Смена власти в Мали предотвращена, но чьи интересы стоят за нападением...
Борис Рожин — о том, как ведется борьба за доминирование в Африке и при чем здесь Франция и Украина...
Подразделения Африканского корпуса Минобороны РФ предотвратили смену власти в Мали, не допустив массовой гибели гражданских.
Наши войска были вынуждены прийти на помощь в связи с нападением на ключевые города африканской страны 25 апреля боевиков "Фронта освобождения Азавада" и "Джамаата Нусрат аль-Ислам валь-Муслимин" (признает себя частью террористической организации "Аль-Каида", запрещена в РФ). Группировки, при имеющихся ситуативных противоречиях, в очередной раз объединились для свержения действующего правительства, дабы обеспечить построение в Мали исламского государства на основе шариата. Власти мешают туарегам получить Азавад (территория на северо-востоке страны), а боевикам "Аль-Каиды" — построить филиал Халифата.
На эту ситуацию наслаивается также геополитическая борьба за сферы влияния в Африке. Это делает традиционную войну правительства и террористов лишь одним из измерений конфликта, за которым стоят интересы совсем не региональных объединений и стран.
Крах французской империи
Мали десятилетиями входила во французскую колониальную, а затем неоколониальную империю. После 1960 года, в результате процессов крушения классического колониализма (к чему приложил руку СССР), Париж перешел на непрямые формы контроля своих бывших владений. В рамках этой концепции большинство освободившихся стран Французской Западной Африки имели формальный суверенитет, но на деле оставались в полной финансово-экономической, социально-культурной и военной зависимости от Парижа. Местные элиты, обучавшиеся в основном в метрополии, также были подчинены французам, а тех, кто пытался бунтовать против такого порядка, просто устраняли — как это случилось с президентом Буркина-Фасо Тома Санкарой.
В целом вплоть до второй половины 2010-х годов Франция сохраняла устойчивый контроль над Западной Африкой, в том числе через альянс ECOWAS (Economic Community of West African States, Экономическое сообщество стран Западной Африки) и UEMOA (Union Economique et Monetaire Ouest-Africaine, Западноафриканский экономический и валютный союз). Но уже тогда ситуация начала меняться.
В странах прошли перевороты под знаменем национального освобождения от колониального гнета. Новые лидеры провозгласили идеи независимого национального развития, требовали выводить со своей территории войска Франции и НАТО. Также Мали, Буркина-Фасо и Нигер объявили об образовании Альянса государств Сахеля (АГС) в 2023 году и выходе из ECOWAS (который угрожал военным вторжением в эти страны после переворота) в 2024-ом.
Восстанавливая связи в Африке после распада СССР, Москва начала активно воздействовать на сферу влияния Франции в регионе. В частности, удалось наладить взаимодействие с Центрально-Африканской Республикой (ЦАР), Мали, Буркина-Фасо и Нигером. РФ поддержала процессы деколонизации и суверенную политику стран — членов АГС. На их территории были размещены части Африканского корпуса, который по запросу местных властей взял на себя функции подготовки местных военных и силовиков, а также оказывает военную поддержку (аналогичную ЦАР). При этом для размещения российских военных используется бывшая французская и американская военная инфраструктура.
Кроме того, активное содействие этим странам в военной сфере ведется и со стороны Китая, Турции (поставки бронетехники и БПЛА).
В результате этих процессов неоколониальная империя Парижа в Африке практически развалилась. Вслед за странами Сахеля французов попросили на выход из Сенегала. Усилились антифранцузские настроения и еще в ряде государств — так, в Кот-Д’Ивуаре лишь при активном вмешательстве Парижа был предотвращен военный переворот. При этом важно отметить, что Франция использует Кот-Д’Ивуар как плацдарм для подрывной деятельности против Буркина-Фасо.
В целом ситуация для Парижа системно ухудшалась, и президент Эмманюэль Макрон фактически председательствовал при распаде позднего французского колониализма. Но без борьбы Париж сдаваться не собирался.
Террористический инструмент для реванша
Потерпев поражение в удержании контроля над своими бывшими колониями, Франция перешла к скрытой борьбе с неподконтрольными правительствами. По Мали ставку сделали на поддержку сепаратистов Азавада вкупе с исламистскими боевиками. Те с 2024 года начали все активнее нападать на гражданское население и военные объекты освободившихся от Франции стран. Власти Мали не раз открыто обвиняли Париж в поддержке исламских террористов в Сахеле.
А ранее Франция финансировала исламистскую оппозицию в Ливии, группировки в Сирии. А завод компании "Lafarge" и вовсе платил прямые налоги в казну "Исламского государства" (ИГ, террористическая группировка, запрещена в РФ). То, что в рамках операции "Сервал" Париж формально "боролся с терроризмом" в Мали, не должно обманывать: группировки, которым французы тогда, мол, противостояли, ныне и вовсе стали для Франции удобным инструментом давления на местное правительство. При этом Франция до недавнего времени доминировала на оружейном рынке в Африке.
Помимо прочего, для борьбы против государств Сахеля (и влияния России) были завезены боевики Главного управления разведки Минобороны Украины (ГУР), которые обучают террористов использованию FPV-дронов и квадрокоптеров, чтобы повысить их ударную мощь. Звоночек прозвенел еще в 2024 году — боевики активизировали атаки в северной и центральной частях Мали, нарушали снабжение гражданского населения, надеясь вызвать массовые протесты против правительства и заручиться поддержкой для захвата власти.
Западные спонсоры террористов особо не скрывают, что им плевать на последствия для страны и ее населения в случае прихода к власти джихадистов и установления законов шариата. Также они не видят проблемы в том, если Азавад отделится от Мали. Главная задача — остановить процесс эрозии французского влияния в Африке и пошатнуть российские позиции. Террористы здесь не более чем инструмент, который уже пытаются очистить во французской прессе, рассуждая на тему того, что те, с кем в рамках операций "Бархан" и "Сервал" боролись французы и войска НАТО, на самом деле не такие уж и радикалы. Это делается на случай, если тем удастся захватить власть, что они и пытались осуществить 25 апреля 2026 года во время наступления на Бомако, Кидаль, Гао и другие города Мали.
Африканский корпус срывает планы боевиков
Очевидно, по задумке боевики, атакуя основные центры страны, должны были парализовать силы Вооруженных сил Мали и Африканского корпуса МО РФ. Это должно было повторить там "сирийский сценарий" с обвалом сирийской арабской армии и баасистского правительства Башара Асада в конце 2024 года.
Но уже в первый день этот план дал трещину, в частности благодаря сопротивлению Африканского корпуса ВС РФ, который нанес противнику тяжелые потери. Суммарно за три дня боев более 2,5 тыс. боевиков было выведено из строя (ликвидировано или ранено), что составило порядка 20% от числа всех радикалов, участвовавших в наступлении. Большинство крупных городских центров остались под контролем правительства Мали. Даже в Кидале, где радикалы сосредоточили основные свои силы, российские военные сумели удержать оборону на базе и опорных пунктах. Лишь после договоренностей правительства Мали с боевиками наши бойцы организованно отошли со своих позиций.
Несмотря на подготовку боевиков и пропаганду европейских СМИ, победного марша не произошло. Также стало ясно, что местное население (особенно на юге Мали) не желает подчиняться законам шариата — десятки не успевших отступить боевиков были линчеваны разгневанными жителями. Стратегический план боевиков был сорван.
Тем не менее останавливаться они не собираются, заявляя о намерении продолжить атаки в направлении Гао и даже Бомако. К этому их, конечно же, подталкивают спонсоры, которые рассчитывают нанести поражение прежде всего российским силам, дискредитировав военную помощь Москвы правительствам в Африке.
Последствия наступления боевиков
Можно ожидать, что и сепаратисты Азавада, и боевики, связанные с "Аль-Каидой", продолжат получать оружие из-за границы, в частности по французским каналам, а также поддержку ГУР Украины для новых операций. Можно также прогнозировать увеличение применения дронов различных типов, в частности для осуществления террористических атак, рост набеговой активности в сельских районах с целью нападения на уязвимые опорные пункты армии Мали. При этом радикалы будут делать ставку именно на теракты в крупных городах, в том числе прицельно против руководства страны. Так, 25 апреля в результате подрыва "шахид-мобиля" погиб министр обороны Мали Садио Камара. Помимо этого, вероятно возобновление топливной блокады крупных населенных пунктов. Боевики, безусловно, попытаются использовать ресурсы взятых территорий, чтобы пополнить свои ряды за счет местного населения. Очевидно прослеживается один почерк, не зря радикалов обучают прибывшие с Украины "специалисты".
После стабилизации ситуации правительству Мали, безусловно, потребуется повысить устойчивость армии для возвращения отданных территорий под свой контроль. Ведь долгосрочное пребывание Кидаля в руках террористов может грозить, среди прочего, реализацией сценария расчленения страны и реальным выходом из нее Азавада, ориентированного на Францию. Возможно, стоит прибегнуть к помощи Нигера и Буркина-Фасо: терроризм — это угроза для всего региона, а тем более для стран, которые под контролем нелояльных к Западу властей. При более масштабном рассмотрении фронт в Африке — это часть борьбы коллективного Запада против России. Там не могут смириться, что Москва восстанавливает и налаживает новые связи в регионе...