Поговорим о врагах. Талмуд и еврейские источники о (псевдо)гуманизме.
Когда Всевышний создал еврейский народ, видимо, тогда же Он создал антисемитизм. Наши враги есть, мы не можем закрыть глаза и считать, что их нет.
Есть несколько категорий врагов – например, враг, который нас ненавидит, но у него есть шанс исправиться, и еще враг, который хочет убивать, и враг, у которого руки уже в крови. По отношению к этим разным врагам есть разные законы.
А в Рош а-Шана мы едим на праздничной трапезе разные вещи, среди которых символы отношения к врагам. В разных общинах – разные традиции и разные символы. К примеру, некоторые едят лук, потому что на арамейском лук – «карти» (истребить), мы просим Всевышнего истребить души врагов.
Многие едят свеклу и финики. Свекла на арамейском «силки» (убирать), мы просим Всевышнего убрать наших врагов. Финик на арамейском «тамри» (уничтожить), мы просим Всевышнего уничтожить наших врагов.
Одна из наших главных заповедей – запрет убивать. Нельзя убивать, но можно защищаться (для этой ситуации, как и для многих других, есть подробные описания – как поступать).
Да, и еще я вспомнила, что, оказывается, кого-то может покоробить, когда рядом с именем погибшего пишут «Всевышний отомстит за его кровь».
Шоа (Холокост) был не так уж давно, почти каждому еврею европейского происхождения есть кого вспомнить, из тех, кто погиб. Разве мы думаем о том, что в нации убийц были и хорошие, жалеем их? Что сейчас происходит?
Не очень давно вышел перевод книги рава Меира Кахане «Неудобные вопросы для удобно устроившихся евреев», как раз о евреях, которые следуют западным идеалам демократии. Каждый раз, открыв эту книгу, я нахожу там то, о чем я думаю. И сейчас не могу удержаться, чтоб не привести отрывки – стараюсь короче, хотя хочется перенести почти все.
«Чем больше еврей осознает глубину пропасти, разделяющей тот иудаизм, которому он воздает неискренние почести, и либеральные западные ценности, которым он привержен до глубины души, тем больше его охватывает страх.
Еврей – это жалкое, шизофреничное порождение двухтысячелетнего Изгнания – готов на что угодно, лишь бы не признавать этот факт. Он взберется на самую высокую гору, перейдет вброд самую глубокую реку, зароется глубоко под землю – все лишь для того, чтобы убежать от этой пугающей правды, от осознания того, что его наследие, его иудаизм, его пуповина, с одной стороны, и его приверженность небиблейским западным ценностям, с другой, лучше всего описываются словами псалмопевца: «Как высоко небо над землею… как далеко восток от запада.»
Как многочисленны и как глубоки различия между Торой евреев и нееврейской цивилизацией! Давайте посчитаем.
Либеральный Запад говорит о демократическом правлении, о власти большинства – иудаизм говорит о божественной истине, которая непреложна и не подлежит включению в избирательный бюллетень и, следовательно, гарантирована от ошибок большинства.
Либеральный Запад говорит об абсолютном равенстве всех народов – иудаизм говорит о духовном статусе, об избранности еврея из среды прочих народов, об особых и исключительных взаимоотношениях между Б-гом и Израилем.
Либеральный Запад говорит о субъективной истине, о том, что никто не имеет права утверждать, что знает абсолютную истину – иудаизм говорит об объективной, вечной и известной истине, данной Б-гом на Синае.
Либеральный Запад категорически и априорно отвергает ряд понятий, такие как месть, ненависть и насилие – иудаизм говорит: «Время любить, и время ненавидеть, время войне, и время миру», заповедуя любить добро и ненавидеть зло, искать мира, но воевать с нечестивыми. Есть даже время, когда месть становится обязанностью, дабы показать, что существует Судья и высшая справедливость.
Либеральный Запад говорит о прагматическом и практическом, о том, что можно увидеть, потрогать и почувствовать – иудаизм покоится на фундаменте веры во всемогущего Б-га, стоящего над историей.
Но самое главное отличие иудаизма и от либеральных, и от нелиберальных западных ценностей – это его понятие «ярма Неба»: принятие закона, ценностей и учений Б-га как истины, без попытки оценить их с позиций человеческих знаний, точек зрения, страстей и т.д. Человек не занимается оценкой и анализом еврейских ценностей, представленных в Торе. Он не испытывает их, чтобы убедиться на основании своих собственных стандартов, что они приятны, справедливы, милосердны и добродетельны.»
И еще.
«Конечно, иудаизм учит о любви Б-га ко всем человеческим существам, кто не ведет греховный образ жизни, и о том, что все созданы по образу Б-га. Конечно, иудаизм предписывает еврею уважать нееврея и обходиться с ним достойно. Конечно, еврею предписывается не вредить неевреям, но напротив, помогать достойным из них.»
Ну, и еще, совершенно неполиткорректно.
Рав Кахане приводит цитату из книги Шмот 34:12 «смотри, не вступай в союз с жителями той земли, в которую ты войдешь, дабы они не сделались сетью для вас», и комментарий Абарбанеля:
«Несомненно, что они всегда будут искать способ навредить Израилю за то, что он отнял у них их землю. Именно по этой причине стих говорит о «земле, в которую ты войдешь» – ведь если ты, Израиль, пришел в землю, чтобы отнять ее у ее жителей, по сути «украсть» ее у них, как они смогут после этого соблюдать завет любви? Скорее наоборот, они станут «сетью для вас» и в случае войны присоединятся к вашим противникам, чтобы воевать против вас.» Дальше слова рава Кахане:
«Нет существенной разницы между чувствами арабов и ханаанских народов к той земле, которую они считают своей. И хотя мы и можем принять точку зрения комментаторов о том, что арабам могут быть даны ограниченные права на общих основаниях с другими неевреями, тем не менее за ними следует присматривать гораздо внимательнее, чем за теми, кто здесь никогда не жил ранее.»
Собственно, пока все. В реальности мы видим, насколько верно изречение о том, к чему приводит милосердие к злодеям – например, фотография активистки Махсом Вотч, которая утешает мать одного из убийц семьи Фогель, которого – о ужас! – арестовали.