Объясните, почему, когда есть угроза Израилю (падают "катюши", как в 2006 г.), религиозные бегут из страны? Говоря, что молиться можно и вне Израиля. А так называемые полукровки, которым даже по закону не полагается место на еврейском кладбище, погибают в боевых действиях?
Алексей, Израиль.
Несмотря на то, что в Вашем вопросе явственно проступает «эмоциональный накал», подоогретый ощущением, что с определенной группой израильтян в Израиле поступают несправедливо — отвечу спокойно и взвешенно. Рекомендую и Вам так же спокойно прочесть мой ответ и обдумать высказанные в нем соображения.
1. Религиозные из страны не бегут. Не бежали вчера, не бегут и сегодня. Среди тех, кто совершает алию в Израиль из стран Запада (а это означает, что они приехали сюда не по экономическим соображениям) — 80 процентов религиозных людей. Из года в год процент этот практически не меняется.
Вы могли, к примеру, слышать о случаях, когда проживающие, скажем, в США родители (религиозные и нерелигиозные) просят своих детей студенческого возраста, которые учатся в Израиле (и не являются гражданами Израиля), на период военных действий вернуться домой.
2. В нашей традиции нет понятия — «полукровки». Еврейство определяется по материнской линии. Верно, что примерно пять процентов из тех, кто служит в израильской армии (не считая друзов и бедуинов) — неевреи. О них Вы и пишете.
Однако следует учесть и тот факт, что в армии Израиля примерно 30 процентов военнослужащих составляют религиозные. А во многих элитных подразделениях их — около 40 процентов, в том числе, и среди офицеров разного уровня.
Для Вас это что-то значит?
Для меня, кстати сказать — нет. Потому что законы Торы не рассматривают службу в армии как самостоятельную духовную ценность. Мы можем говорить об этом лишь в контексте соблюдения законов данной, конкретной страны, где все ее граждане обязаны пройти воинскую службу. Есть, впрочем, установленные государственным законодательством исключения — для всех слоев населения.
В духовной сфере (психологическая и прочие сферы здесь не подразумеваются) армейская служба не вносит и не может внести никаких изменений.
Гражданин Израиля — допустим, бедуин или друз — отслужив в армии 25 лет (такие есть, и немало), на основании этого не становится евреем. Так же и любой приехавший из России человек, у которого мать — нееврейка. Независимо от того, что он прослужил в армии три года или даже десять лет.
3. Правила и обычаи захоронения на еврейском кладбище — неотъемлемая часть еврейской традиции. И они распространяются только на евреев (и, конечно же, на тех, кто совершил истинный гиюр). И никакого отношения к службе в армии эти правила не имеют.
Подчеркну, что я всегда выступал и выступаю за создание необходимых условий захоронения неевреев, которые не причисляют себя к какой-либо формальной нееврейской религии (для приверженцев других религий в Израиле есть религиозные кладбища). В этом направлении немало уже сделано, но, надо признать — недостаточно.
И в заключение еще раз повторю, что эта проблема совершенно не связана со службой в армии. При любых обстоятельствах неевреям нужно обеспечить возможность быть похороненными — на нееврейском (!) кладбище.
Автор текста Элиягу Эссас
источник http://www.evrey.com/