Давид Маркиш
Строго говоря, страна Сирия не вызывает, да никогда и не вызывала в одесситах высокого интереса. Ну, Сирия и Сирия… Сирийские сухогрузы в одесский порт, который по-прежнему в ночи простерт, не плывут, отдельные сирийцы-ассирийцы при Советах учились тут в военных училищах, чтоб проливать кровь в борьбе с американским империализмом, но после того, как большевиков прогнали, исчезли и они. Было когда-то веселое время:
«По рыбам, по звездам
проносит шаланду:
Три грека в Одессу
везут контрабанду…» — но это время прошло безвозвратно, да и те греки вряд ли везли по ароматному ночному морю сирийские засахаренные кактусы, в производстве которых эта страна лидирует и по сей день.
И все же политическая новость, переданная по местному ТВ, взволновала и взбудоражила одесситов еврейской национальности, не говоря уже о нас, гостях Одесского международного литературного фестиваля. Не будем преувеличивать: приезжих писателей оказалось там человек пятнадцать, да и множество евреев уже успело освободить Одессу от своего присутствия — они успешно волнуются теперь в Тель-Авиве, Берлине и на Брайтон-Бич. А новость, настигнувшая нас в самом сердце красавицы-Одессы, в шикарном отеле «Бристоль», заключалась в том, что президент Соединенных Штатов Америки Барак Обама заявил во всеуслышание:
«Президент Башар Асад теряет легитимность в глазах своего народа». А госсекретарь США Хиллари Клинтон пошла еще дальше, подчеркнув, что Америка более не рассматривает Асада в роли сирийского лидера: «Если кто-то, включая самого президента Асада, думает, что в США втайне надеются, что сирийскому режиму удастся устоять, чтобы продолжить свои репрессии в будущем, то он глубоко ошибается». Точней не скажешь: не в бровь, а в глаз.
Собственно говоря, писатели съехались в Одессу не для того, чтобы тревожиться о политической судьбе Башара Асада, а с тем, чтобы принять участие в открытии памятника великому одесситу Исааку Бабелю и по праву чествовать его на Международном литературном фестивале. Среди гостей Фестиваля, выстроенного по концепции главного редактора московского журнала «Октябрь» Ирины Барметовой, можно было узнать Вячеслава Пьецуха, Резо Габриадзе, Дмитрия Быкова, Асара Эппеля. Внук писателя — Андрей Бабель, приехавший сюда из Майами, прочитал в Еврейском доме «Джойнта» «Бейт-Гранд» пять рассказов деда в моноспектакле «Как это делалось в Одессе». В Одессе это «сделалось» неплохо — евреи остались довольны, внука засыпали вопросами и поднесли ему цветы.
Открытие памятника Бабелю пришлось передвинуть на сентябрь: денег не наскребли на выкуп бронзовой фигуры с завода и доставку ее на будущую площадь Бабеля, как раз против входа в дом, где родился классик. Зато наскребли на ремонт подъезда и лестничных площадок вплоть до четвертого этажа, до квартиры № 10, где в 1894 году Исаак Бабель появился на свет. В подъезде теперь чисто, светло и пахнет акацией, и это хорошо: по утверждениям очевидцев, совсем недавно бытовая ситуация тут была довольно-таки ужасная. Расчистку и ремонт подъезда, равно как и установку красивой мемориальной доски, инициировали армейские офицеры — поклонники таланта Бабеля. Это вдвойне приятно, если вспомнить конскую позицию усатого маршала Буденного в «бабелевском вопросе».
Но вернемся к Башару Асаду и нелицеприятному мнению о нем президента Барака Обамы. Несмотря на заметные изменения этнического состава — в город у моря подъехали, по оценкам местных жителей, двести тысяч торговых китайцев, не проявляющих ни малейшего интереса ни к Бабелю, ни к сирийскому вопросу — «пикейных жилетов» здесь не убыло. Комментируя реплику Обамы, одесские журналисты и политики с телевизионного экрана предрекли американцам и западноевропейцам крупные неприятности в самом скором времени и полный провал их коварных планов в отношении Сирии. По их словам, отказывая Башару Асаду в легитимности, американский президент предрекает ему судьбу не вполне адекватного Муамара Каддафи в его бедуинской палатке.
С «пикейными жилетами» солидарен Генеральный секретарь Лиги арабских государств Набиль аль-Араби: никто, дескать, не вправе утверждать, что президент той или иной арабской страны утратил легитимность — таким правом обладает только народ. Браво, аль-Араби! Но что поделать, если президент Асад, следуя примеру своего покойного папаши, лупит собственный народ, применяя против недовольных бронетехнику и авиацию; убиты, по сведениям из разных источников, до двух тысяч человек, арестовано и содержится в тюрьмах около девяти тысяч. И узнать, что думают арестанты и родственники убитых о легитимности Асада, не представляется возможным; можно лишь догадываться, и эти догадки не в пользу правящего президента.
Израильский министр обороны Эхуд Барак (прошу не путать с Бараком Обамой) около месяца тому назад отвел Башару Асаду полгода политической жизни. Возможно, наш Барак и прав: в силу занимаемой должности он знает многое из того, что скрыто от взора широкой общественности. Асада, таким образом, может постигнуть судьба Чаушеску: жизнь засидевшегося у власти политического деятеля полна неожиданностей, иногда и неприятного свойства.
Тут впору задать вопрос: а что от этого ближайшим соседям Сирии — израильским евреям? Что принесет нам крушение сирийского режима? Ничего хорошего не принесет, вот это как пить дать: возможные преемники Асада не определены, но, кто бы там ни пришел к власти, ждать всходов демократии в Дамаске не стоит. А вот обострение ситуации с Голанскими высотами почти неизбежно: эта «сладкая» тема хороша для пропаганды идей любого нового режима.
Нет, не зря местечковая поговорка не утратила своей актуальности и сегодня: «Еврей всегда должен рассчитывать на худшее».
«ЕВРЕЙСКОЕ СЛОВО», №26 (539), 2011 г.