь ЦРУ для ответного удара по Израилю.
И такая помощь была им оказана.
В начале июня 1967 г. американский корабль «Либерти» был выведен из-под контроля военно-морского ведомства и передан в распоряжение Агентства национальной безопасности. Кораблю было дано распоряжение подобрать в Испании двух переводчиков с иврита (сотрудников агентства, неевреев), а затем идти в восточное Средиземноморье. 8-го июня «Либерти» появился у израильских берегов.
«Либерти» был плавающим радиоприемником. Корабль был оборудован новейшими радиокоммуникационными установками. Его задача состояла в том, чтобы составить карту расположения израильских войск. Все военные радиопереговоры израильтян принимались и фиксировались корабельной аппаратурой, затем передавались на британскую станцию на Кипре. Были определены переговорные частоты и местонахождение израильских штабов, полковых и батальонных, вплоть до самых мелких соединений. Спектрографический анализ голосов позволял компьютеру определять каждого израильского командира, как только он начинал говорить по радио или телефону. На основании этих данных британские разведчики должны были составлять карты расположения всех израильских войск и передавать их египтянам, чтобы те могли нанести удар или отрезать израильские войска от линий снабжения. Таков был предательский американо-британский план помощи арабам.
С помощью «Либерти» арабы имели бы возможность знать все то, что знали израильские командиры о движении войск, знать любой маневр с самого начала. Как только Израиль начал перебрасывать свои подвижные резервы с Синайского полуострова для наступления на Голанские высоты на севере, египтяне стали получать от «Либерти» данные о местонахождении каждого открывающегося участка фронта. Это давало им возможность атаковать израильские позиции с юга. Несмотря на бравурные сводки арабских радиостанций о триумфальных победах, к утру 8-го июня уже ничто не могло остановить израильскую армию от наступления на Каир, Амман и Дамаск. Но с предательской помощью американо-британской разведки арабы могли получить если не военную, то политическую победу.
После того, как обе стороны пролили бы достаточно крови, США и Великобритания собирались выступить в роли миротворцев. Конечно, обе стороны будут за это им благодарны, особенно арабы, так что поток арабской нефти не остановится. К счастью, израильская разведка уже знала о шпионской миссии американского корабля: об этом было известно еще до того, как «Либерти» подошел к израильскому побережью. Стоило «Либерти» появиться на горизонте в 6 часов утра 8-го июня, как израильский истребитель засек положение корабля. Через некоторое время другой самолет, начиненный электронным оборудованием, пролетая над кораблем, зафиксировал передачу информации с корабля на британскую базу на Кипре.
Израильские войска должны были начать наступление на Голаны в 11.30 утра. Получив кассеты с записью передачи, которая велась с «Либерти», израильский кабинет собрался для экстренного совещания. Стало ясно, что США предают своего союзника на Ближнем Востоке.
Кабинет отложил наступление на 24 часа и рассмотрел свои возможности. Дипломатический протест ничего не даст. Американцы будут все отрицать, потребуют доказательств, Израиль никаких доказательств предоставить не сможет из опасения раскрыть своих агентов на Западе и в арабских странах, а тем временем будут гибнуть израильские солдаты. Решено было вывести корабль из строя, но с минимальными потерями для американских военнослужащих. Разведка получила копию плана корабля и предложила такой вариант. С первым заходом израильские самолеты обстреляют ракетами и пулеметным огнем верхнюю палубу корабля и наружные антенны. При этом команда корабля скроется во внутренних отсеках. Во время второго захода самолеты сбросят напалмовые бомбы и сожгут антенны и прочее коммуникационное оборудование, не повредив при этом внутренние отсеки, где укроется команда. Дело осложнялось тем, что в одном из отсеков находился электронный центр управления. Решено было вывести его из строя одной точно направленной торпедой – корабль бы не затонул, но при этом могли пострадать находящиеся там моряки. Такой вариант обеспечивал минимальные потери среди американцев. Было подсчитано, что от 80 до 90 процентов команды останутся в живых.
Израильский кабинет одобрил этот план. Оставалось только найти добровольцев для его выполнения. В ближайшую эскадрилью был послан специальный курьер, так как правительство перестало доверять даже своим собственным телефонам. Половина эскадрильи отказалась бомбить американцев, потому что у летчиков были родственники в Америке. Те пилоты, которые согласились на это, а среди них были двое, рожденные в Штатах, делали это с тяжелым сердцем. Был составлен подробный план операции с учетом координации действий самолетов и торпедных катеров. Операция началась в два часа дня.
В начале операции один из высших чинов израильской разведки нанес неожиданный визит своему коллеге из ЦРУ и информировал его о том, что происходит с «Либерти» и почему. Узнав о нападении израильтян на американский корабль, военные хотели немедленно нанести огневой удар по израильской военной базе, откуда осуществлялась операция, но эта идея была тут же похоронена. Перед вторым заходом израильских истребителей на корабль ЦРУ отдало приказ флоту не оказывать «Либерти» никакой помощи.
Почему американские истребители, которые уже взлетели с авианосцев и направлялись к «Либерти», были возвращены обратно? Потому, что Израиль обладал доказательством того, что правительство США совершило враждебный акт по отношению к нему, выдав секреты врагу Израиля в разгар войны, когда решалась судьба еврейского государства.
Белый Дом, разумеется, не был от этого в восторге, но необходимо было придумать подходящую случаю легенду. Американская разведка умоляла израильтян объявить нападение на корабль трагической ошибкой. При этом было заявлено, что все расходы Израиля по выплате компенсаций семьям погибших моряков будут возмещены американской стороной. К четырем часам дня все было договорено.
Интересно отметить такой факт. Аба Эвен, представитель Израиля в ООН во время Шестидневной войны, вспоминал, что до атаки израильтян на «Либерти» в два часа дня 8-го июня египетские дипломаты категорически отвергали любую резолюцию о прекращении огня и были согласны только на полное отступление израильских войск. Египтяне надеялись, что с помощью «Либерти» они добьются перелома в войне. Но уже через несколько часов, когда новость о том, что Израиль вывел «Либерти» из строя, докатилась до Нью-Йорка, египетский посол получил из Каира приказ соглашаться на перемирие с Израилем как можно скорее.
Эта история предательства Соединенными Штатами своего единственного союзника на Ближнем Востоке скрывается до сих пор. Нефть и Израиль – вот две составляющих американских интересов на Ближнем Востоке, и именно в таком порядке. Нефть является постоянной составляющей, а Израиль – переменной: его продают, предают и умиротворяют во имя бесперебойного снабжения арабской нефтью.
Эти факты были взяты Н. Сагаловским из книги «Тайная война против евреев». У книги два автора – Джон Лофтус и Марк Ааронс. Дж. Лофтус – американский юрист, католик, работал в Департаменте юстиции, написал несколько книг, касающихся нераскрытых секретов ЦРУ. М. Ааронс – австралиец, репортер и журналист. Книга довольно солидная, в ней более шестисот пятидесяти страниц. Вся она – о том, как Великобритания и Соединенные Штаты в угоду нефтяным монополиям шли на сговор с нацистами и арабами, предавая при этом еврейские жизни и еврейское государство…
И все-таки: что являет собой Шестидневная война – победу или поражение?